Глава 39. Новая игра

Зимин

Я зависаю на Лене красноречивым взглядом, который выражает вопрос: «ну и какого хрена?». Но она даже не дёргается. Стоит и смотрит в ответ невозмутимо и спокойно. Может быть даже чуток строго.

Думаю уже о том, чтобы озвучить вслух свои мысли, причём довольно в резкой форме, несмотря на то, что у меня на руках трёхлетка, который может воспринять это как агрессию… но меня тоже можно понять!

Я итак сегодня сама добродетель. Выдержал всю эту хрень и даже ни разу не сорвался на нецензурную брать. Я прямо пай-мальчик, мне премию за это нужно выдать. Но… я уже на грани. Реально на грани.

Наконец-то до кухни добредает Света и её появление заставляет меня притормозить. Пока. Но долго я так не протяну.

– Ой, Артём Викторович, здравствуйте, – совершенно фальшиво тянет Шаповалова, наигранно приподнимая брови. – Не знала, что вы здесь.

Она косится на Лену, а потом на меня. В её глазах горит неприкрытое любопытство. Чую, пытается осознать, получилось у нас помириться или всё-таки нет. Видимо, Лена всё-таки выдала подружке то, что я гад и изменщик, но Света не поверила. Иначе б нахрена она мне писала то сообщение с подсказкой?

И я вижу краем глаза, что она всё понимает правильно. Будто бы радуется, улыбается, понимает, что кризис миновал, но потом хмурится, заметив выражение моего лица. А я и не скрываю, что я в чёртовой растерянности пребываю.

Даже вежливо ответить сил нет.

Просто стою и гипнотизирую Лену требовательным взглядом.

– Влад, а давай-ка мы с тобой переоденемся с прогулки, – говорит Света бодрым голосом, смекнув, что всё-таки не так всё однозначно у нас. – Пойдём-пойдём, я тебе покажу, какие у меня камушки есть. В прошлом году на море собирала! Красивые, просто загляденье. Тебе понравится.

– А ракушки? – тянет Влад с интересом, переводя взгляд на Свету.

– И ракушки есть. Много всего, – обещает Света, забирая мальчишку из моих рук.

Они уходят в комнату и плотно прикрывают за собой дверь. Оставляют нас с Леной вдвоём на кухне.

Внутри меня вспыхивает ещё более горячее, всепоглощающее раздражение. Я пытаюсь взять эмоции под контроль, но выходит хреново. Дошёл уже, мать его, до точки кипения и меня не остановить.

– Что теперь не так? – спрашиваю хмуро.

Лена отводит взгляд в сторону, кусает губу. Молчит. Ничего, видимо, не собирается объяснять. Будто я должен мысли её прочитать, как грёбаный ясновидящий. Но ясно же, что у меня таких талантов нет.

Я только-только какой-то эмпатии учусь. Спасибо детям, по-другому с ними никак. Пробуждаются забытые навыки, а может у меня никогда и не было этого.

– Лена, – рычу я и делаю шаг к ней, беру за руку. – Говори.

– Я… – шепчет она, поднимает глаза на меня. Смотрит с каким-то смятением. – Я сегодня не вернусь домой.

Она будто мне нож в сердце вгоняет. В груди всё плавится, дымится. Я реально не догоняю, что происходит. После всего, что мы обсудили. После того, как расставили по полочкам, разложили, никаких сомнений не оставили. И вот тебе…

А после боли всё внутри будто взрывается. Горячая, неконтролируемая злость затопляет всего меня с головы до пят.

– Это ещё почему? – опасно тяну я, сверкая глазами. – Мы всё выяснили, Лена. Я всё тебе объяснил. Ты согласилась. Что ещё?

– Артём, – спокойно произносит она. Кладёт ладонь на мою грудь, останавливая поток моего возмущения. – Дай мне время. Прийти в себя от шока.

– Сколько?

– Не знаю, – вздыхает она и качает головой. – День. Или… два. Я не могу сейчас. У меня голова кругом всё ещё идёт. Слёзы, потом радость, потом снова… – она проводит ладонью по моему лицу. – Я разбита, Артём. И мне нужно собрать себя заново.

Я сжимаю челюсть. Хочется спорить, доказывать, требовать. Но я понимаю её желание, хоть и не одобряю. Сегодня был ад. Для нас обоих. И, на мой взгляд, самый лучший способ пережить это – закончить этот день в объятиях друг друга. Отличным, качественным сексом.

И только я думаю о том, чтобы сказать ей о своих соображениях, как она добавляет ещё более серьёзным тоном.

– И потом... Ты сам сказал, что Анфису нужно поставить на место. Так не лучше ли, чтобы она думала, что её план удался?

Я замираю. Смотрю на неё, перевариваю. Злость уходит, сменяясь холодным, спокойным расчётом. Проклятая Анфиса. Я уже и забыл о том, с чего всё началось. Она думает, что, отправив компроматы мне и Лене, что-то из этого выстрелит. И разубеждать её в этом нет никакого смысла.

Пусть она думает, что всё удалось. Тогда она почувствует власть, решит, что я уже сломлен и пустится во все тяжкие. А тут как раз схема Рони подкатит. Она легко заглотит наживку, и мы быстрее закроем вопрос с конкурентами.

Идеально.

– Ты права, – говорю я, закончив выстраивать в голове логическую цепочку. – Анфиса не знает, что мы в курсе. Не знает, что мы смогли состыковать всё, узнать, что она работает на конкурентов. Она не подозревает, что у меня есть такой человек, как Аристов, который готов помочь её прижучить. Пусть так и продолжается дальше. Если мы сделаем вид, что разругались, она успокоится. И тогда я смогу… подготовить ловушку.

– Да, – кивает Лена, прижимаясь ко мне. – Она будет думать, что всё идёт по плану. А ты сделаешь то, что должен.

Я глажу её по голове, пропуская пряди между пальцев. Моя невеста не просто красивая. Она ещё и умная. Сегодня мой аналитический мозг сдал сбой, а она снова мне помогла. Сначала была моей музой, а теперь стала моим стопором.

И что бы я без неё делал?

Моя же. Идеальная. Моя.

– Я её раздавлю, – говорю я уверенным тоном. – Раздавлю всех, кто хотел нас с тобой рассорить. Обещаю.

Она кивает, жмётся сильнее. И я наконец-то окончательно успокаиваюсь. Да, я бы хотел провести этот вечер и ночь с ней. Но, кажется, всё-таки лучше переждать. Если за Леной следили, то, возможно, и я сейчас под прицелом камер.

Сидит внизу какой-нибудь идиот и ждёт, чтобы сфотографировать нас вместе. А потом доложить своим нанимателям. Чёрт. Выходит, придётся нам играть в эту идиотскую игру теперь.

– Я знаю, Артём.

Я приподнимаю её лицо за подбородок и целую. В этот раз я уже не напираю, не включаю страсть. Просто благодарю её этим нежным, медленным поцелуем за то, что она включила логику за нас двоих. Хотя остановиться всё так же сложно.

С трудом отодвигаюсь, провожу пальцами по её щеке.

– Скоро всё закончится, Лена, и мы снова будем вместе.

– Угу.

– Ты даже не представляешь, как сложно мне сейчас будет ехать домой одному. Потому что без Ани, без тебя с Владом там совсем пусто. Уныло и мрачно.

– Привык, значит, к своим непоседам. Привык ко мне? – сощуривается Лена.

– Не просто привык, – шепчу я, подтягивая её опять к себе. Выдыхаю в губы. – Ты меня приручила, плутовка.

– Надо же, – усмехается. – Я приручила хама, заядлого холостяка и бизнесмена-хищника. Пора идти в дрессировщики. Считаю, что это успех.

– После декрета, Лен.

Замирает. Вижу, как расширяются её глаза в удивлении. И пока она не парировала и не стала возмущаться, снова целую её. Не дам ей испортить момент шутками. Потому что я вообще-то совсем уже не шучу.