4.2

Все притихшие было демоны полезли из души, когда Владимир увидел, как она улыбается эту лощеному дядьке в хорошо пошитом костюме. А он кивает ей покровительственно и с внутренним довольством.

Какого хрена?!

Получил от нее то, чего хотел? И почему дверь была закрыта?! Он ведь здесь меньше десяти минут назад был, а они, значит, за закрытой дверью?..

Ляяять… Взметнулась вся муть со дна души, сейчас он готов был врезать тому мудаку в костюме, ее преподу. А ее… вытащить отсюда!

Но тут Вова увидел, как она поворачивается к нему лицом. Легкое удивление и узнавание в глазах. Маленький проблеск радости. У него сердце бешено заколотилось и рванулось к ней. И в этот момент затаенная радость в глазах Даши стала сменяться страхом и отчуждением.

НЕТ! Только не снова это.

Титаническим усилием он заставил проклятых демонов ревности заткнуться. Смог даже изобразить подобие улыбки на лице. Кивнуть этому ее преподу и поздороваться:

— Добрый день.

Он как раз дошел и остановился в паре шагов от Даши.

А препод явно напрягся и неприязненно его оглядел. Не нравился он ему? Пох***! Вова мысленно оскалился злым смехом, этот тип ему не нравился тоже. Потом повернулся к Даше и обронил:

— Привет. Я за тобой.

Она как-то странно затихла, глядя на него, потом неуверенно заправила прядку светлых волос за ухо и негромко проговорила:

— Привет.

Владимир жадно проследил этот ее спонтанный жест, шумно выдохнул и сглотнул. Смог.

* * *

В первый момент Даша растерялась. Она впервые видела Вову Зарубина при полном параде. В деловом костюме он казался старше, серьезнее и несоизмеримо красивее.

Но у него был такой вид, как в тот день, когда он устроил ей отвратительную сцену на свадьбе. Стало ужасно обидно и страшно, что сейчас все будет так же. Очень не хотелось, чтобы это произошло, она же тогда сгорит со стыда.

Но, к счастью, обошлось.

Она готова была растечься от облегчения, когда поняла, что ничего ужасного не произойдет. Повернулась к куратору и сказала:

— До свидания, Геннадий Асланович.

И поразилась тому, насколько холодным и замкнутым у ее дипломного руководителя сделалось лицо. А взгляд, направленный на Вову, и вовсе казался острым как клинок.

— До свидания, Колесова, — проговорил Арустамов и перевел тяжелый взгляд на нее. — Доработайте материал по замечаниям. Подойдете завтра в это же время.

Повернулся спиной и ушел в аудиторию.

Даша честно не могла понять, что произошло. Наконец Вова ее окликнул:

— Идем.

— А? Да, — Даша кивнула.

Потом они пошли рядом. Только тишина коридоров и никого кругом.

— Давай сюда твой рюкзак, — проговорил Вова.

Звук его голоса заставил ее вздрогнуть. Даша попыталась отмахнуться:

— Он не тяжелый.

Но он все равно забрал, в его большой руке ее рюкзачок вообще казался игрушечным. Даша оглядела его искоса и сказала:

— В первый раз вижу тебя в костюме. Тебе идет.

Вова молча кивнул, но как-то дернул шеей, и от него пришла неожиданно такая жаркая эмоция, что Даша невольно покраснела. А он вдруг сказал:

— Я подвезу тебя.

Даша спохватилась.

— Не надо, я на машине, — начала она, и только потом сообразила. — Постой. А почему же ты вчера тогда мок под дождем?

— Потому что вчера я был пешком.

И повернулся к ней всем корпусом, некоторое время смотрел очень пристально, как будто решал что-то, но все же сказал:

— Вчера Никита перегнал мою машину и шмотки привез.

— Никита? — удивилась Даша. — Он тоже здесь?

— Нет, — резко ответил Владимир, как-то разом каменея. — Он уже уехал.

Секунду Даша молчала, потом неловко повела плечом.

— Я ведь из детдома. Для меня все это немного нереально, никак не могу привыкнуть. Никогда бы не подумала, что так выйдет. Что ты, я, Никита… Все мы станем сводными.

* * *

У него пригорело мгновенно. Вова не хотел делить эту девочку ни с кем, в обозримом будущем — точно. Сейчас он смотрел, как Даша прикусывает губку и постепенно доходил от подростковой ревности.

Но молчал. Промычал только невнятное:

— Угу.

— Знаешь… — вдруг начала Даша.

— В чем дело? — он сразу напрягся.

— Просто завтра будет результат теста ДНК.