Глава 13

Козел. Смотрю на него молча. Прищуриваюсь.

И уйду. Так уйду, что потом пожалеешь.

— Еще что-то хочешь сказать?

Молча ухмыляюсь.

— Дверь на замок закрывай, когда спать ложишься.

Ведет бровью, сдерживая улыбку, но не уходит. Как будто ждет от меня продолжения. Сам запретил против что-то говорить, а теперь ждет этого.

Ладно.

— А то сковородкой во сне получишь.

Разворачиваюсь и иду к Маше. Между лопатками так и горит все. Провожает взглядом. Я держусь, хотя его слова цепляют, точат глубокие протоки, которые заполняются обидой.

Я тормоза отключаю, видите ли… Бойся теперь, что прилетит сковородой.

— Маматька, я поея, — Маша только что не вылизывает тарелку. Так хочет мультики скорее смотреть. — А мозно мутики смотеть?

Я присаживаюсь на уровень ее глаз. Заглядываю в небесно-голубые глазки, там столько искренности и чистоты. Она если любит или если ей что-то нравится, не скрывает этого. Показывает, как есть. Если любит своих друзей-зверей, то везде с ними. Хоть кашу есть, хоть мультики смотреть.

— Один мультик, Маш. Потом спать.

Она кивает довольно. Сомневаюсь, что я вытяну ее потом оттуда. Но почему-то должна это сказать. Так правильно.

Смотрю, как Маша убегает к Роме наверх со своими игрушками. Зайке повезло больше. Его она несет в руках. Гусь же животом бьется о ступеньки лестницы.

— Ёма, я писла.

Давай… Хотел покомандовать мной. Сейчас тобой покрутят так, что свой месячный бюджет спустишь на эту принцессу. И тоже тормоза отключишь.

Я быстро убираюсь на кухне и иду к себе в комнату. Пробую снова набрать сестру. Она как уехала в отпуск, так отключила все, чтобы никто ее не искал.

Гудок идет. Я жду, может, ответит.

— Да, кто говорит? — Вика отвечает строго, будто на работе.

— Товарищ следователь, полегче, — смеюсь в ответ.

— Варюш, ты?

— Я.

— Ты же знаешь, я к незнакомым номерам с опаской. Но с этого уже несколько раз звонили, решила ответить.

— Ты уже в зоне доступности?

— Вроде да, но связь тут не очень. Могу прерываться. У тебя как дела?

— Я вернулась.

— Да ладно… А меня нет. Вот черт. Ты надолго?

— Не знаю. Опять видео начали слать. Кто-то следит за мной.

— Ты где сейчас?

— Я у Ромы.

— У кого? — откашливается, но слышала же. — У Бергмана?

— Да.

— Опять, что ли, Варя?

— Нет. Не хочу я в прокуратуру обращаться, поэтому пошла к Роме. Я знаю, что у него есть знакомые в сфере IT, он найдет их быстрее.

— А его отец, Варь? Не боишься?

— Никто не знает, что я тут.

— Сегодня не знает, а завтра узнает. А Маша?

— Рома думает, что это дочка Эда.

— И как они?

— Как… — они с первого же дня поладили. Маша боготворит его.

— Еще бы, — Вика усмехается. — Рассказывать будешь про дочь?

— Надо. Не могу только момент подобрать. У него девушка, не хочу лезть в их отношения, не хочу, чтобы из-за меня ссорились.

— Видела я его девушку. Дочка еще одного бандита. Как и папашу его, всех бы пересажали. Но там все куплено, скорее меня уберут, чем я решу рот открыть.

— Да пусть живут, как хотят, Вик. Мне бы только, чтобы от нас с дочкой отстали.

— Варя, тебе нельзя там оставаться. Если папаша Бергман узнает, что ты там, то ничем хорошим это не закончится.

— Знаешь надежней место?

— К Юре бы поехала.

— Ага, у него там итак трое детей, кот, еще меня не хватало.

— Я вернусь, встретимся тогда. Если у Романа надежней, значит, будь пока там.

Из прошлой жизни со мной только Вика сейчас. Сестра, о которой я никогда не знала, но единственная, кому не было за меня стыдно и кто также поступил бы, как я.

Вика права, оставаться тут долго нельзя. Хотя я вроде Роме пыталась про его отца рассказать, но он не хотел слушать даже. Вот если бы записать разговор с ним, тогда бы поверил, может.

Я бы может и поспала, но не получается. Теперь, кажется, что Ромин отец может в любой момент прийти и забрать мою дочку. Или со мной что-то сделать, а Маша одна останется. И Рома с Машей притихли.

Я поднимаюсь к ним. Заглядываю в комнату. Там полумрак, телевизор выключен.

Застываю в дверях и дальше не иду.

Рома, развалившись, спит. Одной рукой обнимает Машу, которая прижимается к нему и расслабленно спит на плече. Еще и одну ногу закинула, чтобы он никуда не сбежал. Игрушки рядом.

Зажимаю ладошкой рот и тихо выхожу. Бесшумно спускаюсь по лестнице, сажусь на первую ступеньку.

Кому мы и что сделали плохого?! Кому мешали наши отношения?! Кому мешал наш ребенок? Нам даже попытаться не дали вместе быть. Как сговорившись, все были против.

Надо с Ромой поговорить, некуда больше тянуть. Потом эти игры в молчанку могут непонятно чем закончиться.

Я ковыряюсь на кухне. Нарезаю курицу для ужина, овощи. Слова нужно правильные подобрать. Хотя реакция и так понятно, какая будет.

Почему не сказала? Зачем скрывала? Я же отец!

И на эмоциях не будет слушать меня, почему так поступила. Если только про опасность рассказать. Про отца его. Про угрозы. Может, тут послушает.

На улице стремительно темнеет, время уже к семи движется. А эта парочка наверху может и до утра проспать. Рома любит, чтобы было прохладно, а Маше походу тоже нравится так.

Только открываю телефон, чтобы почитать что-нибудь, как в домофон звонят. От неожиданности дергаюсь. Вроде Рома никого не ждет.

Еще звонок. Не показалось.

Подхожу к видеодомофону и смотрю на изображение. Там девушка молодая.

Наверх смотрю. Рома спит. Не выходит. Надо его разбудить, но девушка снова звонит. Так разбудит сейчас всех.

Нажимаю на кнопку и отвечаю.

— Да. — Молчание в ответ. — Вы что-то хотели?

— А ты кто?

А кто я? Я много кто. Это, смотря в каком контексте хочется услышать.

— Где Рома?

Спит. Сейчас как скажу, что спит, так его и кастрируют. Это Юля эта, что ли? Там темно, не видно ничего.

— Роман у себя в комнате, позвать его?

— Двери открой!

За спиной шаги, я оборачиваюсь. Рома спускается.

— Открывайте дверь!

Рома снова недовольно вздыхает и на меня смотрит. Как будто я виновата, что она приехала.

— Юль, ты?

— Я!

— Заходи, сейчас тебя встречу, — открывает ей дверь и отключается.

— Домофон звучал громко, я не хотела, чтобы разбудил вас, поэтому ответила.

— Бл*, вы, конечно, любите сюрпризы, — накидывает куртку.

Для него, походу, это тоже неожиданность, но и не пустить ее нельзя. Скорее у меня тут меньше прав и я должна испариться.

— Я могу в комнате посидеть.

— Не надо нигде сидеть. Скрывать нам нечего, но лучше, если ты будешь сестрой друга, которой нужна помощь, а прошлое упоминать не будем.

— Хорошо.

Рома обувается и выходит на улицу, чтобы встретить девушку.

Я думала, посидим спокойно с Ромой, поговорим обо всем.