Глава 11

– Явилась?! Только не говори мне сейчас, что ты сдала анализ! – Анастасия Афанасьевна закрыла за дочерью дверь и встала у той за спиной. Каролина скинула туфли здесь же, в прихожей на полу, нетвердой походкой направилась в глубь квартиры, постаравшись бросить как можно более безразлично:

– Конечно нет, я сказала, что мне плохо.

Женщина, хозяйка дома и мать невесты, схватила Каролину за плечо и с силой дернула на себя. Девушка от неожиданности крутанулась всем корпусом, поскользнулась на старом линолеуме и упала на пол, чуть было не придавив собой здоровенного рыжего кота, успевшего с визгом отскочить в сторону.

– Мам, пожалуйста, не бей! – девушка в испуге закрыла ладонями лицо. Она уже давно привыкла к избиениям, этот жест совсем не был для нее чужим.

– Ах ты! Не бей, говоришь? – женщина в считанные секунды перевоплотилась в совершенно другого человека. Сжав зубы и с трудом от злобы выговаривая до конца слова, она накинулась на дочь. – Что ты мне тут устроила?! Мало от Митьки нагуляла! От Митьки! Алкаша! Наркомана! Других мужиков не могла найти? Тебе так повезло зацепить достойного парня, с деньгами, связями, а ты и этого не можешь удержать! Зачем опять приволоклась в наш район?! А, тварь, – женщина пнула дочь ногой под худое бедро, та вздрогнула от удара и сжалась на полу еще сильнее, – опять задумала вечерок в компании дружка провести? Нарываешься, чтобы жених тебя застукал?!

– Нет! Мам, только не бей! – взмолилась девушка. – На меня Светлана Макаровна насела, она привязалась, выспрашивает. Я хотела спрятаться от нее до свадьбы! Мне… мне кажется, она что-то подозревает…

– Подозревает? – последовал еще один пинок вдогонку первому. – А с чего бы ей это? Может быть с того, что моя доченька трахается по подворотням? На глазах у всех соседей?! Ты что, хочешь как я? Родить и всю жизнь мучится с нищим алкашом?!! А кто о родной матери позаботится?

– Нет, мам! Нет! Нет! Не хочу!

– А я думаю, еще как хочешь!

– Нет, не хочу! Она… она действительно о чем-то догадывается…

– Ты до самых родов думаешь бегать от анализа?!

– Я им не дам его сделать, не волнуйся, – чуть убрав руки от глаз и посмотрев в ужасе на разъяренную мать, проблеяла беременная. – А с виду он все равно будет похож на меня.

– Ну, да. Хорошее оправдание! – женщина нависла над ней и продолжила высказывать свою точку зрения, постоянно надувая от злобы отсутствующие на худом лице щеки. – Вставай давай, нечего полы жопой обтирать!

Каролина осторожно поднялась и попятилась в сторону комнаты, мать наступала на нее, буквально продавливая дочь внутрь квартиры.

– Что же, по-твоему, помешает им взять анализы у твоего ребенка?

– Я! – девушка села на край обшарпанного полосатого дивана и прикрыла колени дрожащими руками. Пара пинков от матери – это еще только начало обычных разборок.

– Вот скажи мне, Линочка, какого х…ра я тебя растила? Чтобы ты такое вот вытворяла?! Мало вся наша родня общаться с Ильиными не хочет. Мы для них как помои! Только вроде шанс появился, что ты выйдешь замуж, и именно сейчас ты хочешь все испортить?! Зинкина дочь вышла замуж, у нее такая свадьба была, закачаешься. Миллион потратили! А Ленкина? Помнишь? Ты же была на ней. В семнадцать. И там умудрилась с кем-то спутаться! Тебя и без того все считают шлюхой!

– Мам, мам, не кричи! Я выйду замуж за Барсова! Я же обещала! И, пожалуйста, не бей меня больше.

– Не бить? А если не бить, ты же вообще слушаться перестанешь! В одних трусах по улице пойдешь. Или без них? А? Зачем тебе трусы?! И без них весь двор знает, что там у тебя под ними.

– Мамочка, зачем ты так? Я же только с Митей… – девушка, сдавшись, расплакалась. – Ты же знаешь, что я его люблю.

– Любишь, любишь, – передразнила женщина, остановившись на пороге. – А ничего, что он твой брат? Не смущает тебя?! Совсем нас по миру решила пустить? И без того, весь дом судачит о тебе, не хватало еще, чтобы все узнали, что…

– Мам, ну мы же не виноваты. Так получилось! Мы же не знали, когда все началось…

– А тебе и не надо было знать, достойного мужика надо было искать с самого начала. Потом-то смогла?!

– За что ты его так не любишь? Он же твой сын… – всхлипывая и растирая слезы по лицу, Каролина попыталась обратиться к материнским чувствам, которые у Ильиной как будто кто-то начисто выжег.

– Он мне уже давно не сын и никогда им не был. Я его не хотела! А его отец-насильник пусть выкармливает то, что сотворил! Это его наказание, не мое. И ты не заставишь меня заботиться о том, что ты там носишь в животе.

– Мам, как ты можешь? Он же твой…

– Он мне никто! Я признаю его только, если его отцом будет Барсов! Ты меня услышала, дрянь?

– Услышала, – ответила Каролина, потирая щеку, раскрасневшуюся после соприкосновения с материнской ладонью. – Я все сделаю. Он станет Барсовым.

– Не пойдешь сегодня никуда. Караулить тебя буду, так и знай!

Каролина проводила мать взглядом, потом дотянулась до старого пледа, что был здесь же сложен и лежал под дневной подушкой, накрылась им и тихонько заплакала. Очень хотелось написать Мите, попросить его прийти за ней и вытащить из этого ада. Но наивное желание было невыполнимым. Мать во многом права. Каролина любила Дмитрия, однако правда была в том, что парень вырос ненадежным. С другой стороны, он тоже был прав. Каким ему еще быть, когда родная мать отказалась от парня, отцу он тоже не слишком был нужен, тот и не скрывал никогда, что сделал с Анастасией.

Они случайно познакомились. Во дворе, на скамейках под дубом, где местная молодежь любила собираться в темное время суток. Дуб этот – единственное старое дерево во дворе, которое не выкорчевали при строительстве многоэтажек. Каролине тогда было семнадцать. Она сразу увидела Митю и с тех пор могла думать только об этом дерзком хулигане. Вечно худой, потому что есть нечего, глаза наглые, жесткая улыбка и при всей внешней непривлекательности, Митька всегда и во всех спорах был первым. Если какие-то разборки между пацанами, он вписывался без разговоров. «Потому что за меня жизнь не вписалась» – так он ей говорил. Лишь через несколько месяцев, когда она уже успела потерять невинность в его объятьях, когда они стали заниматься этим буквально везде, Каролина получила от матери. В прямом смысле. Анастасия ни разу на ее памяти не гнушалась и не стеснялась распускать руки. Она с трудом призналась, почему так сильно ненавидит парня. Поначалу прикрывалась разными отговорками, пока одним вечером не застала голубков, целующихся у подъезда их дома. Именно тогда все и вскрылось. Кирилл в тот день был еще в рейсе и ничто не помешало матери выбивать из дочери дурь.

«Я подъеду через час, нам нужно поговорить» – на телефон упало сообщение от Барсова. Опять требовательно. Шмыгнув носом и утерев зареванное лицо краем пледа, Каролина всхлипнула и набрала ответ: «Не сегодня. Плохо себя чувствую и уже легла спать».

Если уж она сегодня не увидит Диму, то и с Барсовым встречаться тоже не будет! Митьку она любит, а Александра нет. Мать от него в восторге. Конечно. Богатенький, беспроблемный, перспективный и со всех сторон положительный. Только вот этот положительный внимания на нее не обращает. Кроме той единственной ночи, когда у них все случилось. И которой она теперь спекулирует. Он обходительный, делает все, что должен. Только должен, а не хочет. Заехать, забрать – пожалуйста. Она ведь в положении. Свадьбу – пожалуйста. Он же виноват в ее беременности! Именно так! Александр все и всегда для нее делает, как будто повинность тяжелую выполняет. А Димка… Димка ее любит! И она любит его. Пожалуй, она единственная на этом свете, кто его любит.