Глава 7

Принимая душ в ванной у Пантеры, Максим насвистывал бодрый мотивчик. Настроение неожиданно поднялось, несмотря на неприятности, пережитые днем. С чего бы это? Ответ был на поверхности: хороший секс вернул ему бодрость духа и доброе расположение чувств. Он получил отличную разрядку. Казалось, накопившийся за три месяца негатив, покинул его сознание.

Причем самое удивительное, что Пантера не походила на профессионалку, которая своими изощренными ласками могла довести мужчину до безумия. Она была нежной и ранимой, пыталась доминировать, но тут же сдавалась, как только он начинал свою игру.

Единственное, что она отчаянно защищала, это черную маску. Как Максим не подбирался к ней, но так и не сумел ее снять. Можно было бы, конечно, сделать это насильно. В конце концов, какое ему дело до дамочки, прикидывавшейся Пантерой! Но в этом и заключалась прелесть игры. Тайна манила к себе, притягивала, будила воображение.

Максим был готов продолжать исследование личности Пантеры, почувствовав вдруг власть над ней, но она вызвала такси и выставила его вон, не задумываясь.

Максим постоял немного в коридоре, глядя на дверь, за которую его только что выпроводили, пожал плечами и стал спускаться по ступенькам. Хотелось немного пройтись и обдумать сегодняшний безумный день.

Чего только с утра не случилось!

Даже не верилось, что еще в обед он неторопливо работал над документами по новому делу. А потом понеслось: явился Илья, потащил его на свадьбу к брату, там обвалился шатер прямо на голову людям, пострадали все его родные. Один Славка отделался душевным потрясением, а мама, папа и… Кристина лежат в больнице.

Вспомнил бывшую девушку и вдруг сообразил, что думает о ней отстраненно, как о постороннем человеке. Максим даже остановился и прислушался к себе: точно, дыхание ровное, сердце не заходится в сумасшедшем ритме. Образ Кристины отодвинулся в глубину сознания.

Неужели и это заслуга Пантеры? Удивительно! Магия какая-то!

Максим вышел из подъезда, спустился с крыльца и сел на скамеечку, на которых днем обычно бабульки собирают новости и сплетни по дворам. Такси еще не приехало. Он сунул руку в карман, мечтая о ночной сигарете и сделал новое открытие: пачка исчезла.

«Да, точно! — вспомнил он. — Илья забрал ее».

Максим он тронул пальцем место ожога, сморщился от слабой боли и поискал глазами какой-нибудь ночной магазинчик или киоск, но ничего поблизости не обнаружил, зато взгляд наткнулся на название улицы и номер дома.

Пантера привезла его в обычный спальный район. Дом был многоэтажный, построенный из красного кирпича. Ухоженный дворик заканчивался детской площадкой. Глаза невольно подмечали детали. Максим и сам не знал, зачем ему это нужно, но на всякий случай даже сфотографировал фасад, потом повернулся и несколько раз нажал на кнопку фото и запечатлел все, что окружало дом.

В такси он вернулся мыслями в спальню Пантеры. Он еще пока не мог понять, какие чувства вызывает у него встреча с этой девушкой. Что-то казалось в ней знакомым, где-то в уголках памяти сидело гвоздем знание о ней, но, как он ни напрягал мозг, не мог вытащить это знание на поверхность. В голове один за другим вспыхивали вопросы. Почему девушка в маске? Она просто не хочет раскрывать свою личность или они знакомы в реальной жизни?

«Так, надо включить дедуктивные способности», — решил он. Когда-то вместе с братом они увлекались детективами и развивали наблюдательность.

Что он знает о Пантере?

Она невысокого роста и даже на каблуках едва касается до его виска. Он попытался вспомнить знакомых женщин и разочарованно вздохнул: они все были намного ниже его. При росте в метр восемьдесят пять сантиметров ни одна женщина не была выше.

Нет, рост не показатель. Что еще? Пантера стройная. У нее тонкая талия, красивые бедра и гладкая кожа.

Максим закрыл глаза, вызывая в памяти образ девушки. Точно! На шее у нее есть родинка, величиной со спичечную головку. Поможет ли она узнать Пантеру, если он встретит ее в обычном виде? Должна. Это уже зацепка.

Так, поехали дальше?

Волосы цвета спелого граната закрывают лопатки. Черт! Где-то сегодня он уже видел такие волосы! Максим напрягся, но вспомнить не получилось. Вот незадача! Нужная информация всплывет внезапно, в самый неподходящий момент, но до той поры он будет мучительно пытаться вспомнить.

И еще!

Пантера красиво и завораживающе двигается, чувствуется, что занималась танцами профессионально. Ну, в Москве огромное количество танцевальных студий и школ. Эти сведения никак ему не помогут вычислить ее личность.

У нее были серьги кольцами, как у цыганки…

Ну, и что? Это ни о чем не говорит. Серьги она могла надеть, чтобы дополнить созданный образ. Других украшений он не заметил, да и, если честно признаться, не до того было. Эта незнакомка вызвала такую бурю чувств, что он, обычно сдержанный в интиме, совсем потерял голову от страсти.

Она закрыл глаза, и перед глазами сразу появилась аппетитная грудь с розовыми сосками. Она приятной тяжестью лежала на ладони. Он сразу вспомнил большие и мягкие полушария Кристины и вздрогнул: неужели он будет теперь сравнивать девушку, которую любил, с незнакомкой, с которой один раз переспал? Нет, это никуда не годится!

Стоп!

Розовые соски могут быть только у женщины, никогда не кормившей грудью ребенка. Погоди-ка. значит, у нее нет детей? И она вряд ли замужем. В квартире он не заметил признаков мужчины.

Максим неожиданно почувствовал радость и тут же рассердился на себя.

И зачем ему нужно это знание? Нет, и нет. Он же не собирается жениться на первой встречной красотке, да еще и на такой, которая прячет лицо. О! А вдруг у нее там шрам на полщеки!

Хотя… над этой идеей можно было бы подумать.

Максим сразу представил вытянутое лицо Кристины, узнавшей о его скорой женитьбе, и даже испытал некоторое удовлетворение.

Максим посмотрел в окно. Ночная Москва была прекрасна. Это удивительный город. Он никогда не засыпает, но ночью столица по-настоящему расцветает.

Мимо проносилась сверкающая цепочка фонарей. Светодиодные вывески над витринами магазинов весело подмигивали и разгоняли темноту. Здания, мосты, украшенные подсветкой, привлекали редких прохожих. Движение, шумное и суетливое днем, сейчас казалось размеренным и чинным, будто автомобили тоже вышли на прогулку.

Мысли опять побежали по кругу и вернулись в квартиру Пантеры. Максим не хотел признаваться себе, но девушка его потрясла. Такая раскованность и смелость (не каждая решится нацепить маску и выйти в клуб в поисках партнера на ночь) в сочетании с нежностью и какой-то незащищенностью вызывала желание покровительствовать, оберегать ее, как драгоценный сосуд.

Картинка безмятежно лежавшей на кровати Пантеры, с непередаваемым ароматом кожи, глазами, влажно блестевшими в прорезях маски, вызвала напряжение в паху. Максим почувствовал, как жар расплывается по бедрам.

— Приехали, — голос водителя вырвал Максима из размышлений.

— Что?

— Приехали, говорю. Расплачиваться как будете? Наличными?

— Нет, картой.

Максим поднялся к себе, на цыпочках прошел в спальню и наткнулся на немигающий взгляд брата.

— Фу, напугал меня! — воскликнул Максим. — Ты почему не спишь?

— А ты бы на моем месте спал? — вопросом на вопрос ответил брат.

Он взялся руками за край кровати, подтянулся и сел, прислонившись к спинке кровати. Максим привычным жестом поправил для него подушку. Еще недавно Славка жил с ним: Максим настоял на этом. Помогая брату в трудный период жизни, он хотя бы частично гасил чувство вины, съедавшее его изнутри.

— Да, прости, — и опять от жалости к самому близкому человеку сдавило сердце.

— А ты где был?

— Просто вышел с Ильей проветриться.

— От тебя пахнем сексом.

— В честь чего ты так решил? — сдавленно поинтересовался Максим и стал раздеваться.

Он был потрясен проницательностью брата, поэтому излишне суетился, перебирал вещи в шкафу, попал двумя ногами в одну штанину спортивных брюк.

— Просто. Ты вошел, довольный, как мартовский кот. Еще и песенку напевал, — засмеялся брат. — Рассказывай, что за нимфа пленила твое тело?

— Ты вправду хочешь это знать?

— А что? Спать я все равно не могу. Утром сразу поеду в больницу. Давай, делись.

Максим сел на край кровати.

***

Новый день принёс новые проблемы, хотя утро начиналось замечательно.

Максим проснулся рано и в отличном настроении. Умываясь, готовя завтрак для себя и брата, он все время вспоминал вечер с Пантерой. Эта незнакомка будто перезагрузила его сознание. Три месяца, проведённые в аду страданий, вдруг показались ему теперь бессмысленными.

Он покрутил упаковку с таблетками, которые ему прописал врач, но пить не стал: сегодня он был уверен в своих душевных силах.

— Ты готов? — спросил он брата, выехавшего из ванной.

— К чему? — удивился Славка.

— Я предлагаю позавтракать и поехать в больницу. Маму и папу заберём домой.

— А Кристину? — тихо поинтересовался Славка.

— Кристину навестим и, если хочешь, тоже привезём домой.

— Ты уже на неё не злишься?

— Нет.

Ответ прозвучал, как выстрел, поэтому Максим смутился, положил на тарелку яичницу и подвинул ее к брату.

— А на работу не пойдёшь? У тебя разве нет сегодня встреч?

— Есть. Знаешь, бракоразводный процесс олигарха и его жены может подождать. Глядишь, и передумают. У бедной женщины нет шансов отсудить что-то у мужа для своего сына.

— Почему? Ему жалко денег?

— Не в этом дело. Муж входит в «золотой» список российского Forbes, но имеет скромный ежемесячный доход.

— Это шутка такая? — поднял брови брат. — Как олигарх может быть без денег?

— Вовсе нет. Forbes оценивает стоимость всего бизнеса и активов бизнесменов, а не их зарплату. В результате мы можем предложить его жене-модели только сто тысяч рублей в месяц в качестве элементов вместо миллионов, на которые она рассчитывала.

— Да, — засмеялся Славка. — Дамочка в пролёте.

— Согласен.

— И что теперь?

— Теперь она уже не хочет развода и пытается пойти на мировую, а он упёрся.

— Обиделся.

— Может быть, или любовницу завёл, — засмеялся Максим. — Ну что, поехали?

Славка внимательно посмотрел на него, покачал головой, но ничего не сказал. «Наверное, решил, что у меня крыша поехала от хорошего секса», — подумал Максим, помогая брату завести кресло в лифт.

По дороге в больницу они молчали: каждый размышлял о своём. Мысли Максима переключились на день свадьбы и на трагедию, случившуюся там. Что-то надо делать с организатором — хамоватой особой, которая вдруг решила показать зубки.

Может, она уже передумала? Максим видел, как перекосилось ее лицо, когда Илюха вручил ей визитку. Значит, слышала о юридической компании, с которой он сотрудничает. Конечно, такими мелкими делами, как возмещение ущерба от маленькой фирмы, он не занимается. Но все же. Когда дело касается личного интереса, он может действовать и самостоятельно, лицензия адвоката ему это позволяет.

Если хозяйка свадебного агентства оплатит все расходы сама, они обойдутся досудебным урегулированием и расстанутся полюбовно, чтобы больше никогда не встретиться. А если откажется… Ну, что ж придётся подавать иск в суд.

Пока он думал только о возмещении материального ущерба. Если эта девица, как ее там зовут, Жанна, будет сопротивляться, он добавит ещё и возмещение морального ущерба. В следующий раз будет знать, как халатно относиться к своей работе.

Максим решил разобраться сначала с домашними делами, а потом уж поехать в офис и составить на всякий случай исковое заявление. Затем он запланировал позвонить в офис свадебного агентства и пригласить Жанну к себе. Расчет был простой: увидев здание, в котором обитает юридическая компания «Орлы юриспруденции», она должна была сразу сдаться.

Размышляя так, Максим вел машину автоматически.

— Макс! Светофор! — услышал он крик Славки и ударил по тормозам.

Его BMW заскрипел по асфальту и остановился. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, а руки дрожали.

— Ты зачем так кричишь? — с трудом выровнял дыхание он. — Чуть приступ не начался.

Максим на всякий случай достал упаковку таблеток и проглотил две капсулы, запивая их водой из бутылки, которая стояла в углублении под правой рукой.

— А ты на дорогу смотри! Забыл уже?

— Не забыл, — тихо ответил Максим, и чувство вины опять тяжестью легло на сердце. — Прости Слав. Я тебя уже второй раз подвергаю опасности.

— Ладно! Проехали. Зеленый загорелся.

Действительно, задние машины уже сигналили им. Остаток пути Максим сосредоточился на дороге, не позволяя эмоциям и чувствам взять верх над собой.

В больнице братьев ждали хорошие новости: родителей выписали. Они вполне могли продолжить лечение дома. За них Максим был спокоен: они жили в большом загородном доме, имели приходящую горничную и кухарку. В конце концом, он мог доплатить горничной, и та поживет несколько дней вместе с ними.

Жизнь брата волновала его намного больше. Если бы не Кристина, он предложил бы Славке остаться у него. Но теперь он женат. Стоп! А что если…

— Слав, ты не хочешь временно переехать к родителям? Будете жить во флигеле. Сам знаешь, там отдельный вход, не помешаете. Я во всяком случае спокоен буду, что вы все под присмотром. Найму вам сиделку.

— Неплохая мысль. Надо у Кристины спросить.

В отделении гинекологии по-прежнему было тихо и спокойно. По коридору гуляли женщины с животами разной величины, тихо разговаривали медсестры. Здесь царила атмосфера ожидания и счастья.

Увидев инвалидное кресло, направлявшееся к вип-палате, постовая медсестра вскочила со стула и бросилась им наперерез.

— Молодые люди, вы куда?

— Мы хотим навестить Кристину Савельеву. Она вчера вечером поступила в отделение, — ответил Максим, а в душе почему-то похолодело от нехорошего предчувствия.

— К ней нельзя.

— Почему?

— Время посещений будет позже. Она спит.

— Погодите, а как же они? — Максим указал рукой на парочки, сидевшие на диванах. — У них уже время посещений настало?

Медсестра смутилась, потом увидела доктора, выходившего из палаты, и бросилась к нему за помощью.

— Алексей Дмитриевич, тут к Савельевой муж приехал. Что делать?

— Погодите! Что, значит, делать? — закричал Славка. — Что с моей женой? Говорите немедленно!

— Тихо, молодой человек, тихо, — постучал по его плечу доктор. — Пройдемте ко мне в кабинет. Я вам все расскажу. Не надо пугать людей.

Он провел их по коридору и распахнул дверь ординаторской. Здесь сидели еще несколько врачей, но под суровым взглядом Алексея Дмитриевича они быстро покинули помещение.

— Рассказывайте! — наконец выговорил Максим. Его сердце опять бешено заколотилось, дыхание стало частым и поверхностным.

— Понимаете ли, у вашей жены, — доктор посмотрел на Максима.

— Не у моей. Я брат. Вот муж, — поправил его Максим и показал на брата.

— Да? Простите. У вашей жены ночью случился выкидыш.

— Как? Почему мне не сообщили? — потрясенный Славка переводил растерянный взгляд с брата на врача. Его сцепленные в замок пальцы, лежавшие на коленях, дрожали.

— Мы звонили, но ваш номер был не доступен. Пациентка была без сознания, поэтому мы сообщили ее матери.

Славка вытащил телефон: он был разряжен.

— Но как же так? Макс… — Славка поднял глаза на брата. Столько боли и отчаяния было сейчас в его взгляде, что Максим отвернулся. — Как же так? Я же звонил ночью.

— Тихо. Тихо, — пытался успокоить его Максим, понимая, что никакие слова тут не помогут. — Давай выслушаем врача.

— Это случилось под утро, — пояснил врач.

— Как она сейчас себя чувствует? — голос брата сорвался на фальцет. Он с трудом держал себя в руках.

— Сейчас все в порядке. Она спит после общей анестезии, но вот-вот проснется.

— Она теперь может…

— О, если вы о детородной функции, то не волнуйтесь: мы остановили кровотечение и сумели сохранить матку. Ваша жена отправится и еще нарожает вам кучу маленьких ребятишек.

— Я хочу ее увидеть. Макс, как же так? Как так случилось? Ведь вчера была свадьба, а сегодня… Макс… Это наше наказание… Макс.

Славка до боли сжимал руку Максима и не мог остановиться. Телефонный звонок прозвучал так неожиданно, что он замолчал. Доктор взял трубку, несколько раз буркнул: «Да», — посмотрел на посетителей и, наконец, сказал:

— Так, я не знаю, о каком наказании вы говорите, но ваша жена проснулась. Можете пройти к ней.

— Все, Слав, успокойся. Я не знаю, что принято говорить в таких случаях, но… держись, не показывай Кристине свои эмоции. Ей и без тебя несладко.

Он повез кресло к вип-палате, открыл дверь и сразу наткнулся на яростный взгляд Елены Николаевны, мамы Кристины. Она метнулась к нему и прошипела, как ядовитая змея:

— Убирайся! Это ты виноват в случившемся!