Глава 36

- Наташа! – хриплый окрик заставил нас подскочить. В нескольких метрах от нас стоял Рустам.

Сидя спиной к лагерю, занятые беседой и с тем, что Рустам умел перемещаться как тень, мы его не слышали.

- О, господи! – Яна схватилась за сердце.

- Извини, что напугал, - проговорил он, - Наташа, мы можем поговорить?

Бледный, с покрасневшими глазами, он стоял, жмурясь от солнца и как приговора ждал ответа.

Яна вопросительно посмотрела на меня.

- Скоро придем, - я чуть улыбнулась. Она нехотя направилась обратно, обернувшись пару раз, будто решая не стоит ли вернуться или еще лучше позвать на помощь. Если для меня Рустам был родным, знакомым, то остальных его личность пугала. Шрамы, сломанный нос, суровый нрав, безупречное владение оружием, и сама дикая, мощная энергетика хищника… Когда-то и я его боялась.

- Я подойду? – прошептал он.

- Конечно! – я села верхом на бревно и перенесла вторую ногу, разместившись лицом к Рустаму.

Он сел на корточки у моих ног.

- Прости меня.

Два слова. Сколько раз каждый из нас их слышал? Искренних, лживых? Сказанных для галочки?

В этих двух словах, сказанных Рустамом звучала черная дыра боли. Будто его и моя объединились и терзали вместе его душу, подобно пуле, попавшей в тело. Но чтоб ее извлечь, чтоб излечить рану тоже требуется причинить боль.

- Простить за то, что ты считаешь, будто я изменяла Антону с Максом? Я, знаешь ли тоже не много знаю о твоем прошлом, но каждый вывод основываю на твоих словах, а не своих домыслах, - голос звенел. Глаза наполнялись слезами, но я и не думала просто начать рыдать.

- Не думаю, правда, - он взял мою руку. Несмело, будто впервые, - Я знаю, какая ты. И знаю, насколько легко тебя любить. Как сносит крышу, даже если все, что будет, это взгляд мельком или пара слов. Я, так почему бы и не он?

Признание в любви. Первое, самое-самое первое. Сейчас.

Слезы таки побежали. Он почти протянул руку – привычно их стереть, но не решился.

- Сказал так зачем? Это и про крыши с продуктами?

- Со зла. На себя, - он опустил голову, - Он тебя спас, а не я. Он дал то, чего я не смог.

Я соскользнула со ствола и села на траву. Обхватила руками лицо Рустама, притянула к своему.

- Не буду о количественном соотношении – толку нет. Я за это его должна любить?

Ответа у Рустама не нашлось.

- Между прочим, ты впервые признался мне в любви. Не мог выбрать лучший момент?

- Простишь меня?

Я обняла его за шею, навалилась, опрокидывая навзничь.

- Рустам, раньше нам поговорить мешали обстоятельства. Зомби там, все дела. Теперь все иначе. Давай этим воспользуемся?

Рустам кивнул. И внезапно перевернув меня на спину, забрал себе инициативу. Смеясь и визжа, мы принялись кататься по траве как парочка глупых щенков. Обратно вернулись покрытыми травой и с легким сердцем. Относительно.

Ведь лично меня точно ждал еще один сложный откровенный разговор. Найти бы для него подходящий момент. И знать бы наперед последствия.

Но он нашелся сам и очень быстро.

Тем же вечером, когда я мыла посуду после ужина, Макс взял полотенце, подкатал рукава рубашки цвета хаки, и принялся за вымытые тарелки. Забавно, как непривычно ему вытирать их.

- Слушай, Наташ, а… Рустам, он кто?

- Мой мужчина, человек, спасший мне жизнь, - я взглянула ему в глаза.

- Ты понимаешь, о чем я, - он поставил тарелки в шкафчик. И не дождавшись от меня продолжения надавил, - Кем он был до эпидемии?

- Прости, глянуть в его трудовую книжку возможности не было. Я, если честно, даже не спрашивала, есть ли у него она. Вокруг было слишком много зомби.

- Слушай, я не господь бог, чтоб судить людей. Но я вижу, как ты напряжена, вижу отметины на твоей шее. А сегодня, уж извини, все слышали, как он на тебя орал и как ты убегала в слезах.

- А по какой причине орал, не слышали? – голос срывался от эмоций.

- Ты не спросила можно ли тебе общаться со мной? – следующая тарелка звякнула так, что я обеспокоилась не разобьется ли. Спустила воду из мойки. Постояла, глядя, как она исчезает в сливе.

Смогут ли они уживаться дальше? Вопрос вопросов, как ни избегай об этом думать. Вопрос жизни и смерти.

Обернулась к Максу. Оперлась задницей о столешницу – для пущей поддержки.

- Я нравлюсь тебе, - не вопрос, утверждение, - знаю, что нравлюсь. Мне приятно. И ты очень хороший парень. Я безмерно благодарна тебе за то, что ты спас нам с Рустамом жизнь, приютив здесь.

- Это как бы твоя собственность, - перебил мужчина. Сунул руки в карманы камуфляжных штанов.

- Ты понимаешь, о чем я, - в тон ему проговорила я, - Но все, чем могу отблагодарить – это работа и только.

- Думаешь, я б стал требовать от тебя платы натурой?!

- Нет. Дослушай, пожалуйста, - я села за стол, он напротив, - Я не думаю плохо о тебе и никогда не думала. Но начну, если ты и дальше будешь провоцировать конфликты. Максим, пойми, поверь – Рустам ни к чему меня не принуждал и не принуждает, он никогда не делал мне ничего плохого, и он не раз и не два спасал мою жизнь. Но я с ним не поэтому.

- Любишь его? – горько спросил Макс.

- Люблю. И, если придется, то уйдем мы вместе. Это все не ультиматумы – кто я такая, чтоб их ставить, но даже будь иначе, не стала бы. Я это говорю, чтоб ты понял, того, что я с ним не изменить. Вообще никак и никогда. Мы связаны как единый организм, одна часть которого не сможет без другой. Макс, мне очень жаль тебя ранить, жаль огорчать, но это правда.

- Жалеть только не надо, - он усмехнулся, - вены резать или там бежать на поиски стада зомби не стану. Наверно, карма все же существует и настигла меня в самый неподходящий момент.

- За десятки разбитых сердец?

- Сотни, дорогая моя, - он взял мою руку, поцеловал кончики пальцев, - Я отступлюсь. Считай уже отступился. В конце концов, я у него в долгу за частично избавленную от мук совесть. Но учти, будет обижать тебя…

- Не будет.

- Вот и ладненько.

Подмигнув мне, он соскользнул со стула и тихо вышел из кухни.