Глава 8

Выхожу из кабинета, меня буквально сверлят все взглядами. Иду к выходу, а в спину летит шепот, которым не стесняются обмениваться любопытные сотрудницы.

Но мне сейчас не до них. Внутри все бьется и дрожит так, что кажется, я упаду.

Что происходит вообще? Как он узнал, где я работаю? И кто он такой?

Кого я увижу сейчас? Снова пирата или…

Выхожу из офисного центра на улицу. Здесь сегодня ветрено, но дождя нет. И куда мне?

Осматриваюсь, пиратов среди прохожих точно не наблюдаю. Зато на парковке вижу огромную черную машину и высокого темноволосого мужчину в пальто. Он кажется мне знакомым.

Заметив меня, мужчина расплывается в широкой улыбке, а я не могу сделать и шага.

Я его узнаю…

Максим! Это тот самый Максим, который помог мне с сумками и прислал на следующий день торт.

И он идет ко мне.

— Привет, моя королева! — проговаривает пафосно, достает из-за спины треуголку, надевает ее на голову. — Позволите ли вы похитить вас на обед? — склоняется в почтительном поклоне, протягивает руку.

— Я…, — ничего не могу сказать.

— Не переживай! Ровно через пятьдесят пять минут я доставлю тебя назад!

— Но…

— Никаких но! Идем!

Он подхватывает меня под руку, настойчиво ведет к машине, открывает переднюю дверь пассажирского сиденья, усаживает.

И вот я не успеваю опомниться, а мы уже едем в неизвестном направлении!

— Максим? — поворачиваюсь к нему с вопросом.

— Запомнила! Я польщен! — а вот и улыбочка эта фирменная. Только…

— А где ваша борода?

— Твоя!

— Что?

— Твоя борода! Хватит выкать! Я помню малиновый вкус твоих губ! — усмехается азартно. — А то так скоро проснемся вместе, а ты все выкать будешь! — чего? Зависаю на секунду от возмущения, но быстро прихожу в себя.

— Пусть будет «твоя», но я не собираюсь просыпаться с тобой вместе! — отрезаю гневно. — Меня вообще достало уже это все! Останови, я выйду!

— Ох, разошлась моя королева!

— Что тебе от меня надо? А? — уже почти кричу. Но он совершенно невозмутим.

— А какие есть варианты? — выгибает бровь.

— Не знаю! Ты аферист?

— Какой? Брачный? — усмехается.

— Не знаю. Тебе виднее!

— Допустим! Пойдешь за меня замуж?

— Нет! И вообще, куда ты меня везешь?

— В ЗАГС! Я же обещал твоей дочери, что женюсь! А я привык держать свое слово!

— Ты мою дочь не приплетай! Она доверчивый наивный ребенок!

— Ну да! А ты взрослая, очень недоверчивая женщина! Я понял! Вот сейчас мы и будем работать над доверием! Спрашивай!

— Да не хочу я ничего спрашивать! Скажи мне только одно! Что тебе от меня надо?

— Хорошо! Давай ты подумаешь сама и скажешь! Смотри! Вот эта машина стоит почти как твоя квартира. И нет, я не понтуюсь перед тобой в чужих шмотках, чтобы произвести впечатление. И машина у меня не в кредит. Кстати, в бардачке можешь взять документы, проверить. Паспорт там, кстати, тоже есть. Можешь сразу штамп посмотреть, чтобы убедиться, что я не женат и никогда не был! — с сомнением смотрю на него. — Бери-бери! Не стесняйся!

Хорошо! Открываю бардачок, достаю оттуда небольшую кожаную папочку. В ней действительно нахожу документы на машину на имя … Максима Викторовича Пиратова.

Пиратова? Серьезно? И паспорт на то же имя.

— Ну, теперь ты выбросила из головы мысли, что я хочу тебя обобрать?

— Хорошо. Допустим, имущество мое тебе неинтересно. Хотя… я же не знаю, на какие деньги у тебя есть то, что ты мне демонстрируешь! Может быть это получено как раз на разводе таких идиоток, как я? Много не надо. Одну развел — вот тебе и машина-часы-шмотки!

Смеется. Задорно так, по-мальчишески. А вот мне вообще не весело.

— Рада, что я так тебя веселю, и все же!

— Хорошо. Я не буду смеяться. Просто ты такая забавная! И не надо называть себя идиоткой. Это не так, Олесь. Идиотка бы не привлекла меня настолько!

— Ой, да ладно! — усмехаюсь я. — Давай еще про любовь с первого взгляда расскажи!

— Нет, не с первого! Я же не просто так к тебе домой пришел! Я проверял!

— И что же?

— Многое. Например, как ты готовишь! Ну, то есть ты мне понравилась сразу! Но были сомнения! Мне знаешь как домашней еды хотелось? Задолбали уже эти ресторанные ризотты, рикотты, икотты … Я о борще мечтал! Но котлеты у тебя тоже зачетные! Так что экзамен ты прошла! А уж когда я тебя саму на вкус попробовал, — замирает он взглядом на моих губах. Меня тут же обдает жаром, — то все! И котлеты померкли!

Взгляд у него магический, но я не собираюсь поддаваться этому разбойничьему очарованию!

— Слушай, Максим. Что-то ты мне заливаешь в уши какой-то компот!

— О, точно! Компот еще хочу. Из сухофруктов. Как бабушка в детстве варила!

— Компот, значит. Ну-ну! И что ты мне пытаешься втюхать? Что имея миллионы, ты не можешь найти себе кухарку, чтобы она тебе борщ варила и компот?

— Ох, Олеся, Олеся! — театрально вздыхает. — Не понимаешь ты мужской тоски! Найти кухарку — не проблема. Но она все равно не будет готовить с душой! Еда от любимой женщины — это вообще не то же самое, неужели непонятно?

— Так ты мне предлагаешь стать твоей кухаркой? И какая зарплата? Если учесть, что сегодня меня обещали уволить, то я спрашиваю на полном серьезе!

— Нет, Олеся! Кухаркой я тебе предлагаю быть только на кухне в свое удовольствие! А еще мне нужна женщина! Понимаешь?

— Не совсем. Точнее, совсем не понимаю!

— Хорошо, пойдем, пообедаем, заодно объясню!

— Объясни, будь добр! У тебя осталось на это ровно сорок пять минут!

— С тобой непросто, но я постараюсь успеть!

Машина останавливается.

— Прошу на выход, моя королева!

Максим открывает дверцу машины с моей стороны, подает руку. Мне неловко. Я себя никакой королевой не ощущаю. Скорее вот роль кухарки готова принять.

А тут ресторан. Красивый, пафосный, с бесконечно вежливыми официантами.

Я в таком ни разу не была. Здесь уютно, красиво, но как-то все слишком стерильно, что ли. Я себя ощущаю совершенно не в своей тарелке в своих дешевых шмотках рядом с красавцем Максимом.

В гардеробе мы сдаем одежду. Максим помогает снять мой простенький пуховик, который смотрится бедным родственником рядом с его кашемировым пальто. Обращаю внимание на руки мужчины. Сильные, но ухоженные, это я еще в прошлый раз отметила. На запястье мощные часы. Совершенно не разбираюсь в брендах, но ему идут. Как и массивный перстень с темным камнем на безымянном пальце. Серый приталенный пиджак, светлая водолазка, брюки, начищенные до блеска черные туфли, все дополняет образ. А еще… парфюм. М-м-м.

Так, Олеся! Очнись! Это, вообще-то, весьма странный незнакомый мужчина, который пытается получить от тебя непонятно что!

Максим провожает меня за столик. К нам тут же спешит официант.

— Так! — командным тоном начинает мой спутник, бегло и уверенно изучая меню. — Нам нужно быстро и качественно пообедать. Мы закажем вот эти салаты, а еще вот это, и это, — указывает пальцем в неведомые мне названия. — И на все про все у вас пятнадцать минут. Успеете?

— Да, — нервничает официант.

— Давай, любезный, поторопись! Ты же хочешь щедрые чаевые?

— Я сделаю все, что в моих силах! — говорит парень с улыбкой и убегает исполнять заказ.

— Прости, что не поинтересовался твоим мнением насчет блюд, — обращается ко мне Максим. — Просто времени у нас нет, а ты бы сейчас выбирала полчаса, стеснялась. Короче, пока несут заказ, давай решать наши вопросы. Напоминаю. Пятнадцать минут у нас до того, как принесут еду! Потом я хочу хорошо поесть, потому что с утра голодный, а вечером я уже надеюсь на твой борщ! Или котлеты. Или чем ты еще меня можешь порадовать?

— Порадовать тебя? — сижу я в шоке. — Слушай, ты нормальный вообще?

— Точно нет. Говорю уверенно, как сын психолога! Моя мама всегда считала, что степень нормальности зависит от выбранных параметров и установок общества. А если судить по абсолютной шкале, то нормальных среди нас нет. Какие еще вопросы?

— Никаких! Всего хорошего! — встаю, чтобы уйти.

— Куда? — вскакивая следом, ловит меня за руку.

— Мне все понятно, мы не подходим друг другу. Поэтому не вижу смысла продолжать. Пусти меня.

— Нет, Олеся! — качает головой. — Ты ведь на самом деле не трусиха! И не слабачка! И что? Ты просто вот так сбежишь? Даже не выяснив, от чего отказываешься?

— Я уже выяснила, мне предлагают какую-то очень сомнительную то ли работу, то ли отношения. Но мне не нужно ни то ни другое!

— Уверена?

— Да. Моя интуиция кричит — беги! А я привыкла прислушиваться к ней!

— Это не интуиция, Олесь! Это прежний негативный опыт! — смотрит на меня как-то так, что я пошевелиться не могу. Опять гипноз? — Присаживайся! Поговорим!

— Ты ошибаешься, — пытаюсь спорить, но уже с меньшим запалом. Нехотя возвращаюсь за столик.

— Про прошлый негативный опыт? Я с ним поговорил тем вечером.

— Зачем? С Вадимом все хорошо? — вспыхивает во мне беспокойство.

— А что ему будет! Или ты тоже думаешь, что кролик у меня бешеный? Кстати о кролике! Как он там?

— Не стоит сбивать меня с темы. Что было тем вечером, и почему ты не вернулся?

— А ты ждала? — играет бровями.

— Я беспокоилась.

— Спасибо, мне очень приятно это слышать. Но беспокоилась ты зря. Мы же с твоим бывшим мужем уже большие мальчики и поговорили тоже, как большие. Выяснили некоторые детали и разошлись. Все хорошо, не переживай. Так что там с кроликом?

— Кролик прекрасно! Погрыз ножку дивана. И всю капусту сожрал, — отвечаю недовольно. Понимаю, что ничего конкретного из этого товарища вытащить не получится.

— Это печально! Капуста нам понадобится. Какой же борщ без капусты! Но это не страшно! Купим!

— Ты меня так успокоил! Не поверишь! И кстати, еще один вопрос, на который я не получила ответа. Куда пропала твоя борода?

— М-м-м, — прищуривается. — Классная была, да? Зашла тебе? Обещаю, я отпущу! Моя натуральная еще лучше, чем та, бутафорная. Она у меня в багажнике лежит вместе с костюмом. Могу иногда надевать.

— Иногда это когда? Для чего ты вообще разгуливал в этом костюме по торговому центру? — Максим усмехается, не торопится отвечать. — Давай я угадаю. Ты участвуешь в шоу — тайный миллионер! Точно! Я по телеку видела! И? Где скрытая камера? — оглядываюсь по сторонам. — На каком канале потом себя смотреть?

— Глупая ты все же, Олесь! — усмехается.

— Да, ты знаешь, мой начальник также говорит! А начальница новая вообще не стесняется, называет просто тупой! Так что ты не оригинален! Отражаешь общественное мнение!

— И зачем тебе такая работа?

— А другой у меня нет! Ну если только кухаркой к тебе пойти, хотя по зарплате я чувствую, будет какое-то кидалово.

— Тут ты права. Зарплату я тебе не предлагаю. Мое предложение более выгодное. И глупой я тебя назвал не потому, что хотел обидеть. Просто ты, Олеся, задаешь вопросы, да все не те. А время идет!

— И какой же вопрос по-твоему главный?

— Главный вопрос ты должна задать не мне — себе! Почему ты так не любишь себя? Почему поставила на себе крест как на женщине? Почему боишься новых отношений? — от его слов в животе сжимается тугой ком.

— С чего это ты взял?

— Тут все очевидно! Я говорю «Ты красавица» и вижу недоумение в глазах. Почему? Почему ты считаешь, что не можешь понравиться мужчине? — я впадаю в ступор. Я не считаю себя уродиной, но и уверенности в собственной неотразимости во мне тоже нет.

От ответа меня освобождает официант, который спешит с нашим заказом, расставляет тарелки, блюда какие-то. Я ничего не хочу и не могу есть. Меня внутри трясет так, что хочется убежать.

— Ешь, Олеся! — звучит властный окрик.

— Не хочу, — отодвигаю тарелку.

— Попробуй хотя бы! Очень вкусно.

— Верю! И наверняка вкуснее борща!

— Не-е-ет! Вот тут ты в корне не права! Борщ — это не просто блюдо! Это тайное оружие женщин!

— Это да! Если кастрюлю горячего борща вылить на голову мужику, это может оказаться смертельным!

— Эх! И опять ты не в ту степь! Сложно нам будет!

— Вот, отлично, что ты это понял! Я тебе совершенно не подхожу.

— Олеся, Олеся! Трусиха ты все-таки! Но это ничего! С этим можно работать! А сейчас — кушай!

— Я не люблю такое!

— Какое — такое?

— Ну, что это за странные штучки?

— Как ты можешь их не любить, если ты их не пробовала?

— Пробовала! — зачем-то упрямо вру.

— И что это? — э… понятия не имею.

— Я не помню, как это называется, но я пробовала и мне не понравилось!

— Это — морские гребешки. И не нужно стесняться, что ты чего-то не знаешь! Трусиха! — снова подначивает меня.

— Почему сейчас-то трусиха?

— Потому что ситуация аналогичная! Со мной — то же самое! Ты отказываешься, даже не попробовав! Как и с гребешками.

— Хорошо, я попробую гребешки!

— И меня!

— Нет! Только гребешки!

— Ну, как скажешь! Сегодня пусть будут гребешки. А дальше — видно будет!

Назад Макс везет меня практически в тишине. Он задумчив, я тоже. Точнее, я напугана! Ничего не понимаю! Но решение мое твердое! Не хочу никаких мужчин! Даже таких очаровательных, харизматичных, как Макс.

Машина останавливается около моей работы.

— Максим!

— Олесь! — поворачиваемся мы одновременно друг к другу. И замолкаем на секунду, теряясь во взглядах. И снова гипноз! По-другому я не могу объяснить, почему не отталкиваю его, когда он приближается, накрывая мои губы поцелуем.

Меня оглушают неведомые раньше чувства. Что он делает? Почему это так сладко и совершенно отключает мозги? Секунды летят, сердце колотится, дыхание сбивается… Ах-х-х!

Вдруг его губы исчезают. А я боюсь открыть глаза и встретиться с его взглядом. Что я там увижу? Насмешку? Разочарование?

Открываю с усилием. И вижу … желание! Мне кажется, это именно оно.

— Вот видишь, Олеся! Иногда не нужно думать, нужно чувствовать! Разумом не все можно постичь. Твое тело — самое честное!

— Мне пора! — пытаюсь открыть дверь, но ничего не получается.

— Трусиха! — бросает с усмешкой он, выходит из машины, открывает дверь с моей стороны. Я выхожу, практически не помня себя.

Внутри — паника. И она резко усиливается, когда я замечаю несколько любопытных взглядов возвращающихся с перерыва коллег.

Боже! Можно я просто провалюсь сквозь землю? А Максим и не думает облегчать мое положение, подхватывает под руку, доводит до ступеней.

— Вечером зайду на борщ!

— Нет!

— Да! И не вздумай смыться! Все равно найду! Пока! — быстрый поцелуй в губы и меня отпускают. Макс легкой походкой возвращается к машине, садится в нее, отъезжает.

А я еле живая разворачиваюсь и натыкаюсь на взбешенный взгляд Сисюкина…