Глава 59. Светлана

Тьма. Тьма. Только тьма вокруг. На тысячи миль и километров. Вверх и вниз. В бесконечность.

Повозка выехала за закате. Долгий день Светлану не выпускали из комнаты, рядом все время была Каира. Девушка все пыталась поговорить и утешить, но Света рычала и просила оставить ее в покое.

С ними ехал Вальвенсо. По темному дрожанию вокруг него, Света поняла, что он расстроен и измучен.

— Пора домой, — прошептал он, когда повозка выровняла ход и шорох колес стал более глухим и не таким дерганным. Будто они выехали с брусчатки на грунтовку. — До Мемфриса довезу вас, а дальше обрадую сестрицу, что жив и здоров.

Каира вздохнула и хрустнула пальцами: сжала кулаки. Ее аура мерцала алым: яростным и беспощадный огнем. Света поняла, что она может видеть так не только Эда, но и других людей. Было странное чувство, будто она подсматривает их чувства, будто впитывает эмоции. Без их разрешения. Потому не признавалась.

Кей и Зар остались на церемонии. Наверное, Эденгар уже стал мужем и даже поцеловал молодую жену. От этой мысли Свете стало душно, захотелось выпрыгнуть на ходу и размозжить себе голову о камни. Но она будет жить всем на зло, будет идти дальше несмотря ни на что! Сдавила зубы до хруста и проглотила комок слез: дракон их не дождется. Не заслуживает.

С улицы донеслись странные звуки. Топот копыт и мужские крики.

Вальвенсо шикнул и стиснул Свете ладонь.

— Сиди тихо.

Она закивала и прикусила губу до крови.

Повозка затормозила, и их резко развернуло. Каира закричала и сразу затихла, будто кто-то оборвал ее крик ударом. Затем что-то грохнула в боковую дверь, и их стало тащить в сторону. Светлана привалилась к стене и сжалась в комочек, накрыла себя ладонями. На голову рухнули доски, какие-то полотна бумаги, ткань. Пустота звала, тянула, протягивала руки, и хотелось радостно принять ее в объятия.

Когда повозка перевернулась, Света уже готова была умереть. Что-то произошло, кто-то напал, и возня снаружи напоминала бой из эпического фильма. Звон клинков, крики, брань.

— Каира, осторожней! — надрывно закричал эльф. — Ланиэль спаси!

Повозка зашевелилась и поехала вниз, а затем ускорилась и рухнула в небытие.

— Ланни! — взвизгнул голос подруги и улетел вверх.

По голове сильно ударило чем-то твердым. Потемнело в глазах. Мир закружился, а затем оглушительно схлопнулся.

* * *

Когда Светлана очнулась, она все еще была в повозке. Мягкие сидения, те же шероховатые стены и даже приоткрытая дверь. Только ветер больно дергал волосы, будто собирался ураган. Где-то внизу шумела быстрая вода.

Щупая темноту, Света попробовала выбраться наружу, но нога уходила глубоко в пустоту и не находила опоры. Пришлось вернуться внутрь и скрутиться в уголочке.

— Помогите, — прошептала раненными губами, на большее не хватало сил. Под ребрами горело, на голове от крови слиплись волосы. — Каира, Вальвенсо! — попробовала чуть громче. Голос прорвался вперед и раздвоился специфическим эхо. Будто она в пещере или туннеле.

Время стало тянуться, промораживать изнутри. Было холодно. Так холодно, что кожа покрылась тонким слоем инея и щеки стянуло неприятной коркой. Света потащила на себя куски ткани и замоталась, как могла. Но ничего не помогало. Через несколько долгих минут ее колотило так, что выпасть в пропасть и избиваться от страданий казалось лучшим выходом.

— По-мо-ги-те…

Никто не отзывался. Только эхо отвечало с каждым разом все громче. Калаталось внутри повозки и улетало куда-то в темноту.

Чтобы отвлечься и сократить время до своей смерти, Света стала повторять страшные стихи. Такие же ненужные никому, как и она.

— Сто крысят, сто крысят

Нас съедят, нас съедят!

Коль хотите сбежать,

Вы должны их сожрать!

Завыла в пустоту, сдавила зубы и глотнула солено-горькую слюну. Не хотелось вот так погибать: жизнь только началась, но без Эда дальше идти не получалось. Он король, она все понимает. Он обязан. Наверное, его вынудили обстоятельства. Оправдывает его? Да. Чтобы умереть и не тянуть за собой шлейф обид. Чтобы не приходить к нему во снах, не мучить, не чудиться в весенней листве, не откликаться в голосах других девушек, простых прохожих. Отпустить его. Отпустить себя.

В груди плавилось сердце: оно натурально горело, и, казалось, прожжет ребра и выскочит наружу. Тело замерзало, а душа не остывала.

Было больно. Мышцы резало, кололо, будто в нее воткнули тысячи лезвий и игл. Света не смогла даже закричать, когда невидимая тяжелая лапа опустилась на горло и сдавила шею. Пусть давит. Наконец, закончится мрак, и она сможет быть свободной.

Из последних сил раскрылась, сорвав с себя ошметки штор, отодвинулась к двери, глубоко вдохнула и головой вниз выпала из повозки.

Глава 60. Эденгар

— Эд! — растрепанный эльф ввалился в зал и почти рухнул на пол. Проскользил вперед, стер с лица кровь и прошептал:

— Ланни… Света… Она…

— Что? — Эд оторвал ногу от пола и, преодолевая безумное притяжение и боль в задубевших мышцах, сделал шаг. — Что с ней?

— Сорвалась в пропасть. Я не успел… Каира сильно ранена. Мне нужен лекарь!

— Я здесь.

С переднего ряда гостей выскользнул Святозар. Он бросил мрачный взгляд в сторону алтаря и быстро исчез за дверями.

— Нет, — хрипнул Эд, осознав, что случилось, и колени подогнулись.

— Не стоит прерывать церемонию, — грозно навис над головой отец. — Продолжайте! — он махнул притихшим музыкантам, и они затянули веселую неприятную трель.

— Нет! — плечо Вальвенсо оказалось под рукой. Эд приподнялся и уставился на отца. — Если бы не свадьба, она была бы здесь, жива, а ты… Думаешь, что страна, весь мир, может мне ее заменить? Ни-ко-гда! Ты и нашу мать не любил, потому она умерла так рано! Так ведь?!

— Замолчи, Эденгар! — прогремел голос отца. Музыканты снова замолчали. Гости загудели изумленно, зашевелились, будто листья мертвого леса.

— Ну, уж нет! — Эд выровнялся и бросил в отца гневный взгляд. Плечи разогрелись от ярости, одежда вот-вот воспламенится, дракон ревел внутри и желал мстить. — Мы поженимся, но ты дашь слово не вмешиваться в мои решения. Решения короля!

Отец свел брови, поправил мантию и коротко кивнул. На сухих губах застыла довольная улыбка. Эд хрустнул зубами и отвернулся.

— Эд, — зашептал Вальвенсо. — Мне жаль… Мне очень жаль.

— Переживу, — проскрипел в ответ Эденгар и оттолкнул руку поддержки. — Продолжим!

Невеста всхлипнула и еще сильнее согнула спину. Светлые кудри просвещались сквозь вуаль. Девушка дрожала и плакала. Не щадя ни ее, ни себя, Эденгар выкрикнул:

— Да, я…

Окна затрещали, стены зашевелились, а на голову посыпались осколки стекла. Витражи с грохотом разрывались, а в церковь вломился белый с радужным переливом дракон. Он наткнулся крыльями на острые стекла и рухнул на блестящий каменный пол церкви.

Люди с криком стали бежать прочь, охрана короля выступила вперед и нацелила в дракона копья стрел и навершия посохов. Дракон тяжело дышал и смотрел на Эда кристально-чистыми голубыми глазами.

Несколько болезненных шагов вперед, сквозь мутное осознание и узнавание. Вальвенсо запротестовал:

— Стой! Мы не знаем, кто это.

— Отцепись! — отмахнулся Эд. Ему не нужно было доказывать, достаточно было посмотреть в глаза. Это была его девочка. Его малышка.

Он рухнул перед ней на колени и потянулся к морде. Драконица фыркнула и зарычала. Кровь изуродовала ее белую чешую, раскрасив неровными пятнами, и залила кремовый пол темной лужей.

— Ланни, свет мой… прости меня.

— Она перешла! — вскрикнул Святозар, появившись из ниоткуда, и подступил ближе. — Так вот почему… Эд, ей не хватит сил перевоплотиться, если не сделать это сейчас. Нужно попросить ее… Быстрее…

— Слышишь, Светлана, вернись ко мне, — Эд не убрал руки, даже когда она огрызнулась и цапнула острыми зубами за пальцы. Притянул за холку к себе, коснулся носом ее израненной щеки. — Только нужно стать собой.

Она зарычала, а потом завыла и беспомощно повозила по полу израненными крыльями. Радужные рожки изогнулись, а синие глаза заволокло алой тьмой.

— Я люблю тебя, — прошептал Эд и, не обращая внимания на ее угрожающий рык, коснулся губами ее лба. Обнял огромную шею и снова прошептал: — Люблю. Вернись. Я не могу без тебя. Моя Ланиэль. Светик, прошу…

Драконица дернулась, и рык перетек в крик. Чешуя плавно стала человеческой кожей. Девушка несколько раз дернулась и затихла.

— Эд, в сторону! — завопил Святозар и вцепился в плечи. Эд скрипнул зубами, поднял голову и прошипел:

— Нет. Я буду рядом! Можешь попробовать меня отодвинуть.

— Дай хоть глянуть ее раны, — спокойно ответил Зар. — А потом она вся твоя.

Эденгар обернулся. Света была в крови, волосы слиплись и скомкались, плечи и руки изрезаны, а под грудью горели глубокие рваные раны, будто ее что-то проткнуло.

— Да, конечно, — Эд сбросил китель и попросил еще один у Вальвенсо, что все еще топтался рядом. Накрыв наготу Светланы, Эденгар отошел в сторону и попытался нормально вдохнуть. Горечь все еще давила и мучила.

— Эденгар, — позвал отец. От его голоса дернуло так неожиданно, что Эд влепился плечом в колонну. Потемнело в глазах, и он выжал:

— Я не стану жениться на нелюбимой. Ни-ко-гда.

— Женись на ком хочешь, — сказал отец и подошел ближе. Теплая рука легла на плечо. — Я ждал, когда ты проявишь характер, силу воли, гордость. Если ты не можешь пойти против отца, не сможешь пойти и против врага.

— То есть традиции не при чем? Ты просто проверял меня?!

Король повел плечом и накось улыбнулся.

— Ты проявлял малодушие, не искал выходы, а мне нужен был сильный наследник, не мямля.

— Но так… — Эд откашлялся, — учить жестоко. А если бы свадьба состоялась…

— Жизнь покруче умеет учить, мой сын. Я умираю и хочу оставить трон в надежных руках. Хочу, чтобы Дакрия процветала, развивалась и… — он замолчал и перевел теплый взгляд на израненную Свету, — радужных драконов на троне у нас еще не было. Она очень сильная, Эденгар. Береги свое сокровище и больше не позволяй жизни идти против твоего сердца. И, да, я очень любил твою мать. И до сих пор люблю.

Король пошатнулся и оперся на руку слуги.

— Я пойду, мне пора на покой. Я и так долго держался.

— Пап… не надо, прошу, — Эд подобрался ближе. И заговорил жестче: — Я хочу, чтобы ты увидел внуков. Я тебе запрещаю уходить. Слышишь? — помог отцу выровняться и поднырнул под свободную руку.

— Она научила тебя этому? — хмыкнул отец.

— Да. Очень упертая, очень смелая.

— Настоящая королева, — протянул король. — Иди к ней. Так и быть, еще поживу. Надо же кому-то вас уму-разуму учить.

Эд передал отца другим слугам, а сам побежал к Светлане.

— Только не думай, что она простит тебя так легко, — бросил с насмешкой король и, взмахнув рукой, поплелся в обнимку со слугами прочь из церкви.

Эд подошел к девушке и тихо сказал:

— Я знаю. Я вымолю прощение, — поднял ее на руки. Легкую, совсем невесомую. И под присмотром Святозара понес девушку в спальню. Вальвенсо в коридоре извинился и убежал в другую сторону. Он переживал за Каиру, и Эд его прекрасно понимал.