Глава 22

Время до свадебной церемонии пронеслось каким-то вихрем. Круговертью образов. Слов. Людей и действий! У меня кружилась голова от того, что вокруг постоянно кто-то был, говорил, кричал и даже приказывал. Меня ни на минуту не оставляли одну. Толпы девушке и женщин постоянно приносили и уносили разноцветные наряды, учили, как вести себя на церемонии, заставляли запоминать огромный список имен, которые путались в голове. Мне только оставалось им кивать и поддакивать, чтобы они хоть на минутку потом оставили меня одну. Теперь я понимаю, о чем меня предупреждал Самрат. Мы с ним уже не виделись неделю. Да и сил у меня бы точно не хватило, что сделать лишний шаг. И поэтому, как только наступал вечер и дом бабули Самрата пустел, я просто валилась с ног и спала бы как убитая двадцать четыре часа напролет, если бы не одно "но". Каждое мое утро начиналось с того, что с рассветом, дом начинал заполняться женскими голосами и с каждой минутой они становились все громче и громче, а потом и вовсе переходили в полноценный крик.

И вот наконец-то… завтра свадьба. Мои названные подружки (именно так их окрестила бабуля) разрисовали индийским орнаментом руки и ноги. Узоры были сделаны очень темными линиями, ведь согласно их традиции считается, что чем темнее узор, тем муж будет крепче любить. У меня во время этого действа затекли не только спина, ноги и задница, но и мозг отек тоже. Столько информации в него было загружено совершенно мне не нужной, что когда тётечки постарше, мне начали давать советы и нравоучения, как правильно вести себя с будущим мужем, как построить счастливую семью, я уже их просто не слушала. Не могла. Мой мозг не воспринимал больше ничего. Даже длинный список родственников, которых я учила на протяжении недели и тот начал выветриваться из головы потихоньку. Главное дожить бы до встречи с ними, а потом можно и выдохнуть, да и забыть всех, все равно бы с ним вряд ли больше увидимся. Когда с росписью моих рук и ног было покончено, я придирчиво глянула на свои конечности. Твою мать! Ну, зэчка, что есть! Еще бы купола на спине набить, и все, можно в тюрягу, там бы за свою приняли. Это точно!

Улыбнулась своим мыслям, а девочки и тётеньки, мою улыбку восприняли видно по-своему. Тоже в ответ заулыбались и закудахтали, что-то на своем.

И следом давай на меня навешивать браслеты, кольца, серьги. Я чувствовала себя в их руках куклой тряпичной, потому как своего слова я не имела, это раз. Выполняла каждое их указание, это два. И чувствовала себя куклой Барби в руках заядлой модницы-индианки, это три.

Когда же после разрисовки моих конечностей прошло часа полтора, нас пригласили уже на ужин. Все радостно защебетали, запели, захлопали в ладоши и гурьбой вывалили из комнаты, перемещаясь в огромную гостиную. Там уже был накрыт стол. Я с облегчением вздохнула и усевшись в неприметный уголок, затихла, хоть это и трудно было сделать. Украшения то и дело позвякивали на руках и ногах. Но спасибо этим милым дамам, которые увидев мою усталость решили оставить, мня в покое. В тот вечер меня больше никто не трогал и я прямо после ужина, благополучненько добравшись до постельки вырубилась до утра в отведенной мне комнате.

***

— Тяжело и жарко, — пожаловалась девушке, которая навешивала на меня кучу драгоценностей.

— Терпи, — коверкая язык, выговорила она.

Как не странно здесь почти половина находящихся понимали русский язык и даже некоторые могли на нем разговаривать и неплохо, но все же предпочитали балакать на своем, что меня жутко бесило.

— Да, что-то я уже и не рада, что согласилась, — пробубнила себе под нос, за что тут же удостоилась недовольного взгляда девушки.

— Тебе повезло несказанно, — тихо проговорила она, — мы вообще жениха своего всего два раза в жизни видим до свадьбы. Так что не ной, терпи.

Я прикусила язык. Конечно же я знаю, какие порядки в Индии, но все же когда здесь не живешь, а все читаешь в интернете, не совсем вериться в такое.

Буду молчать, — решила про себя, — тем более осталось потерпеть всего-то сегодняшний день, а потом, забуду все как страшный сон.

Когда с нарядами было покончено, я даже не удивилась тому, что за окном уже сгущались сумерки.

— Жених! Едет жених! — кто-то крикнул снизу, и весь дом пришел в движение.

Мое сердце заколотилось, как сумасшедшее. Блин, не ожидала, что это окажется так волнительно. Прижалась к окну и попыталась выглянуть на улицу. Усталость и сонливость, как рукой сняло, когда услышала громкую музыку и песни на улице. А потом увидела его.

Самрат, будто ожившая мечта — суженый на белом коне! Он восседал на белой лошади, украшенной красными и желтыми гирляндами. Со всех сторон его сопровождало много мужчин. Среди которых были и музыканты и плясуны, которые волчками крутились прямо под ногами лошади.

— Отойди от окна, вдруг жених увидит тебя, это же плохая примета! — меня кто-то дернул за подол и, я попятилась назад.

— Что?! Я не верю в приметы, — с досадой закусила губу, а в груди все-таки что-то шевельнулось. Или верю?!

— Это твое дело, но надо поступать, так как надо, а не как ты хочешь, — насупилась все та же девушка и мне подумалось, какая же она все таки молодая (даже младше меня), но уже старая, и это так необычно и странно.

— Невеста, невеста! Пора! — донеслось до наших ушей и, девушка взяла меня за руку потащила вниз.

— Ты главное гостей не попутай, это самая ответственная часть, — шепнула она мне в тот миг, когда меня усаживали в какой-то деревянный короб-носилки, украшенный светящимися гирляндами и мишурой.

— Мгу, — кивнула головой и мужчины, подхватив носилки, повезли меня навстречу к жениху.

***

У меня на лбу выступил крупными каплями пот. И голова кружилась, как чумная, видимо от того, что я не ела ничего с самого утра, потому что по всем традициям венчание в Индии совершается натощак и кушать мне не давали.

Самрат всячески пытался поддержать меня. Он с силой сжимал и разжимал мои холодные ладони. Мы уже находились в маленьком свадебном храме, который был сделан из пяти бамбуковых палок, и сверху был обтянутый тентом. Внутри храма горел огонь, но мне от этого жара только хуже было. Меня начало мутить в тот момент, когда один конец моего сари привязали к кушаку Самрата, как он мне сам объяснил, это было сделано, для того, чтобы объединить нас навеки. Мне бы в этот момент прослезиться, но мне было настолько плохо, что я вся сосредоточилась на том, чтобы сдержать тошноту. А потом нас усадили возле огня. И я испытала невообразимое облегчение. Тошнота ушла и, голова вмиг перестала кружиться. У меня даже получилось выдавить улыбку. Самрат улыбнулся в ответ так нежно и ласково, что я не удержалась и все же пустила слезу счастья, а тем временем священник начал читать молитвы, и петь священные мантры. У него был настолько завораживающий голос, что когда он нам предложил прочитать клятвы, я не сразу поняла, что обряд подошел к концу. Я произнесла не большую, заученную на хинди клятву Самрату, а он в свою очередь мне, потом нам связали руки свадебной гирляндой из цветов, типа соединили наши души навеки, на все семь поколений (бабуля меня ввела в курс дела, так что я четко знала, что будет говориться и происходить во время обряда). В подтверждении моим мыслям, мы еще семь кругов нарезали вокруг огня, и в тот момент, когда на моем лбу и проборе в волосах появилась красная полоска, Самрат стал моим мужем и защитником на века.

Защелкали объективы фотоаппаратов и мне пришлось прикрыть глаза, потому что яркие вспышки слепили меня, но один назойливый кудрявый фотограф, просто одолевал своей наглостью и только когда на него рявкнул Самрат он немного поостыл и я смогла разглядеть всех тех людей который пришли к нам на свадьбу.

— Крошка, ты у меня большая молодец, — шепнул мне на ушко Самрат, — жаль, что мне не удастся показать тебе сегодня на сколько я рад, что ты теперь моя.

— Я, была дурой, что не послушала тебя, — поджала губы, — лучше бы твоя бабушка приехала к нам на свадьбу…

— О, нет, моя хорошая, одной бы бабушкой мы не обошлись, — хмыкнул он, обводя наполненный до отказа зал и тут же отвлекся, кивнул подошедшей к нам паре, принимая поздравления.

На этом наш разговор и закончился. Нас больше не на минутку не оставляли одних.

Желающих поздравить Самрата и пожелать счастья, было настолько много, что я окончательно растеряла весь запал и угрюмо повесив голову, сидела рядом с мужем, как красивое дополнение к нему.

***

Твою мать! Этот людской поток никогда не закончится. Я уже отбил весь язык и на руке появились мозоли от беспрестанного рукопожатия со всеми родственника, друзьями, знакомыми, соседями и черт еще знает кем. Блять, бесила вся эта ситуация. Глянул в зал, выискивая глазами затейницу всего это маскарада. Конечно же, ей то что?! Она окруженная родственницами смеялась и веселилась, ей сейчас абсолютно было плевать на нас. Да и зачем ей мы?! Она своего добилась, теперь может и умереть спокойно, на свадьбе единственного внука побывала, долг свой выполнила. Мельком взглянул на малышку. Моей Коте явно было плохо, но в таком деле не бывает хорошо, уйти с собственной свадьбы не получится. Это будет считаться оскорблением всех тех, кто здесь собрался. Бабуля не переживет.

— Самрат, брат, прими от нашей семьи поздравления, — к нам подошла очередная пара поздравляющих.

— Рад, что смогли прийти, — пожал руку парню, которого по-моему ни разу в жизни не видел.

Быстро с ним распрощавшись, обратил все свое внимание на Ульяну, — жена, ну-ка соберись! Нам тут еще полночи торчать, а ты уже расклеилась.

— Блииин, Самрат, мне кажется, я не доживу, — пискнула малышка.

Впился взглядом в ее лицо, выискивая в густо накрашенных глазах хоть маленькие искорки радости. Но Ульяна лишь мазнула по мне взглядом и опустила его в пол.

— Держись, малыш, иначе никак, — шепнул ей, встречая очередную чету.

Какой же я был дурак, когда пошел на уступки. Зря бабулю послушал. Ведь на сто процентов, был уверен, что Котя хер выдержит. В голове словно щелкнул переключатель, и настроение скатилось и так с невысокой отметки совсем на ноль.

А так все хорошо начиналось сегодня с утра. И документы о разводе с Настей пришли, как раз вовремя. Они правда готовы были еще вчера, но нужен был оригинал для проведения обряда и их пришлось ждать ровно сутки. Но все прошло благополучно, доки я получил утром с курьерской доставкой. А дальше приготовления к свадьбе закрутили меня на целый день. Уже к тому времени, как нужно было ехать в "дом" невесты, я был практически полностью выжат. Но когда увидел мою крошку в традиционном сари, голову напрочь снесло и, я не мог свободно дышать, так она охерено выглядела, что дух захватывало. И вот теперь смотрю на увядающий после несколько часового обряда цветочек и хочется всех нахер выгнать к чертовой матери или украсть ее отсюда и увезти подальше от посторонних глаз, которые пожирают мою девочку похотливыми взглядами.

Одним словом накрутил я себя до такой степени, что казалось ещё один тяжкий вздох Ульяны и я точно взорвусь.

— Самрат, — блять, я аж подпрыгнул, оказывается я настолько залип на своих мыслях, что выпал на какое-то время из реальности.

— Ба, ты зачем так подкрадываешься?!

— Я не подкрадываюсь, внук. Стою прямо перед тобой, — лукаво улыбнулась она, а сама зыркает мне за спину, поглядывая на Ульяну.

— Ну, что довольна? — строго спросил её.

— Я да, а ты?

— А я нет, — дерзко ответил ей, и тут же пожалел об этом.

Старушка схватила меня за мизинец и вывернула его так, что у меня аж яйца заломило.

— Каким был хамлом, таким и остался, — проговорила она, мило улыбаясь гостям, — я такой дерзости не потерплю, понял?

— Понял, — сквозь зубы процедил я.

— Вот и отлично, — бабуля отпустила палец, — а теперь попрощайтесь с гостями и расходитесь, пока малышка не испустила дух.

Она снова как-то по особенному глянула на Ульяну, потом на меня, хитрюще улыбнулась и ушла к гостям.

— Что за черт?! Мать твою, — буркнул под нос и глянул на малышку.

В ней ничего не изменилось, ну кроме того, что она бледнее возможно стала. Ну и … просканировал ее более внимательным взглядом. Тьфу, сука, мне наверное показалось, что старушка смотрит на неё как-то не так.

— А теперь попрощаемся с молодыми, — послышался веселый голос ведущего.

Я растянул губы в добродушной улыбке, когда в нашу сторону опять потянулись люди. "Этот день по-видимому не скоро закончится" — промелькнуло в голове, за секунду перед тем, как Ульяна соскользнув с импровизированного трона, упала в обморок.