Херенсьюг

Одэлис уже несколько минут сверлила пристальным взглядом письмо с гербовой печатью Королевского магического совета, однако текст не изменился: её саму и её учеников приглашали на турнир по случаю празднования Нового года.

— Судя по выражению твоего лица, ничего хорошего ждать не приходится, — заметил Арцэй насмешливо.

Вместо ответа ректор протянула своему заместителю письмо, позволяя ознакомиться с его содержимым. По мере чтения всё веселье моментально исчезло с лица мужчины, сменившись обеспокоенностью.

— И что ты намерена делать?

— Герцогиня Керро не тот человек, которому можно отказать, — равнодушно ответила та. — В конце концов, целых десять лет подряд нас миновала горькая чаша участия в её новогодних развлечениях — удача не может улыбаться бесконечно.

Арцэй нахмурился и ещё раз пробежал глазами строчки приглашения.

— Здесь указано, что ты должна взять с собой пятерых учеников, которые будут соревноваться с представителями других академий.

— Я умею читать, — напомнила ему Одэлис с тенью улыбки, притаившейся в уголках губ.

— И ты готова подставить детей под удар? — Арцэй пристально посмотрел в лицо собеседницы. — Тебе не хуже меня известно, что им не выстоять против боевых магов Сендоа и Лехои, да и с чароплётами Эдорта тоже не тягаться. Что, по-твоему, они будут делать на этом турнире? Получать тумаки и оплеухи?

— Друг мой, тебе стоит иметь побольше веры в наших подопечных, — с ласковым упрёком заметила Одэлис. — Во-первых, ты и сам прекрасно знаешь, что они не настолько беспомощны, как ты говоришь. Во-вторых, Турнир — прекрасная возможность расширить круг общения и познакомиться с учениками других школ и академий, а возможно даже найти новых друзей. Главное правильно подготовить детей к данному мероприятию и объяснить, что мы не ждём великих свершений и побед. Пусть наслаждаются праздником, общаются со сверстниками и узнают что-то новое — смена обстановки пойдёт только на пользу, я уверена.

— Допустим, — кивнул Арцэй, признавая за Одэлис бесспорное право принимать решение в данном вопросе. — А что насчёт тебя?

— А что насчёт меня? — искренне удивилась та.

— Ты сама морально готова посетить место, из которого тебя выпнули буквально пинком под зад, и встретиться с магами, считающими тебя человеком второго сорта?

— Тот же самый вопрос могу задать и тебе, друг мой, — светло-зелёные глаза пытливо смотрели на мужчину. — Ты в своё время вылетел с отборочных испытаний точно так же, как и я. Даже, пожалуй, с большим позором, всё-таки я — всего лишь дочь простого пекаря, а вот ты — старший сын лорда Вэгга.

— Туше, — признал Арцэй и, улыбнувшись, предложил: — Будем кучкой отщепенцев среди элиты?

— Как и всегда! — согласилась Одэлис с самодовольной улыбкой. — Не зря же нас называют Академией Отбросов и ссылают к нам детей, не прошедших вступительные экзамены в другие школы.

Арцэй ощутил, как в груди разливается тепло и всепоглощающая любовь к этой невероятной женщине

Пятнадцать лет назад Одэлис Джавьер — тогда ещё четырнадцатилетняя девочка-подросток из крохотного городка на окраине королевства, — пыталась поступить в Институт благородных девиц Гарази, чтобы обучиться манерам, грамоте и бытовой магии. У девочки была мечта — стать учительницей и посвятить свою жизнь воспитанию подрастающего поколения. Однако вступительные экзамены Одэлис провалила — её магические способности приёмной комиссией были признаны слишком слабыми, а отсутствие денег и высокого положения в обществе вызвали всеобщее осуждение. Как так, простолюдинка без гроша за душой лезет к аристократам! И ладно бы у неё был магический дар! Но и этим она похвастаться не могла.

Выслушав кучу нелестных слов в свой адрес, Одэлис покинула столицу. А через пять лет основала собственную школу магии, которой дала название Херенсьюг, или Дом Дракона, куда начала принимать всех желающих, независимо от происхождения и уровня магических способностей.

Представители четырёх академий лишь посмеялись над выскочкой, предрекая её затее провал. Однако Херенсьюг выстоял, набрал воспитанников и учителей и вот уже десять лет выпускает из своих стен пусть и слабеньких, но хорошо обученных магов и колдуний, легко вписывающихся в общество и приносящих ему неоспоримую пользу, а казне — доход.

Сам Арцэй пришёл в Дом Дракона поздно, уже будучи двадцатилетним юношей, и даже не надеялся, что его примут. Одэлис на его возраст было наплевать. Более того, она взяла юношу — практически своего ровесника, — в личные ученики, а через шесть лет сделала заместителем. И теперь они вдвоём, — с финансовой помощью лорда Вэгга, искренне радующегося, что «бесполезный» наследник хоть как-то пристроен, — тянули на своём горбу весь Херенсьюг, в котором на данный момент обучалось триста человек.

— Итак, ты решила принять приглашение, — подытожил Арцэй, отгоняя прочь ненужные мысли. — И каким же образом ты планируешь выбрать пятерых «счастливчиков», что будут представлять нашу школу на данном мероприятии?

— Нужно после ужина собрать старост и объявить о предстоящем Турнире, — сказала Одэлис. — Пусть сообщат студентам и составят списки желающих принять участие в данной авантюре. А мы с остальными преподавателями уже выберем наиболее подходящие кандидатуры.