Глава 28 · (Райнер Карт) Спор с собой

Обретение дракона должно было вернуть мне здравомыслие и спасти от безумия, но вместо этого я чувствую, что схожу с ума ещё быстрее. К сожалению, двигаясь по пути развития, вернуться уже никак нельзя.

Да, мне больше не нужно литрами вливать в себя лайграс, он теперь вообще не работает, но спокойнее на душе не становится.

Дракон должен соответствовать своему носителю, но мой настолько чужой, что я начинаю сомневаться, не ошиблись ли боги при моём создании.

Слишком эмоциональный, сразу помешался на этой девчонке. Кажется, если я спущу его с условного поводка, он в ноги ей упадёт и подобно собаке перевернётся на спину, чтобы живот почесала. Вынужденно отмечаю в ней множество мелочей, любуюсь движениями. Это раздражает. В конце концов, я генерал, а не безголовый подросток, которому юность в башку ударила.

Беда в том, что пока я могу только сдерживать отвратительное поведение, но как долго мне это будет удаваться? Можно, конечно, понадеяться, что дракон окрепнет и поумнеет, но то, что он излишне эмоциональный, понятно уже сейчас. Не представляю, как мы будем уживаться.

Ещё и попаданка эта. Правильно говорят, проблемы поодиночке не приходят. Либо всё в порядке, либо полная катастрофа. Мне надо укрыть её от общества, обучить всему, чтобы никто не догадался, а эта ненормальная только проблемы создаёт. Хорошо хоть в этот раз сбежала с Францем, а не просто через лес в неизвестном направлении. Может приковать её в комнате цепью и пусть сидит?

Дракон эту идею в целом даже одобряет. Хоть в чём-то мы с ним сходимся.

Пытаюсь поговорить с ней, и разговор уходит совершенно не туда. Ничего не могу с собой поделать, дракона тянет вытворить что-то безумное, а я злюсь. На него, на себя, на Софию, которая является источником всех проблем и своим поведением только злит.

Не знаю, скольких сил мне стоит не убить её, когда этой мелкой дряни хватает наглости влепить мне пощёчину. Пусть благодарит драконью половину моей души, потому что только благодаря ей она остаётся живой и невредимой. Дракон просто не позволяет мне расквитаться с ней и приглушает магию.

— Значит так, — медленно поворачиваю к ней голову. — В этом доме запрещено рукоприкладство. Если не будешь следовать правилу, я выставлю тебя на улицу. Это ясно?

— А давай! — огрызается она, хотя сама дрожит, как загнанный в угол кролик. — Посмотрим, как ты справишься!

Дракон протестует. Он не хочет ссориться с ней, требует помириться. Рвануть к ней и обнять, поцеловать, извиниться за грубость, признаться, что ничего подобного я не хочу всерьёз и не сделаю, но я оттесняю его. Такой слабости она не увидит никогда. Я лучше удавлюсь, чем буду вести себя как слизняк. Дракону придётся с этим мириться.

Проклятье, может боги нарочно хотят свести меня с ума этой двойственностью?

— Справлюсь? — усмехаюсь я и встаю. — Ты сделала свою часть, я получил дракона. Он со мной до конца жизни и от тебя больше не зависит. Теперь я могу от тебя избавиться, чтобы не доставляла проблем.

На этих словах София вздрагивает и делает четверть шага назад. Хорошая девочка, всё же есть понимание разумности границ.

— Или я могу позаботиться о тебе, — продолжаю после паузы. — Не понимаешь? Твоё счастливое будущее зависит от меня. Я реагирую на действия. Делаешь не то, что нужно, получаешь наказание. Если всё будет спокойно и правильно, мы оба будем довольны. Это справедливо.

— Ты мне это говоришь? — огрызается она. — Что справедливого было в отправлении меня в тюрьму? Или в том, чтобы издеваться надо мной, затащив в свою пыточную?

Дракон злится на меня. Потрясающе.

— Сядь за стол, София.

Она не двигается.

— Я сказал, сядь.

Девушка опускается на стул. Взгляд колючий, будто она военнопленная, а я сейчас буду доставать её секреты.

— Ешь.

— Я не голодна.

Снова перечит. Это злит. Уже набираю воздух для прямой угрозы, но дракон помогает сдержаться.

— Ты занималась уборкой весь день, потом сбежала и поучаствовала в диверсии. Не нужно быть гением, чтобы понимать, что ты устала. Прекрати упрямиться и позаботься о себе. Я уже сказал, мне плевать, жива или умерла с голоду. Тело, в котором живёшь, не было хоть сколько-то значимым. По факту тебя отдали мне, потому что ты стала занимать слишком много места и от тебя уже хотели избавиться.

Она фыркает, но молчит. Потом пронзает меня взглядом и хватает вилку.

Что ж, хорошо. У нас есть шанс найти общий язык.

— Так-то лучше, — одобрительно киваю я. — Не забывай, что здесь у тебя нет других союзников, кроме меня.

— С таким, как ты, враги не нужны.

Я спускаю колкость ей с рук. Дракон нервничает, я чувствую, что он хочет мира с Софией. Ещё не знает, что женщинам нельзя верить, к ним нельзя привязываться.

— Почему ты не ешь?

— Сказала же, аппетита нет.

— Да что-то, — не выдерживаю я. — Можно подумать, у меня есть, особенно глядя на тебя.

Она вскидывает подбородок. Сейчас уже плевать на возмущения дракона. Реакция девчонки меня забавляет.

Откидываюсь на спинку стула и вдруг слышу нехороший треск. Теряю равновесие и едва успеваю поймать себя магией, чтоб не грохнуться на пол из-за сломавшегося стула. Кажется, что удаётся избежать неприятной ситуации, но тут с потолка отваливается кусок стекла и падает в мою тарелку, поднимая фонтан брызг.