Глава 41. Встреча в ателье…

Город встретил нас звенящей тишиной зимнего утра. Воздух был прозрачен, мороз щипал щеки, а снег хрустел под колесами кареты, когда мы подъехали к ателье мадам Жюли. Эльза Васильевна осторожно высунулась из окна, чтобы взглянуть на величественные двери, украшенные резным орнаментом, стоявшие у входа в это ателье. Она довольно кивнула.

— Вы только посмотрите, Марта Михайловна! — воскликнула она с лёгким восторгом. — Какое удивительное место!

Её глаза светились, словно она была девчонкой, и это вызвало у меня невольную улыбку.

Кучер проехал во двор за коваными воротами и остановил карету. Помог нам выбраться, поклонился и заверил, что будет ждать нашего возвращения.

Когда мы поднялись по каменной лестнице, двери перед нами буквально волшебным образом распахнулись. На самом деле наш приезд увидели из окна. Я сделала первый шаг вовнутрь и тут же ощутила резкий контраст с холодом улицы.

Тёплый воздух, напоенный ароматами ванили, мускуса и едва уловимого запаха краски, окутал нас мягким пледом. Ателье мадам Жюли было больше похоже на другой мир.

Солнечный свет, проникая через витражные окна, разливался по помещению. У меня создалось впечатление, что раньше в этом здании был какой-то храм. Сейчас же солнечные лучи мягко играли на роскошных тканях, а не в священных алтарях.

Шёлк, бархат, кашемир, парча — всё это находилось здесь в таком изобилии, что у меня невольно от удивления приоткрылся рот. Целые рулоны тканей были разложены с безупречной аккуратностью. Они мерцали в лучах света и дразнили взгляд.

С потолка свисали гирлянды из искусственных цветов. На стенах висели канделябры со свечами, которые излучали мягкий тёплый свет, создавая ощущение уюта и сказки.

Деревянные, грубо сколоченные манекены, стоявшие вдоль стен, не казались ожившими фигурами, но платья на них выглядели потрясающе. Каждое из них, по-моему, было просто произведением искусства.

По залу сновали швеи — юные и пожилые, стройные и полные, все с совершенно разными выражениями лиц. Кто-то был сосредоточен, перебирая пуговицы и ленты, кто-то тихо переговаривался, а одна из девушек смеялась так звонко, что её смех напомнил мне рождественские колокольчики.

— Добро пожаловать! — раздался мелодичный голос, и к нам подошла девушка лет двадцати пяти. У неё были каштановые волосы, уложенные в аккуратный узел, и лицо, излучающее дружелюбие. — Мадам Жюли будет с вами через минуту. Пока вы можете осмотреться.

Эльза Васильевна кивнула, заметно смутившись.

— Посмотрите, Марта Михайловна, какие узоры! — сказала она, указав на одну из полок, где яркие ткани с замысловатыми вышивками лежали в особом порядке.

Я коснулась одной из них. Холодный и скользкий шёлк под пальцами вызвал лёгкий трепет. Он словно зашептал: «Ты должна носить меня на балах».

— Да здесь есть из чего выбрать, — ответила я, усмехнувшись.

Очень интересное путешествие получилось. Этот мир открылся для меня с совершенно другой стороны.

Неподалёку стояли дамы средних лет, по виду тоже аристократки. Они задумчиво скосили на меня взгляды, но тут же отвернулись, увидев, что я тоже на них смотрю. Мне они были совершенно неинтересны, поэтому я продолжила разглядывать помещение.

Появление мадам Жюли, главной швеи этого ателье, было таким же внушительным, как и это храмовое здание. Высокая женщина с идеальной осанкой и глубокими серыми глазами шагнула к нам навстречу. Её бархатное платье тёмно-изумрудного цвета подчёркивало элегантность, а кружевной воротник придавал образу строгости.

— Леди, здравствуйте, — сказала она, слегка поклонившись. — Это большая честь видеть вас в нашем ателье. Назовите свои имена.

— Меня зовут Марта Михайловна Разумовская, — ответила я, стараясь держать ровный тон.

— Эльза Васильевна Браун… — представилась няня. Я удивилась. Значит, Эльза не местная?

Мадам Жюли вежливо улыбнулась.

— Да-да, ваш супруг, марта Михайловна, говорил о том, что вы приедете. Чем именно я могу вам помочь?

— Мне нужно платье для зимнего бала, — произнесла я, — что-нибудь, соответствующее сезону, и, возможно, тёплая накидка.

— Да, конечно, у меня точно есть что-то особенное, — сказала мадам Жюли и жестом подозвала одну из швей.

Вскоре меня усадили за массивный стол, где лежали десятки эскизов. Я изумилась, как качественно и профессионально они были нарисованы. Правда, карандаши, которые для этого использовались, были не самыми лучшими. Возможно, в этом мире других не существует.

Елизавета Васильевна пристроилась рядом, рассматривая рисунки с неподдельным восхищением.

— А как вам это? — указала она на один из них.

Платье, которое она выбрала, было настоящим произведением искусства. Сапфировый бархат с серебряными снежинками, выложенными тончайшей вышивкой, просто поражал взгляд. Корсаж был украшен нитями жемчуга, а юбка, плавно переходящая в шлейф, казалась сотканной из ледяных звёзд.

Да, конечно, всё это описание придумала не я. Эти описание придумала швея-художница, стоявшая рядом. Она комментировала свой рисунок с лёгкой улыбкой.

— Прекрасно, — произнесла я, чувствуя, как тепло разливается по груди.

— И сюда как раз подойдёт белая норковая накидка, — добавила швея, доставая кусок меха, чтобы я могла его пощупать. — Ещё я могу предложить подходящую шляпку.

Я кивнула, не сводя глаз с ткани, которую уже достали с полок. Швеи с невероятной быстротой сняли с меня мерки. Их руки двигались плавно и уверенно, словно у них в руках была не ткань, а живая кожа, чувствительная к каждому прикосновению.

Одна из девушек, та самая художница, взяла цветные карандаши и через пару минут показала мне уже абсолютно готовый эскиз с деталями, которые я дополнила.

— Это восхитительно, — произнесла я, рассматривая тонкие линии и яркие цвета.

Но вдруг во всю эту приятную обстановку ворвался новый голос…

— Марта, дорогая, как неожиданно было встретить тебя здесь!

Я развернулась и встретилась взглядом с… Ариной. Её раскрасневшееся от холода лицо излучало вежливую улыбку, но в глубине глаз отчетливо скрывалась холодная, презрительная язвительность. Казалось, её видела только я.

Арина была одета просто великолепно. Длинное тёмно-лиловое платье сверху покрывала песцовая накидка. На голове у неё не было головного убора, поэтому на завитых волосах застыли снежинки. Девушка выглядела привлекательно, но как же она мне не нравилась!

— Арина, — произнесла я ровным тоном, едва сдерживая неприязнь. — Вот так встреча…

Она, не утруждая себя церемониями, подошла ближе и без спроса взяла эскиз, чтобы получше рассмотреть его.

— Какое платье, просто сказка! — произнесла она нарочито громким голосом. — Моя дорогая сестра всегда умела выбирать самое лучшее!

Я поджала губы. К чему это лесть?

И тут Арина, словно невзначай, добавила громко и пафосно:

— Марта Разумовская непревзойдённая во всём!!!

Швеи, стоящие рядом, заулыбались. Они приняли всё это за чистую монету, им показалось, что Арина искренне хвалит меня. Но я скривилась, прекрасно зная, что всё это делается со злым умыслом.

Те аристократки, которые стояли поодаль, тут же развернулись, внимательно рассматривая моё лицо. Некоторые из них нахмурились, кто-то скривился. После этого они отвернулись снова и стали о чём-то негромко переговариваться. Конечно, Арина нарочно называла моё имя так, чтобы они услышали.

Теперь всё понятно. Они вспомнили те ужасные слухи, которые обо мне ходили, и теперь благополучно перемывали мне кости.

Я сделала шаг к Арине, чувствуя, как злость поднимается изнутри.

— Спасибо за комплимент, — холодно произнесла я. — Но у нас очень много дел. Пожалуй, мы ими как раз займёмся. А ты передавай родителям пламенный привет…

Улыбка Арины дрогнула. Кажется, мой намёк был ею хорошо понят: я завуалированно отправила её прочь. Но Арина быстро взяла себя в руки.

— Конечно, дорогая сестрёнка, — ответила она с более натянутой, но всё-таки улыбкой. — Занимайся, занимайся, не смею тебе мешать!

Она грациозно отвернулась и направилась к другой витрине. Швеи переглянулись. Возможно, они так и не поняли, почему я прогнала свою сестру. Но сейчас мне было не до чужой реакции.

— Эльза Васильевна, — я обернулась к своей подруге, — давай выберем что-то и для тебя.

Молодая женщина покраснела и замахала руками.

— Нет, нет, это лишнее!

— Ты заслуживаешь выглядеть достойно на эти праздники, — мягко, но с нажимом ответила я. — Давай сделаем так, чтобы сегодняшний день был максимально радостным…

Эльза меня поняла. Её благодарная улыбка заставила меня почувствовать, что всё не так уж плохо на сегодняшний день.

Хотя спиной я продолжала чувствовать неприязненные и тяжелые взгляды других аристократок и Арины в том числе…