Глава 36

Баба Шура

– Хоромы у Ярослава, доча, царские. Два месяца, как в сказке живём, – беседую с дочерью и катаю Булочку в новой коляске по посёлку. – Кирочка платье к свадьбе выбирать поехала. С утра фотографии шлёт. А ты-то как там? Не сожрали тебя кобры индийские?

– Да какие кобры, – вздыхает Женя. – Всю жизнь стремилась к гармонии, а в результате живу будто через силу.

– Это потому, милая, что стремиться нужно к любви. Где любовь, там и гармония.

– Я любила Андрея.

– Андрея, – усмехаюсь я. – Себя ты любила, а не малохольного своего. Ради гармонии своей Кирюшу бросила, ещё и на аборт её уговаривала. А оно вон как обернулось.

– Да, Кира прислала мне фото жениха, – снова вздох. – Принц. По-другому не скажешь.

– Потому что Кира добрая и бескорыстная девочка. А ты всегда боялась сложностей. Вот и сидишь теперь йогой скрючившись на своём окияне. Ждёшь, когда твоё светило с бубном напляшется.

– Здесь красота сейчас. К свадьбе я не успею. Дела.

– Дела важнее свадьбы дочери?

– Представь себе. Не могу же я всё резко бросить. А в мае дожди начнутся. Вернусь в Питер, поживу до октября. Кире помогу с домом управиться.

– У Киры целый штат прислуги теперь. Не лезь к молодым. А квартира в Купчино свободна. Хоть всю жизнь живи.

– Но тебя-то она взяла к себе, – обиженно предъявляет мне Женя.

– Я бы назвала это несколько иначе, – сворачиваю разговор, завидев знакомую машину. – Пора мне. Бывай!

Возле меня останавливается чёрная, сияющая лаковыми боками, машина отца нашего соседа справа. Я зову её «крокодилак». Тонированное стекло ползёт вниз.

– Александра Даниловна, на спевки в клуб придёте сегодня? – Игорь Петрович поправляет на голове ондатровую шапку. В головном уборе он ещё ничего, а без него чистый Эйнштейн. – Я все тексты распечатал и помощнее слуховой аппарат купил.

– Приду. Как обещала, к семи.

Завожу коляску в дом и во двор въезжает рыжий Кирюшин внедорожник. Макс выходит из машины и помогает Кире выйти.

– К свадьбе готова! – она достаёт с заднего сиденья пакеты. – Баб Шур! Мы с тобой самые красивые будем!

– Тю, а мне-то чего красоваться? – радостно видеть сияющие Кирюшины глаза. – Иди в дом.

Кира скидывает в прихожей манто из эко-меха. Она объявила нам с Ярославом, что ей жалко зверушек и это её окончательное слово.

– Как чего красоваться? Ты у меня ещё ого-го!

– Тогда уж и-го-го! Пару лет и пора подковы сдирать.

– Бабушка! Я ещё на твоей свадьбе потанцую, – Кира достаёт Булочку из коляски.

– Да шучу я, шучу. Но замуж – увольте!

Из кухни выходит домработница, Лидия Михайловна.

– Кира, Александра Даниловна, ужинать будете?

Кира снимает с дочки комбинезон.

– Бабуля покушает, наверное, а я подожду Ярослава. Разведите Анечке смесь, пожалуйста.

– А что у тебя с молоком? – с подозрением смотрю на внучку.

– Меньше прибывать его стало, – хитро улыбается она.

– Ну-ну, – вешаю шубу на вешалку и иду мыть руки. Захочет – расскажет.

***

Кира

С трудом дожидаюсь приезда Яра. Душа поёт, мысли кипят сегодня вовсе не о свадьбе. Прячу свадебное платье в шкаф на первом этаже, остальные обновки вешаю в гардеробную на втором. Отправили Вике её наряды, и стало просторно – хоть танцуй. Вряд ли я накуплю себе когда-нибудь столько тряпья. Аппетит приходит во время еды, конечно. Так что не буду зарекаться.

Что бы надеть сегодня для серьёзного разговора? Да уж! Можно весь шкаф завесить, а носить всё равно будет нечего! Может, красное? Не тот случай. Золотое? Тоже как-то не к месту. Пожалуй, светло-розовая туника подойдёт. Нежно и романтично.

– Кира, я дома! – кричит Ярослав.

Он приехал раньше. Ура! Затягиваю золотой поясок поверх воздушного наряда. Лечу вниз по лестнице:

– Привет, солнце.

– Получил твоё сообщение и приехал раньше. Бабуля дома?

– На спевку ушла.

– Вот огневушка-поскакушка, – Ярослав скользит медовым взглядом по моему наряду. – А куда моя кроха так нарядилась? Где Анечка?

– Лидия Михайловна с ней играет. Сегодня я тебя покормлю.

Зажигаю в гостиной свечи, ставлю ведёрко со льдом и бутылкой шипучки. Вношу на тарелках запечённых сибасов под лимонным соусом. Менажницу с закусками. Ярослав входит в джинсах и майке. Когда он снимает свои дорогие костюмы, точно лет десять сбрасывает. Хотя костюмы очень ему идут.

– По какому поводу романтик? – Ярослав садится за стол и раскручивает проволоку на бутылке. Хлопок, шипящая пена и в бокалах серебрятся пузырьки.

– А разве нам нужен повод?

– Соблазнительница! – Ярослав принимается за еду.

С трудом могу усидеть. Когда от рыбы остаётся одна кость, а в глазах Ярослава загораются озорные огоньки, забираюсь к нему на колени.

– Хочу тебя, – шепчет он и гладит меня по шелковистому чулку.

Целуемся. Рука Ярослава добирается до ажурной резинки.

– Что это? – достаёт он из-под неё перевязанный атласными тесёмками тест на беременность с двумя полосками.

– Мальчик, – улыбаюсь я. – Или девочка!

– Ты беременна? Кроха, реально? – Ярослав подхватывает меня на руки и кружит по комнате. – Люблю тебя! Люблю. Люблю. Люблю.

Он уносит меня на второй этаж. Умеренность хороша во всём. Кроме любви. В нашей новой спальне нет запретов. Поначалу я краснела, закрывалась подушкой, говорила, что так муж и жена не делают. Но ласки Яра развеяли моё недоверие.

Туника летит на пол, губы Ярослава скользят по моему телу.

– А тебе можно? – нависает он надо мной.

– Нужно! Мне тебя всегда будет мало.

– А малышу это не повредит? – его рука скользит между моих бёдер.

– Яр…

– Кира, – целует он меня.

Время летит быстро, и ещё быстрее, когда в доме есть малыш. Мы не вылезали бы из спальни до утра, но сейчас время Яра и Булочки. Забираем дочку у Лидии Михайловны.

Новая компания отнимает у Ярослава много сил, но все свои рабочие проблемы он оставляет у порога. Как бы он не устал, минимум полчаса он играет с Булочкой. А купание без папы вообще не купание. Ярослав нанял инструктора, и он за три занятия научил Булочку плавать.

Пока Ярослав играет с дочкой, выхожу на улицу, чтобы послушать, как бабушка поёт. За соседним забором слышится стройный хор. Певуны собираются по четвергам в домике для барбекю у нашего соседа Володи. Он всё время в командировках, и его отец с бабой Шурой сколотили из местных пенсионеров музыкальный ансамбль. Их уже пару раз приглашали на дни рождения петь. Сажусь на скамейку возле дома и, закрыв глаза, слушаю песню на все времена:

Выйду ночью в поле с конём,

Ночкой тёмной тихо пойдём.

Мы пойдём с конём по полю вдвоём,

Мы пойдём с конём по полю вдвоём…