Глава 18

- Что ты тут делаешь? - задумавшись, я не услышала, как выключилась вода и Климов вышел из душа.

- Постель тебе постелила, приятных снов!

Он стоит на месте. Оперся вытянутой рукой о косяк и улыбается. Это подозрительное состояние заставляет меня насторожиться и остановиться.

- Что? - раздраженно спрашиваю, стоя напротив него.

- Ничего такого. Интересно и любопытно на сколько тебя хватит. И главное, что будет дальше.

Дальше будет кофе с солью... но я в который раз не собираюсь ему в этом признаться.

Я как самая настоящая трусиха иду на носочках в свою комнату и очень плотно закрываю дверь.

Моя фантазия очень бурная, и именно по этой причине я кошусь на комод, который в идеале могла бы подвинуть к двери... И тут же представляю громкий смех Климова, который застает меня за этим трусливым занятием.

Стиснув зубы, я откидываю идею с комодом. Он ведь взрослый мужчина, ну не станет он приходить в мою спальню...

И тут же внутренний голос напоминает о том, что этот взрослый мужчина в наглую приперся в мою квартиру и заявил, что спать будет здесь.

Я снова начинаю злиться. Очень и очень сильно. Климов ворвался в мою жизнь с ноги и даже не спросил моего разрешения. А сейчас... сейчас он находится в моей квартире и его все устраивает, а мне кажется предстоит бессонная ночь.

Минут двадцать я пытаюсь уговорить себя не придумывать то, чего нет. И только после этого у меня получается хоть немного успокоиться.

Еще минут двадцать я прислушиваюсь к гробовой тишине в квартире и, удостоверившись в том, что Артём не собирается приходить ко мне в комнату, поудобней умащиваюсь на подушке. Давлю в себе разочарование из-за того, что Климов даже не попытался и, зевнув, закрываю глаза.

Просыпаюсь я от того, что солнце бьет прямо в глаза и, пробурчав что-то невнятное себе под нос, встаю с кровати.

Я всегда закрываю шторы. Вот всегда. Даже специально купила плотные, чтобы солнце через них не проникало в комнату. Неужели вчера во всей этой суете я забыла это сделать?

У меня солнечная сторона и каждое утро солнце беспощадно лупит в окна и единственное, чем можно спастись — это плотными шторами.

Тру глаза и застываю на месте. Я закрывала! Вот, как сейчас, помню, что закрывала. И в этот момент в моей голове всплывает догадка....

Я бросаю глаза на кровать, подушка со второй стороны, на которой я никогда не сплю смята. Сердце начинает тарабанить быстрее.

Я подхожу ближе к кровати и мне даже не нужно наклоняться, чтобы понюхать подушку, я чувствую его запах и так.

Климов спал в моей кровати! Я в этом уверена на все сто процентов! И это он открыл шторы в моей комнате.

Моя злость закипает с такой силой, что из ушей валит пар.

Я сжимаю кулаки и вылетаю из комнаты со скоростью петарды, которая вот-вот взорвется.

Судя по звукам, Климов во всю хозяйничает на моей кухне. И я, недолго думая, направляюсь именно туда. И, практически дойдя до кухни, я резко останавливаюсь. У меня нет никаких доказательств. Этот засранец успел убежать до того, как его словили на месте преступления.

Все что я могу, это посмотреть в его наглые глаза, а после решать, как поступить. Вопить, что он пробрался в мою комнату без разрешения? Это просто повеселить мужика.

Делаю глубокий вдох и захожу на кухню.

Судя по всему, мужчина чувствует себя как дома, хотя я ему явно этого не предлагала.

Но я делаю вывод по тому, что вижу, а вижу я то, что мне нравится, как бы я ни сопротивлялась и не отнекивалась.

Полуголый мужик хозяйничает на моей кухне. Что может быть увлекательнее?

И я должна вам признаться, что Климов в одних шортах, с голым торсом и, на секундочку, голыми ступнями смотрится настолько возбуждающе, что я даже несколько секунд разрешаю себе полюбоваться этим засранцем.

Никогда ранее я не видела его в таком виде. Не знаю, что больше меня смущает. То, что он явно не вписывается в мои скромные апартаменты своим шикарным видом, или то, что сейчас он выглядит таким... одомашненным?

- Ты во мне дырку протрешь, — его насмешливый тон возвращает меня в реальность.

- Ничего страшного, я уверена ты это как-то переживешь, — огрызаюсь на автомате, а у самой в голове вертится один очень интересующий меня вопрос!

Откуда он взял эти шорты?! Вчера на нем был только костюм, больше у него с собой ничего не было! Откуда он их взял?!

- Ты хочешь о чем-то меня спросить? - на его лице появляется наглая улыбка и я ловлю себя на мысли, что я хочу его стукнуть! Потому что я еще не задала вопрос, а он уже надо мной издевается!

- Сомневаюсь, что ты нашел эти шорты в гардеробе Евы, — взглядом указываю на его бедра, — соответственно у меня возникает вопрос. Где ты их нашел?

Его улыбка становится шире, а мои нервы не железные!

- Я учел твоё вчерашнее пожелание, — это ни черта не ответ! Какое к черту пожелание?! Я не помню, чтобы говорила о том, что мечта увидеть его полуголым на своей кухне!

- Стесняюсь спросить какое? - я копирую его улыбку, и Климова это веселит еще больше.

- Так как отказалась жить в моем доме, мы будем жить в твоем. Сегодня утром Александр привез мне кое-какие вещи.

Внутри меня происходит огромный и мощный бабах!

- Кто это мы? - в моем голосе столько язвительности, что я сама начинаю себя бояться.

- Я не уйду из твоей жизни, Мия. Как бы ты этого ни хотела, — он делает шаг ко мне и его лицо с каждым словом становится все серьезней, — я буду рядом с тобой и моим сыном. И я сделаю для этого все.

Впиваюсь ногтями в кожу ладоней.

- Кстати, в комнате Евы нужно заменить диван, на нем невозможно спать, твоя кровать намного удобнее.

Мне послышалось?! Мне ведь послышалось?! Я задаю раз за разом себе этот вопрос, но по выражению лица Климова понимаю, что все не так, как мне бы хотелось.

Он только что в наглую заявил, что спал в моей кровати?!

- Что ты сказал? - я пытаюсь себя уговорить, что я взрослая женщина, и что бить его сковородой по голове — это очень и очень глупая затея. Вот только... его улыбка провоцирует меня на то, что внутренний голос в моей голове начинает меня уговаривать его треснуть. Ну хоть как-то.

- Сегодня вечером нужно заехать в магазин и выбрать новую кровать для девочки, - он говорит это так, будто не замечает того, как я на него смотрю.

- Раз диван для тебя настолько неудобный, то ты вполне мог бы ночевать у себя дома! - мой голос срывается на высокие ноты, а мужика это лишь веселит.

- Меня вполне устраивает твоя кровать, - и в этот момент он в наглую разворачивается к плите и открыв крышку сковородки начинает что-то в ней помешивать.

У меня не то, что пар из ушей валит от злости, у меня начинает подпрыгивать крышечка от перенапряжения!

- А ты случайно не охренел, Климов?! - срываюсь на крик и делаю шаг к мужчине.

Он накрывает крышкой то, что очень вкусно и ароматно пахнет и снова разворачивается ко мне.

- Еще даже не начинал, - он снова улыбается! Опять! И пока я, сжимая кулаки от злости пытаюсь подобрать слова, он резко дергает меня за руку на себя, и я тут же оказываюсь в его объятиях, - а ты с каждой секундой заставляешь меня это сделать.

- Не смей! - шепчу в его губы, которые уже практически соприкоснулись с моими, он со мной играет, и я вижу, насколько сильно ему это нравится.

- А то что? - я не успеваю замахнуться рукой для пощёчины, как он тут же ее перехватывает. И его губы тут же впиваются в мои.

Я вырываюсь изо всех сил, мычу и брыкаюсь, только это не меняет ровным счетом ничего! Климов умело надавливает на мои губы языком и заставляет их распахнуть.

Наверное... Скорее всего в любом другом случае, я бы сдалась. Разрешила этому безобразию продолжаться. Но не сейчас! Не в настолько взбешённом состоянии. Не тогда, когда я пытаюсь хоть как-то отстоять свою позицию!

Мои зубы смыкаются на его нижней губе, я заставляю его зарычать, а после ослабить хватку. И именно это помогает мне вырваться из его рук.

- Я тебя предупредила! - отпрыгиваю на безопасное расстояние и прожигаю его взглядом.

Климов проходится языком по губе, на которой выступила капелька крови от моего укуса и скалится.

- Если ты планируешь позавтракать перед тем, как мы поедем в больницу, то тебе придется поторопиться, - тут же хочется едко усмехнуться и сказать “хорошо, пап” но я вовремя прикусываю кончик языка.

Мне нужно в больницу к детям. Играть в его игры у меня сейчас нет ни времени, ни желания.

Развернувшись к нему спиной, я быстро выхожу из кухни.

В своей комнате я выпускаю пар и бью пару минут подушку, представляю, что это Артем.

Рррр!!! Как же он меня бесит! Гад ползучий!

Мои попытки избить подушку до полусмерти прерывает звук пришедшего сообщения на телефон.

Взяв его в руки, я улыбаюсь, сообщение от Евы, значит ей передали вещи, которые я вчера там оставила.

"Прошу, умоляю, молю.... Привези мне мой планшет! Тут так скучно, что я скоро завою!"

Смешок вырывается из моего горла, значит дела не так плохи, раз маленькая проказница уже во всю требует свой любимый гаджет.

“Я подумаю над твоей просьбой” - отправляя в ответ и мне тут же прилетает еще одно сообщение.

Там фото Мишки, который, судя по всему, по просьбе Евы пытается изобразить очень расстроенную моську, и снизу подпись:

“Неужели ты откажешь ему в просмотре Малышариков?”

Сердце тут же начинается биться чаще. Я приближаю фото сына и рассматриваю его настолько пристально, что через минуту у меня начинают болеть глаза. Я всматриваюсь в цвет его щечек, пытаюсь на глаз определить нет ли у его температуры. Дохожу чуть ли не до того, что прикладываю палец к экрану, там, где его лобик и только после этого понимаю, что я делаю.

Телефон в моей руке снова вибрирует.

“У Мишки нет температуры, он даже не капризничает, а то я тебя знаю, уже накрутила себя там!”

“Скоро буду” - отправляю в ответ и тут же вылетаю из комнаты, чтобы найти планшет сестры.

На пороге ее комнаты я цепляюсь за что-то ногой и чуть не зарываюсь носом в пол.

Включаю свет и смотрю себе по ноги. На полу стоит сумка. Огромная дорожная сумка! Мои глаза увеличиваются в размере.