Когда нарциссизм — это достоинство
Торжественный ужин так и не состоялся. После того, как представители Херенсьюга покинули столовую, их примеру последовали и остальные. Никто не стал их задерживать. Однако герцогиня проявила «милосердие» и приказала подать ужин прямо в комнаты. Это было прямое нарушение этикета. Но учитывая, сколько неписаных правил и официальных законов уже было нарушено, приём пищи в неположенном месте — незначительная мелочь, не стоящая даже упоминания.
Амлас вошёл в отведённую ему комнату и тут же принялся торопливо расстегивать пуговицы мундира — вся спина была словно охвачена огнём, и мужчине хотелось как можно скорее оказаться в ледяной воде, чтобы хоть немного облегчить свои мучения. Однако стоило ему обнажиться по пояс, как дверь без стука распахнулась, явив взору раздражённого Беренгарда донельзя довольную физиономию его заместителя.
— Должен признать, в этом году герцогиня превзошла саму себя! — восторженно проговорил Колдо, ничуть не смутившись внешнему виду Амласа. — Заставить ректоров и их заместителей в срочном порядке изобретать антидот к приворотному зелью — это просто гениально! Я так понимаю, мне больше нельзя оказывать знаки внимания госпоже Джавьер?
— А у тебя всё ещё есть желание их оказывать? — зло выплюнул Амлас, с трудом удерживая в узде рвущегося наружу дракона, которому крайне не понравилась сама идея того, что кто-то посторонний будет флиртовать с его женщиной.
— Я всё ещё нахожу госпожу Джавьер весьма привлекательной, — заверил его Колдо с добродушной усмешкой.
— А как же твоя вторая половинка? — ядовито уточнил Амлас. — К слову, на кого первого пал твой взор? На Джордис или Гарэйн?
— На себя! — с самодовольной улыбкой объявил Колдо, после чего достал из кармана брюк небольшое круглое зеркальце. — Вот ты всё смеялся над моей дурной привычкой постоянно проверять, как я выгляжу, а она меня сегодня спасла. Когда герцогиня сообщила о приворотном зелье и принципе его действия, я спокойно достал зеркальце и посмотрел в него — уж с любовью к себе я как-нибудь справлюсь. К слову, Гарэйн я тоже предложил этот вариант. Так что мы с ней — единственные, кто не будет пускать слюни на малоприятную для него личность. Хотя нет, не единственные — лорд и леди Блас посмотрели друг на друга, в этом я точно уверен.
— А Джордис, значит, достался Фарнас, — сделал закономерный вывод Беренгард.
— Именно так, — кивнула Колдо. — Причём у них с этим, как мне показалось, не было никаких проблем. Во всяком случае, истерику со швырянием боевыми заклинаниями никто из них не устраивал — тут только Дзэта отличилась.
Амлас брезгливо скривился при упоминании леди Габино. А перед глазами тут же возникло лицо Одэлис и её окровавленная рука…
«А ведь я даже не извинился», — недовольно подумал Беренгард, ощущая острый укол вины. Как бы он ни относился к Херенсьюгу, его ученикам и ректору, навредить госпоже Джавьер он точно не желал.
— Что ты намерен делать с приворотом? — поинтересовался Колдо, пытливо глядя в лицо Амласу.
— Тратить время и силы на антидот бесполезно — мои познания в зельеварении не настолько обширны, чтобы тягаться с мастерами гильдии, — был вынужден признать Беренгард. — Так что остаётся только ждать окончание Турнира, чтобы моя драгоценная тётушка выдала антидот сама.
— Что ж, будем считать это тренировкой выдержки, — кивнул Колдо. — Или, быть может, попросить помощи у леди Блас? Она ведь целительница и в зельях должна разбираться.
— Давай оставим это до утра, — попросил Амлас, весь разговор с трудом удерживающий себя от того, чтобы пинком под зад выставить Колдо из комнаты — зуд между лопатками стал почти нестерпимым, да и по венам вместо крови словно текла раскалённая магма — просто отвратительные ощущения.
К счастью, Итерри, при всех своих недостатках, скудоумием не отличался, поэтому намёк понял моментально.
— Ладно, тогда я схожу, проведаю мальчиков, — заявил Колдо и направился к двери, однако на полпути остановился и посмотрел на Амласа серьёзным взглядом. — Я бы на твоём месте свёл общение с госпожой Джавьер к минимуму. Не стоит провоцировать ни Дзэту, ни себя на глупости.