113

Разошлись уже в первом часу. Закрыв дверь за гостями, Стас прижал меня к ней, стал пальцами гладить мое лицо, заставляя трепетать сердце.

- Какой долгий день, думал, не кончится никогда… Красавец, значит!

- Да! Мне тогда так показалось, я же умирать собиралась… а, потом узнала, что ты не только красавец, а еще и прекрасный друг, очень добрый, нежный, восхитительный! Я люблю тебя! Веришь?

-  Верю, и знаю, что любишь!

- Давно поверил-то?

- Нет. Когда ты тогда на фестивале из лагеря стартанула, а потом еще кричала, что ненавидишь меня, я понял, что ты ревнуешь, что небезразличен я тебе. Не надо меня ревновать, любимая, я никогда не предам тебя, – Стас прикоснулся губами к моей шее, вызывая острый приступ желания.

Он продолжал дразнить, обнажая мое плечо и покрывая каждый его сантиметр порхающими поцелуями. Его руки забрались под футболку и хозяйничали там, то щекотали мои ребра, то гладили спину, казалось, от прикосновений теплых пальцев вспыхивали маленькие огоньки, разжигая костер в животе. Тихий стон вырвался у меня, прервав сладкие пытки.

- Тише, дочку разбудим! – Стас поднял меня на руки и понес в спальню.

Проснувшись утром, сразу не поняла, что такое мягкое и белое упирается прямо в нос. Подняла голову, оказалось, что это игрушка, плюшевый медвежонок. Хозяйка игрушки спала, вольготно раскинувшись поперек постели. Голова Софии покоилась на животе Стаса, пятки на мне. Видать проснулась под утро в незнакомом месте, нашла нас и забралась в кровать.

- Доброе утро! – прошептал Стас. Спросонья он выглядел просто замечательно, не то, что я, лохматое чудовище. Я пошевелилась, собираясь вставать. – Тише, разбудишь Бусинку! – Его золотые глаза смеялись, отчего на душе стало светло, будто солнышко заглянуло.

У меня создалось впечатление, что мы семья, причем уже давно. Не все родные отцы так заботятся о своем ребенке, а дети чувствуют фальшь лучше, чем взрослые, они с доверием относятся к хорошим людям. София будто услышала мои мысли, захлопала заспанными глазками, посмотрела на меня, на Стаса, забрала у меня своего медвежонка и вытянулась возле Филатова, обняв его за шею. Ничего себе! И мама не нужна! Я только сейчас поняла, как ей не хватает любви Руслана, она бедная пытается найти ему замену. И, надо сказать, у нее это неплохо получается!

- Ну вот и валяйтесь, а я пока завтрак приготовлю! – я поднялась с кровати, ощущая на себе пристальный мужской взгляд, заставляющий кровь закипать в венах. Хм, интересно, привыкну ли я когда-нибудь к его взглядам, или они всегда будут волновать меня?

- Пап, а мы сегодня на пляж поедем? – сонным голосом пробормотала моя дочь. Я подумала, что ослышалась, хотела переспросить, но Стас прижал палец к своим губам, запрещая мне произнести хоть слово.

- Да, малыш, обязательно… - ответил он почти шёпотом.

- А ты научишь меня плавать?

- Конечно, научу!

- Папочка, я люблю тебя! – прошептала София и уткнулась Стасу в шею, все еще не проснувшись до конца.

Я потрясенная вышла из комнаты. Мне не хотелось, чтобы наша с Русланом дочь называла отцом другого мужчину, пусть даже это будет Стас. Я понимала, что ребенку нужен отец, что ей не хватает его ласки, но… от ангела и так почти ничего не осталось… Да и что Станислав подумает? Об этом я вскоре узнала. Приняла душ, почистила зубы и собиралась уже выйти из ванной, дверь открылась, и мой любимый заглянул в комнату.

- Давай я сейчас тоже приму душ, а ты пока разведи тесто на блинчики. Я освобожусь и помогу тебе с завтраком, – Стас погладил пальцами мое лицо, улыбаясь и прищуривая свои янтарные глаза.

- Стас… ты извини… за Софию. Она… ей так не хватает… - я не знала, как объяснить все ему. – Я поговорю с ней…

- Я тебе поговорю! Я бы не против, чтобы она называла меня папой, но не уверен, что София со мной разговаривала. Она до сих пор еще спит. Может ей Руслан привиделся во сне, и она меня за него приняла спросонья. А тебе неприятно, что твоя дочь назвала меня отцом?

- Просто неловко, как-то… мы с тобой только начали встречаться, и…

- Встречаться? Мы живем вместе, если ты не поняла еще. Осталось только вещи привезти. На базе я перееду к тебе, как и собирались до твоего побега, а в городе – это твой дом. Или я напираю на тебя? Ты только скажи… - обида, и недоверие вновь проснулись в душе моего мужчины.

- Нет, нет, не напираешь. Успокойся, любимый… - обняла его, поцеловала. – Просто все так быстро, я еще не привыкла.

- Привыкай, давай! Я все равно женюсь на тебе, как только ты согласишься. И мне не хочется, чтобы твоя дочь всю жизнь называла меня дядей. И я обещал…

- Что?

- Руслану обещал, что воспитаю его дочь, как свою… я же тебе рассказывал, что мы поговорили с ним… во сне. Но такое чувство, будто наяву.

В десять мы подъехали к дому моей сестры. Нас уже ждали, чтобы отправиться в дельфинарий. Станислав даже детское кресло установил в своей машине. Кит с Юлей тоже поехали с нами. Им что, заняться нечем, что ли? А вот Ирина Васильевна взяла выходной, причем еще вчера уехала из дома, раз мы забрали Софию на ночь.