Глава 13

Артем

— Артем, прилетай, — требует отец. — Мы тебя потеряли.

Внутри все скручивает, едва увидел, что вызов от него.

— Нет, не получится.

— Что значит, не получится? Артем! — взвивается.

В последнее время у него с нервами не очень.

— Я не могу. У меня работа.

Стараюсь звучать покладисто. Насколько возможно.

— Первым же рейсом! — рычит отец.

— В конце недели, — парирую. — Нет же никакой срочности. Про дату я помню, и она не завтра.

— Плевать, что дата не завтра. Кристина хочет увидеться с тобой.

Вот только я этого не хочу.

— Разве она сейчас не занята предсвадебными хлопотами?

— Занята. Именно этим и занята. Но жалуется, что ты не отвечаешь на ее звонки.

Разговор короткий, но отнимает, сука, кучу нервных сил.

— Видимо, я был занят.

— Артем, никаких выкрутасов. День свадьбы запиши на листе и помести у себя перед глазами!

— Все нормально.

Отец ожидаемо не верит.

— Ну, конечно. Или мне матери пожаловаться?

— Па, в конце недели, окей? — пытаюсь пойти на мировую.

Минута молчания. После чего отец шумно выдыхает в трубку.

— Нет, Артем, не могу. Сказано — сейчас, значит — сейчас.

— Конечно, — вынужден ответить и, наконец, сбрасываю вызов.

Серафима

Решение принято, но…состояние мое далеко не идеальное.

Вечер, обещающий стать самым ярким и долгожданным, наваливается душным ожиданием.

Я стою перед зеркалом в комнате общаги, и собственное отражение кажется мне отвратительным.

Темно-красное платье на тонких бретельках — слишком смелое, слишком открытое, совсем не по моему настроению.

Аленка взяла на слабо и усердно подливала масла, пока я его не нацепила.

Сказала, что, если я хочу окончательно поставить точку в истории с Волковым, я должна выглядеть так, чтобы у Димы не осталось сомнений: я — его главный сегодняшний приз.

Но когда я смотрю на свои губы, они всё ещё кажутся мне припухшими. Я кусаю их, пытаясь стереть память о жадном урагане, но перед глазами все равно упорно стоят расширенные зрачки Артема и его жаркое прерывистое дыхание.

Его слова.

«Каждый раз так будет, поняла?»

А что, если и на вечеринке, если он, конечно, придет, Артем решит действовать подобным образом?

— Фим, ну, готова?

Аленка заглядывает в комнату, наряженная в блестящий серебристый топ и джинсы. Волосы тщательно уложены.

— Дима внизу. Идем?

— Да, он прислал мне сообщение, — киваю. Но продолжаю стоять.

— Так идем?

Но я всё ещё медлю.

— Зря ты посоветовала мне это платье. Слишком открытое и яркое, — заявляю подруге. — Я к таким не привыкла.

— Ничего. Зато Дима сразу поймет, что ты готова осуществить все его мечты.

Непроизвольно хмурюсь.

Формулировка не нравится мне, но я пока не могу понять в чем тут подвох. Вообще, подруга уже достала за сегодня своими подколками.

Аленка подходит ко мне со спины и приобнимает за плечи.

— Ты же готова?

— Ничего я не готова, — взвиваюсь.

И тут до меня доходит.

— И вообще, это не только Димины мечты, но и мои, — восклицаю. — Понятно?

— Да?

Аленка выгибает брови. Ну прям совсем, как Волков. Они сговорились?

Резко разворачиваюсь к ней.

— Артем, что, разговаривал с тобой?

— О чем?

— Не знаю. Но…он подходил? Просил тебя о чем-нибудь?

— Например?

— Не знаю, тебе виднее.

Подруга закатывает глаза.

— Отвечай! — требую.

— Нет, он не подходил. И ни о чем меня не просил. Если что. Думаешь, у меня своего мнения не может быть?

— А если он подойдет, то скажешь мне? — вцепляюсь в подругу. — Скажешь?

— Нет, не скажу. Потому что считаю, что ты, Фима, занимаешься глупостями!

— Ладно, проехали, — дергаю плечом. — А переодеваться не стану, что уж теперь. Идем.

Хватаю Аленку за руку и вывожу из комнаты.

***

Когда мы выходим, Дима ждет у машины вместе с одним из своих друзей с потока. Тот за рулем.

Дима выглядит хорошо, подходит ко мне, и я чувствую легкий ненавязчивый парфюм.

Он берет меня за руку и целует в щеку. Его губы сухие и…вежливые. Как это ещё назвать?

Дима милый.

И почему я только не чувствую того электрического разряда, что прошибает меня от одного взгляда Волкова?

«Потому что Волков — это болезнь, — напоминаю я себе. — А Дима — это лекарство».

— Ты потрясающе выглядишь, Серафима, — шепчет Дима, открывая передо мной дверцу. — Вечер будет отличным.

— Да, несомненно, — соглашаюсь.

Я улыбаюсь в ответ, но улыбка выходит плохо и пальцы ледяные.

Салон пахнет дорогой кожей и каким-то новым парфюмом. Мы трогаемся.

Аленка принимается за сторис. Приятель Димы пытается привлечь ее внимание, но подруге явно интереснее попасть в удачный ракурс.

Я не против того, что она снимает, главное, не попасть в объектив ее телефона самой. Настроения нет.

Дима тем временем придвигается и накрывает мою ладонь своей.

— Расслабься, Фим, — улыбается он, глядя на меня. — Вечер будет топовый. Супер диджей и все свои.

— Я расслаблена. Разве не видно? — отвечаю, пытаюсь настроиться на нужную волну.

Это не сложно. Надо просто выкинуть из головы Волкова, вот и вся задача.

Забыть его. Я с Димой. Все идет так, как нужно.

Мы сворачиваем к огромному особняку, огороженному высоким забором. У ворот уже выстроилась очередь из машин. Музыку слышно даже отсюда.

— Приехали, — объявляет Дима.

Выходим из машины. Воздух прохладный. Осматриваемся.

Огромный двухэтажный хай-тек особняк сияет огнями, во дворе, уже вовсю идет движ.

Лавируя между знакомыми и не очень проходим ко входу.

Заходим внутрь, и в нос тут же бьет микс из сладкого пара вейпов и спиртного. Народ повсюду: кто-то тусит на широкой лестнице, кто-то забивает кальяны в лаунж-зоне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вижу и тут кучу знакомых лиц с нашего потока и с юрфака.

— О, Лебедева, зачетное платье! — выкрикивает кто-то из парней, проходя мимо с пластиковым стаканом в руке.

— Отвали, Рокотов, — реагирует на него Дима. — Ещё слово и ты в пролете с вечеринкой!

Парень поднимает обе ладони вверх и шутливо кланяется мне.

Я чувствую, как краснею. Чувствую, как адреналин потихоньку разгоняет кровь.

Дима приобнимает меня за талию, демонстрируя всем, что я с ним. И мне это даже нравится. Это дает какое-то призрачное чувство безопасности.

Я незаметно сканирую толпу.

Взгляд короткими импульсами прошивает пространство, ища высокую широкоплечую фигуру.

Волков приглашен, но его нет. Ни у входа, ни в центре танцпола, ни у диджейской стойки.

Пусто.

«И отлично», — говорю я себе, сбрасывая оцепенение. — «Значит, он решил не приходить. Значит, можно выдохнуть».

— Фим, пойдем к бару? — Дима наклоняется к моему уху, перекрикивая музыку. — Надо чего-нибудь освежающего взять.

— Да, давай, — соглашаюсь сейчас же.

Мы пробираемся сквозь толпу.

Я стараюсь смеяться, поддерживать разговор с Аленкой, которая уже нашла знакомых.

Я изо всех сил пытаюсь веселиться.

Я хочу быть просто обычной девчонкой. Хочу, чтобы этот вечер прошел по моему плану.

Дима берет два коктейля и протягивает один мне. Мы чокаемся стаканами.

— За нас? — предлагает он.

— За нас, — киваю я, даже не спрашивая, что в составе коктейля, делаю сразу глоток.

Горло обжигает.

Там алкоголь.

Что ж, ладно, не страшно, я же с Димой.

Зато музыка становится приятнее, свет — приглушеннее. Я действительно начинаю расслабляться.

Волкова нет, и, кажется, мир снова становится нормальным.

Но это чувство безмятежности и легкости длится ровно до того момента, пока я не поворачиваю голову ко входу.

Волков пришел.

Вот черт!

И все же какое облегчение.

Хотела сказать, жизнь сразу же раскрашивается в цвета. Но я, конечно же, против, что он здесь.

И вместе с тем, пальцы уже не холодные, они начинают быстро согреваться.

Артем не врывается ураганом, как я того ожидала.

Он просто замирает в проеме, прислонившись плечом к стене.

Его поза расслаблена, руки скрещены на груди, а лицо — абсолютно непроницаемая маска. В нем нет ни тени того бешеного напора, что был в аудитории несколько часов назад.

Сейчас Волков кажется пугающе спокойным, почти отстраненным.

Он не приближается, не делает ни единого жеста в мою сторону, но я кожей чувствую, как пространство вокруг меня сжимается.

Его взгляд — тяжелый, неотступный — пригвождает меня к месту.

Дима рядом со мной ничего не замечает. Наоборот, по его лицу расплывается довольная улыбка. Он явно рад видеть Волкова. Дима приветственно ему кивает.

— О, Артем. Надо бы подойти, — говорит.

— Не надо к нему подходить, — шиплю.

— Да? Ну, ладно, как скажешь.

И Дима снова возвращает внимание только на меня.

— Серафим, крутая песня.

Дима мягко берет меня за руку, пытаясь заглянуть в глаза.

— Потанцуем?

— Да, Дим. С удовольствием, — отвечаю я громче, чем нужно.

Мне нужен танец.

Нужно почувствовать чьи-то другие руки, не Артема.

Нужно доказать самой себе, что я не принадлежу только Волкову, что мои реакции на него — просто досадный сбой в системе теплоснабжения организма.

Мы выходим в центр импровизированного танцпола.

Дима уверенно кладет руки мне на талию и притягивает к себе.

— Ты так напряжена, — шепчет он мне прямо в ухо, и его дыхание щекочет кожу. — Расслабься. Или…в чем-то проблема?

«Ещё какая», — хочется крикнуть мне. Но я вместо этого закидываю руки ему на плечи и заставляю себя улыбнуться.

— Просто устала за день. Учеба, все такое...

— Ты слишком много думаешь об учебе.

Дима прижимает меня чуть плотнее. Его ладони теплые и сухие. Это правильное прикосновение. Оно не обжигает, не оставляет клейма.

— Посмотри на меня.

Я заставляю себя поднять глаза. Дима смотрит на меня с искренним восхищением. В его взгляде — нежность, забота и то самое «завтра», которое кажется таким безопасным и ясным.

Без всяких помолвок и невест.

— Знаешь, — продолжает он, ведя меня в медленном ритме, — я давно хотел сказать... Нам ведь очень круто вместе. Ты не такая, как эти девчонки вокруг. Ты настоящая. И я хочу, чтобы этот вечер стал для нас особенным.

— Спасибо, Дим, — шепчу я, прислоняясь лбом к его плечу. — Ты очень хороший.

— Я хочу стать для тебя не просто хорошим, а лучшим.

И Дима целует меня в висок.

Но едва его губы касаются моей кожи, как взгляд сам собой перескакивает на Волкова.

Артем не танцует, не общается с девчонками, что собрались уже стайками вокруг. Он просто стоит и смотрит.

Его взгляд прикован к руке Димы на моей талии, но, словно почувствовав мой взгляд, он переводит его на мое лицо.

Медленно подносит стакан к губам, делает глоток, не отрывая от меня глаз.

В этом спокойствии столько скрытой угрозы, что у меня подгибаются колени.

Он…не похож на себя прежнего, но…кажется ещё опаснее.

— Фима? Ты здесь? — Дима чуть отстраняется, пытаясь поймать мой взгляд.

— Да... да, — я судорожно вдыхаю, стараясь вернуть самообладание. — Песня просто... очень грустная…

— Тогда давай сменим настрой.

Дима улыбается, и вдруг закручивает меня в легком пируэте.

Я кружусь, и на долю секунды мир смазывается в пестрое пятно, но, когда я возвращаюсь в объятия Димы, мой взгляд снова магнитом тянется обратно. К тому месту, где стоит Волков. Но, вот только...

Артема там больше нет.

Сердце пускается вскачь. Где он? Куда он пропал?

Я продолжаю механически переставлять ноги, отвечая на какие-то фразы Димы, которых не слышу, пока все мое существо превращается в один большой оголенный тонкий нерв…