Глава 16 · Ксюша

Наша очередь неумолимо приближалась. Я начинала нервничать, но прекрасно отвлекалась от этого на ребенка.

Мне многие рассказывали, что детские эмоции — это самый чистый наркотик на земле. Приобщившись к этому священному действу раз, ты на всю жизнь остаешься человеком, зависимым во всех отношениях.

Так вот и я жадно впитывала в себя восторг и любознательность девочки. И да, она все еще вела себя нагло и бесцеремонно. Била словом не в бровь, а в глаз, так сказать, но оставалась естественной и искренней в этом своем:

— Тетенька, вам это пальто не идет. Вы в курсе, что вас этот цвет полнит⁈ Возьмите темнее на два оттенка. И ремешок, непременно ремешок!

Первые фраз десять я покрывалась алыми пятнами. Что было удивительно, Самохвалов продолжал вести себя как обычно. Он подходил к дочери, отвечал на ее вопросы, а потом снова и снова возвращался к телефонным разговорам.

Вот это выдержка, вот это броня! Я пребывала в шоке. За то время, что я общалась с девочкой, я пока такой толщиной кожи не обросла. Это сколько же он попадал в различные ситуации с ней…

Ближе к концу нашей очереди в ней, кажется, не осталось ни одного человека, кто не был бы готов уступить нам место спереди. Аврора самым наглым образом прошлась по всем, подмечая даже самые интересные детали.

Детали гардероба, взгляда, спутниц и спутников и даже настроения. Так она довольно искренне достала из кармана какое-то интересное колечко со стразиками (Господи, пусть оно будет со стразиками!) и отдала рыдающей малышке из соседней, обычной очереди. Мы просто шли разделенные всего лишь лентой.

Вот как у нее это получалось? С одной стороны, Аврора реально была невыносимой. Таких детей хотелось сдать в детдом и делать вид, что ты их не знаешь. Но при этом она была очень доброй, эмпатичной и милой девочкой!

Самохвалов сперва, кстати, искренне забавлялся моими реакциями. Весь его вид говорил о том, что если бы было с кем спорить, то он бы сделал ставку на то, как скоро я дам деру. Не скрою, моментами мне казалось, что он мог выиграть в таком пари.

Но врожденное упрямство, упертость или даже упоротость не давали мне дать заднюю. Как иначе-то? Зато после этих тридцати минут в любом резюме я смело могла писать, что обладаю стрессоустойчивостью и спокойствием восьмидесятого уровня.

Наконец-то, настала наша очередь, и я покосилась на монументальное строение. Вдали Солнце Москвы представляло собой нечто грандиозное, но вблизи это виделось чем-то просто гигантским.

Я чувствовала себя муравьем и пожинала плоды своей опрометчивости. Точнее, все того же набора упрямства, упертости или даже упоротости. Ибо дрожь в коленях становилась такой степени, что стало проблематично стоять.

Аврора же скакала рядом стройной ланью, приговаривая: «Ну, скорее бы, ну скорее бы». Не могла поддержать ее рвение. Ну, вот что я за человек? Зачем вечно ищу себе приключения на задницу?

— Кабинки не останавливаются, вам надо подойти поближе, ваша следующая с дном. Это будет через одну. Надо сначала выпустить людей…

Инструктор вещал, Аврора радовалась, Самохвалов говорил по телефону. Я боялась. Неистово и нелогично боялась высоты.

Слабоумие и отвага — мой удел. А все потому, что в какой-то момент времени я решила, что маленький ребенок отвлечет меня, и я смогу преодолеть этот страх.

Куда можно сбежать? А-а-а-а! ПАМАГИТЕ! Зачем я это затеяла и где тут выход?

Мой панический взгляд метался в поисках путей отступления, но тут я встретилась с внимательным взглядом Самохвалова. Не знаю, как он это делал, но всего пара взмахов мужских ресниц, и он так горестно вздохнул, словно пришел сюда с двумя детьми.

Не могу сказать, что сейчас это было далеко от истины. Потому что я напоминала даже самой себе маленькую испуганную девочку. И тут случилось странное.

Он убрал свой телефон (ну, наконец-то!), а потом направился ко мне и взял под ручку, как будто собирался отвести куда-то (ага, на эшафот!). Я аж дернулась, но услышала настойчивый шепот:

— Стоять!

Остановилась. Но сердце у меня билось как будто я стометровку пробежала. На мировой рекорд. Вперед Усейна Болта. Без подготовки.

Так же быстро я сейчас порывалась свалить подальше от этой конструкции, на которую собиралась забраться уже раз пять. Но даже до покупки билетов дело не доходило. У меня голова кружилась просто от фото видов.

— Ксения, вы же не обманете ожидания Роры? Тем более, если сделаете это, то я найду вас и заставлю кататься тут, пока вы не переборите свои страхи.

Убедительно. Как раз в этот момент подъехала та самая проклятая кабинка, и меня едва ли не впихнули в нее. Остальное на мгновение померкло.

Правда, одно я просчитала точно. Аврора не дала мне провалиться в липкий страх, что уже растекался по телу, парализуя конечности. Малышка завопила от восторга и ринулась ко мне, чтобы показать и рассказать все, что она видела из окон кабинки.