Глава 21

Жанна вспыхнула, выдернула руку и спрятала ее за спину. Она вскочила из-за стола и встала так, чтобы Максим не мог до неё дотянуться. Женька, ставший свидетелем этой нелепой ситуации и ничего не понявший, Жанна видела это по глазам друга, подошёл к ней.

— Какая Пантера? Вы о чем? — спросила она и разозлилась на свой дрожащий голос: так и выдать себя недолго.

— Пантера, женщина в маске. Мы недавно познакомились с ней в клубе, — повторил Максим и сделал ещё один шаг к ней.

Она невольно подалась назад.

— Какая ерунда! И почему вы решили, что я — это она? На каком основании? Я ни о какой Пантере не знаю.

— Неужели? Мне факты назвать?

— Назовите, — дерзко вскинула подбородок Жанна, уверенная, что ничего на неё у адвоката нет, кроме похожего тату.

— О, поехали! — сказал Максим и начал загибать пальцы на каждый шаг по направлению к ней. — Цвет волос.

— Не прокатит. Так красятся треть современных девушек.

— Хорошо. Родинка над правой ключицей.

— Какая родинка? — его слова стали сюрпризом для Жанны. И как он сумел разглядеть родинку в темноте.

— Вон, — адвокат показал пальцем, — она виднеется у тебя в декольте. Хотела спрятать, надо было делать это лучше.

— Да кому в голову придёт скрывать родинку? И потом, это ничего не доказывает. Вон, у Женьки, тоже такая имеется.

Жанна протянула руку, быстрым движением распустила у друга галстук, расстегнула верхнюю пуговицу рубашки.

— Жанна, что происходит? — Евгений переводил взгляд с неё на Максима и ничего не понимал. — Ты хочешь меня раздеть? А если жена узнает?

— Ничего. Я ей объясню! — она деловито, по-хозяйски, отогнула край рубашки и торжественно продемонстрировала Максиму похожую родинку.

— Вот что ты сейчас делаешь? — потемнел лицом адвокат. Желваки заходили у него на скулах. Невооруженным взглядом было видно, что он сердится. — Родинка твоего друга совершенно не похожа на твою.

— Доказываю вам, что ваши аргументы ничего не стоят, — дерзила Жанна, но сама себе не верила. Слишком много совпадений, а такой умный человек, как Максим дважды два складывать умеет.

— Тату — три! Что ни говори, как ни крутись, но, чтобы у двух совершенно разных людей совпали три факта, не бывает.

Жанна уже открыла рот, хотела запротестовать, возмутиться, но Максим говорил так уверенно, что она поняла: надо сдаться. В конце концов, ситуация с обрушением шатра разрешилась благополучно и без запасного плана, документ подписан, можно и расслабиться.

— Женя, выйди на минутку. Нам с Максимом Борисовичем надо поговорить.

— А может, мне остаться? Что-то мне не нравится, куда идёт ваш разговор. Господин адвокат, покиньте кабинет. Надеюсь, мы с вами больше не встретимся.

— А вот я в этом сомневаюсь, — усмехнулся Максим, — если ты друг Жанны, то и моим скоро станешь.

— Не говорите загадками!

— Жень, Женечка, выйди, пожалуйста, — кинулась к нему Жанна и заглянула в глаза. — Со мной ничего не случится. Я тебе потом все объясню.

Друг пожал плечами и направился к выходу. Адвокат молча сверлил ее взглядом. Как только хлопнула дверь, он кинулся на Жанну, словно лев. От неожиданности она отпрянула к стене, но дальше бежать было некуда. Максим оперся руками возле ее головы и посмотрел сверху вниз на девушку.

— Подождите! — Жанна поднырнула под руку Максима и отошла на безопасное расстояние. — Я задыхаюсь. Вы лишили меня личного пространства.

Но отвязаться от Максима не удалось: он опять настиг ее.

— И как я должен понимать твоё поведение? Моя женщина расстегивает рубашку у чужого мужика!

— Приехали! Я не ваша женщина, что вы себе позволяете? Соблюдайте корректность, Максим Борисович, — попыталась вывернуться она. — Мы с вами на брудершафт не пили.

— О, да! Мы это не делали, — он усмехнулся и приблизил лицо. Жанна заметалась, а потом подняла подбородок и посмотрела прямо в его глаза. — Зато мы хорошо танцевали, сражались с байкером и занимались сексом. Много раз.

Адвокат скривил губы и уставился на ее рот. «Что делать! Сейчас поцелует! Нельзя!» — подумала она и уперлась ладонями в его грудь.

— Максим Борисович…

— Скажи просто «Максим», — не отставал он. — Ты же только что спасала меня и плакала, испугавшись за мою жизнь.

— Знала бы, что ты так себя поведёшь, ни за что спасать не стала. Пусти.

Жанна толкнула его ладонями.

— О, уже лучше. Перешла на «ты». А теперь скажи «Максим».

Стоять рядом с адвокатом и ничего не чувствовать оказалось невозможно. Дыхание участилось, сердце колотилось где-то в горле, скрываться уже больше не было сил.

— Хорошо, Максим, отпусти меня. Я тебя прошу. Я задыхаюсь!

— Вот и договорились, — пробормотал он и неожиданно чмокнул ее в нос. — Я тоже задыхаюсь. Ты такая соблазнительная! Не могу удержаться.

Максим провёл ладонью по ее ноге. Пальцы нырнули под кофточку и прижались к обнаженному телу. Это был запрещённый приём, который лишил Жанну способности мыслить.

Она рефлекторно отпрянула, но Максим успел предугадать ее движение и прижал к себе, иначе она ударилась бы затылком о стену. От этой неожиданной ласки и заботы слезы показались у неё на глазах.

— Максим, тебя люди ждут, — попыталась выпроводить его Жанна. — Они ничего не понимают.

— Ты думаешь, меня это волнует? Передо мной стоит Пантера, о которой я постоянно мечтаю вот уже несколько дней, и ты хочешь, чтобы я ушёл без ответов? Не получится. Можешь объяснить, как ты догадалась так переодеться. Или ты специально устроила маскарад, чтобы повязать меня и заставить отказаться от иска?

«Если бы ты знал, что сначала такой и был план», — усмехнулась про себя Жанна, но вслух сказала:

— Нет, что ты. Я тебе все расскажу, только давай сделаю это вечером.

— У тебя на квартире?

— Хорошо. Давай встретимся там. В восемь вечера пойдёт?

— Ты думаешь, я доживу до этого времени?

Максим резко наклонился, подхватил Жанну под бёдра и посадил на рабочий стол, а сам встал между ее ног. Девушка чувствовала всю силу его желания, но не готова была так просто сдаваться.

— Что ты делаешь, — зашипела она. — А если кто-нибудь войдет?

— Меня это не волнует, — тихо ответил он. — Я с ума сходил, тебя разыскивая. Теперь так просто не отпущу. Я знаю, где ты живёшь, где работаешь и подниму на ноги всех твоих сотрудников, попробуй только сбежать.

— Хорошо, не сбегу, — так же тихо ответила она. — Куда я смогу удрать от моего бравого адвоката.

Она расслабилась и отдалась на волю чувствам. Как здорово просто смотреть в эти синие глаза, чувствовать на теле его мускулистые руки, обонять запах дорогого парфюма и тонкий аромат кожи. Он тоже не сводил с неё глаз. Жанна понимала, что их влечение взаимно.

— Я пошёл, — сказал Максим ей на ухо, но не двинулся с места.

Горячее дыхание опалило шею. Жанна вздрогнула и сжалась.

— Иди уже!

— Один поцелуй.

— Люди увидят.

— Никто не зайдёт.

Максим не слушал. Он приподнял ее подбородок и нежно поцеловал в губы. Жанна сразу ответила, будто только и ждала, когда он решится. Через секунду поцелуй стал горячее. В ход пошёл язык, а шаловливые пальцы ласкали спину девушки и теребили застежку бюстгальтера.

Жанна чувствовала, что теряет реальность. Жар зародился между ног и волнами пожелал по всему телу.

— Жанна Николаевна, к вам… — как гром с ясного неба, раздался голос Ниночки.

Жанна сорвалась с места, оттолкнула Максима, спрыгнула со стола.

— Я сейчас. Подождите. Максим Борисович уже уходит.

Она толкнула адвоката в спину и буквально вытолкала за дверь. Она повернулась к испуганной Ниночке. Та стояла с раскрытым ротиком-клубничкой и во все глаза разглядывала хозяйку, будто видела ее впервые.

«Приехали! — подумала Жанна и вздохнула. — Теперь и с сотрудниками придётся объясняться».

Она подошла к зеркалу, поправила одежду и повернулась к секретарше, которая молча разглядывала ее, как заморскую диковину.

— Нина, уберите здесь и закройте дверь! — резко взмахнула рукой Жанна, показывая на следы спасения Максима.

Посмотрела и замерла: вид мясной котлеты мгновенно вызвал приступ тошноты. Жанна покрылась холодным потом и схватилась за грудь.

***

Максим буквально летел по коридору. Если бы боялся показаться в глазах других чудаком, наверное, мог бы и скакать, как козлик. Сердце пело от счастья, и хотелось закричать на весь мир:

— Я нашёл Пантеру.

На стоянке он заметил, что все его ждут. Слава ещё сидел в кресле, рядом стояли Кристина и Илья. Только он смотрел на Максима с любопытством. Брат разглядывал его, будто видел впервые, Кристина была настроена враждебно. Она поджала губы и готова была вот-вот сорваться. За годы общения с девушкой Максим научился различать все оттенки ее настроения.

— Вы почему не уехали? — спросил он и пикнул сигнализацией. Объясняться пока ни с кем он не собирался.

— Тебя ждали, — хмуро буркнула Кристина. — Как нам понимать твоё поведение?

— Никак. Прости, но ты тоже не отчитываешься передо мной и мужем в своих поступках.

— Максим, не груби Кристине, — вступился за жену Славка. — Ты забыл, она потеряла ребёнка, естественно ее состояние нестабильно.

— Нет, я не забыл.

«И у меня есть вопросы к твоей жене по этому поводу», — подумал Максим, но вслух при брате не рискнул произнести эти слова.

— Макс, ты сейчас куда? В офис? — торопливо задал вопросы Илья и неодобрительно посмотрел на Кристину. Он явно опять собирался встать буфером между друзьями.

— Да, меня выдернули с важного заседания в суде. Я отставил истца в полном раздрае и помчался сюда. Теперь придётся выкручиваться.

— Хорошо. Как освободишься, позвони мне. Есть разговор.

— Лучше встретимся в твоём клубе в семь вечера, — ответил Максим.

Он помог Илье усадить Славку в машину, сложил и убрал в багажник кресло и подождал, пока они выедут со стоянки. Только после этого отправился на работу. До конца дня занимался делами.

Работоспособность была отличная. Он не чувствовал никакой усталости, наоборот, испытывал эмоциональный подъем, словно обморок перезагрузил его жизнь и сознание. Он был на сто процентов уверен, что больше никогда не испытает приступы паники, которые и начались из-за предательства близких людей.

Первым делом Максим позвонил помощнику. Андрей уже купил билеты и сидел в аэропорту в ожидании рейса.

— Ты выяснил, в каком отеле остановилась сестра Вольского.

— Ещё нет. Администрация отелей отказывается предоставить информацию. Конфиденциальность, черт их забери!

— Не ругайся, — у Максима было благодушное настроение. — Что делать будешь?

— Я позвонил истцу, теперь он занимается этим вопросом.

— Неправильное решение. Сестра вряд ли будет с ним разговаривать. Если она хотела спрятаться, то в первую очередь от приставаний брата.

— Максим Борисович, а если ее отследить по gps телефона? У вас же есть такая возможность.

— Это не законно. Если она разозлится, то подаст в суд на фирму, — он замолчал, размышляя. — Ладно, попробую что-то сделать.

Остаток дня Максим занимался этим вопросом, и ему удалось выяснить, в каком отеле остановилась сестра истца. Сегодня все получалось, будто рука ангела вела его за собой. Он с трудом дождался окончания рабочего дня и сразу поехал в клуб.

Обстановка в этом заведении не менялась. Все так же играла громкая музыка, сверкали переменчивые лучи иллюминации, которые выхватывали призрачные лица танцующих гостей, сновали с подносами официанты. Обстановка казалась сказочной, нереальной, словно он попал в другой мир.

В баре сидел Илья, а чуть поодаль пристроился бородатый байкер.

— У меня дежавю? — засмеялся Максим. — Кажется, что изо дня в день здесь находятся одни и те же лица.

— Разве это плохо? — возразил Илья. — Значит, в моем клубе людям комфортно.

— Да, и тебе доход они приносят.

— Будешь? — Илья придвинул к другу стакан с виски. Большие кубики льда масляно качнулись и ударили о стенки сосуда.

— Нет. Я сегодня от счастья пьян, — засмеялся Максим. — Ты о чем хотел поговорить? У меня к тебе тоже вопросы есть. Надеюсь, ты на них ответишь честно.

— Ты уверен, что Жанна — это Пантера?

— На сто процентов. Я ее прижал к стенке фактами, она и призналась, — Максим довольно потёр ладони.

— И что теперь делать будешь?

— Ничего. Сейчас с ней встретимся, поговорим, а там подумаю, как быть дальше.

— Не боишься?

— Чего?

— Например, почему она переодевалась Пантерой? Чего добивалась? Мой работник говорит, что в прошлый раз она появилась в клубе впервые. Ты думаешь, это простое совпадение?

— Я слышал от знакомых барменов, что и в других местах появлялась девушка в маске с ником Пантера, — вмешался в их разговор парень за стойкой.

Он протирал полотенцем стаканы, взбивал коктейли, наблюдал за жестами и мимикой гостей и, естественно, слышал все их разговоры.

— Вот видишь! — воодушевился Максим. — Она вполне могла выбрать «Колизей» случайно. Не ищи умысел там, где его нет.

— Допустим, она выбрала мой клуб, потому что так легла карта, пунктик у неё такой, не появляться дважды в одном месте. Но зачем ей такой сложный способ знакомства. Ты же видел, какая Жанна красавица. У неё все на месте: и лицо симпатичное, и фигурка, и танцует замечательно, да и не нищенка, сама на жизнь зарабатывает. Если бы она захотела, то у ее ног пол нашего клуба валялось бы.

— Не знаю. Вот и хочу сегодня выяснить все детали. Я пошёл, — Максим вскочил, но Илья схватил его за руку.

— Погоди, не торопись. Вдруг она нас выследила и нашла способ, как привлечь внимание. Не забывай, это мы ее не узнали под маской, а она нас хорошо разглядела.

— А какая ей выгода? — спросил Максим, но настроение уже испортилось.

Илья прав, Жанна, даже если и пришла в клуб, не зная, что встретит там его, она могла уйти тихонько, но она специально привлекла его внимание, пригласила на танец, а он повелся, как последний дурак. Вот это и надо у неё сегодня спросить. Пусть голова немного поработает, а не место между ног.

— А ты о чем хотел поговорить? — посмотрел на друга Илья.

— А, да. Понимаешь, у меня из головы не выходят слова Елены Ивановны о ребёнке. И Кристина ведёт себя очень странно. Илюха, я уверен, что ты больше знаешь, чем рассказываешь. Не хочешь поделиться со мной своими мыслями? Не нравится мне все. И черный человек у опоры шатра, и Кристина, которая, как его увидела, сразу в лице изменилась и согласилась подписать документы. Слишком много непонятного происходит.

— Максим, я тоже вижу неадекватное поведение Кристины. Но, поверь, Славка мне не рассказывал ничего. Он был счастлив, что станет отцом и любимая девушка будет рядом.

— Но так не бывает! Кристина любила меня, потом вдруг ни с того ни с сего заявила, что бросает меня ради моего брата. Я не видел никаких признаков ее интереса к Славке. А теперь ещё и выяснилось, что ребёнок, которого она носила, мой. Объясни мне, зачем такая сложная схема?

— Какая схема? Ты о чем? Любовь эгоистична. Влюбленный человек думает только об объекте своей страсти. Страдания других его не интересуют.

— Все это философская чушь! — резко ответил Максим. — Нельзя, как лампочку, выключить любовь. А у Кристины так и получилось: любила меня, потом раз, и уже любит Славку. За меня замуж не выходила, а за брата — сразу, как только со мной рассталась. Хотела скрыть беременность? Но, по словам Елены Ивановны, ребёнок не Славкин. Как я должен разобраться в этих хитросплетениях? Да переодевания Пантеры по сравнению с тем, что творится в моей семье, цветочки!

Максим выплеснул все, что накопилось на душе, махнул рукой и побежал к выходу. Только в квартире Пантеры он чувствовал в последние дни себя комфортно. Только там было хорошо и спокойно.

Он припарковал БМВ у знакомого подъезда, волнуясь, поднялся на нужный этаж и надавил кнопку звонка. Мелодичный звон тренькнул раз, два, три… Дверь никто не открыл. Максим вскинул брови и нажал снова. Никакой реакции. Тогда он прижал ухо к двери и прислушался — тишина.