Интерлюдия 7
— Откуда?
Обычно невозмутимый Кирилл Лазарев ворвался в кабинет отца с листом бумаги в руках и потряс им перед носом родителя, словно у того глаза находились именно там.
— Дай–ка, — вместо ответа скомандовал Лазарев–старший.
Младший безропотно протянул распечатку и повторил:
— Откуда? Это невозможный результат!
— Невозможный, говоришь?
Лазарев–старший вдумчиво изучил листок, подчеркнул пару строк и поинтересовался:
— Это точные результаты?
— Сам не поверил. При мне повторяли замеры. Емкость выше, скорость отдачи выше. Аналогов нет не только у нас, но и нигде за рубежом. Это золотое дно.
— Не наше.
— Что?
— Не наше, говорю, золотое дно.
Лазарев–старший посмотрел на дверь, за которой сидел Ярослав. Вот что прикажете делать с этой неизвестной величиной? Признавать? Но если единственная польза от него — эти накопители, то не проще ли решить вопрос по–другому?
— А чье, в таком случае?
— Я тебя просил провести тестирование Ярослава Елисеева? Ты это сделал?
— Да, — отмахнулся Кирилл. — Но там ровным счетом ничего интересного. Уровень может дорасти до минимума, но не в ближайшее время. Пустышка.
— Эта пустышка на ровном месте забрала чек из сейфа. И я ничего не заметил.
— Да ладно? — рассмеялся Кирилл. — Кому ты пытаешься навешать лапши на уши? Ты один из сильнейших магов в стране. Что–то вытащить у тебя из–под носа можно, только если ты сам этого захочешь.
— Думаешь, я так хотел, чтобы у меня увели чек на десять лямов?
— На сколько?! С чего ты так расщедрился?
Лазарев–старший дернул плечом. Чувствовать себя идиотом он не любил, но от реальности было никуда не деться: поступок был идиотский, как ни крути. Знай он, что Ярослав реально сможет добыть чек, никогда не стал бы предлагать: как–никак испытание это только для Лазаревых, к которым парень формально не относился. Но было в нем нечто, позволявшее надеяться, что деньги ушли не напрасно, что преумножаться и вернутся в клан.
— Выписал ту сумму, которую он запросил. Был уверен, что не доберется. Я совершенно точно положил чек в сейф. Парень не вставал, к сейфу не подходил, а потом вытащил чек из своего кармана. Как он провернул трюк, объяснять отказался. Но это точно магия. Он не мог занизить свой уровень? Проверяющий что–то отметил?
— Хм… — Кирилл сел на стул, сложил руки на стол и уставился на них. — В отчете было, что к парню имели претензии Ждановы за использование магии.
Лазарев–старший хищно подался вперед.
— Это не в тот день, когда у Ждановых протек гараж?
— Скажешь тоже, протек, — хохотнул Кирилл. — В нем можно было на лодках кататься. Говорят, и сейчас вода не ушла. — Внезапно он перестал смеяться. — Неужели ты думаешь, что Ярослав как–то с этим связан?
— Не знаю. Но ты не ответил на мой вопрос: мог ли парень намеренно занизить свой уровень? Он выглядит слишком уверенным для слабосилка.
— Однозначно нет. Проверяющий не из тех, кого легко провести. Какой уровень он выявил, тот и есть. Возможно, со Ждановыми совпадение?
— Возможно, — неохотно подтвердил Лазарев–старший. — Не хочешь сам поговорить с этим совпадением? Он сидит в приемной.
— Парнишка, который дрыхнет на диване?
— Вряд ли он спит. Сейчас решается слишком серьезный вопрос.
— Тогда он очень хорошо притворяется — усмехнулся Кирилл. — Нет, знакомиться с ним не хочу. Сейчас не хочу. Он пришел к тебе, тем самым показав отношение ко мне. И если мы хотим что–то от него получить, то это что–то должен получать ты.
Старший неохотно кивнул, признавая право младшего на эту точку зрения.
— Встает вопрос, хотим ли мы получить технологию с ним или без него.
— Мне кажется или ты уже решил, что с ним?
— Не кажется, — усмехнулся Лазарев–старший. Хитрость не получилась, сын слишком хорошо его знал, чтобы пойматься на столь простую уловку. — Готовь документы на принятие в клан. Его и его матери. Будь готов их принести по моему сигналу.
— Мои будут недовольны.
Лазарев старший скорчил гримасу, долженствующую означать, что ему глубоко наплевать на то, что кто–то будет недоволен его решением. Лазарев младший понял его совершенно правильно и ушел выполнять поручение. Выйдя из кабинета, он чуть задержался, присматриваясь к сидящему на диване подростку. Тот нагло дрых, приоткрыв рот и посапывая. И что, спрашивается, в нем нашел отец?