Глава 61 · Андрей

Не смотреть, не смотреть, не смотреть! Не пялиться на эту, оказывается, горячую девушку на моей собственной кухне! Это что вообще такое? Сглотнул.

Она на кой так вырядилась⁈ Новый год встречать? Это кто ей такую идею подал вообще? В честь чего? Ну, то есть, понятно чего, но зачем?

Отводил глаза, как мог. Специально прикрутил взгляд к спящей дочери, чтобы охладить пыл. Вот она, моя маленькая малышка, мой ребенок, мое солнышко!

Такая милая и беззащитная, когда спит. А еще молчаливая и вне сомнения очаровательная. Самая лучшая — одним словом! Это я так, пока она спала, каждый раз думал. Все же знают, что детки милы, когда спят зубами к стенке.

Но как бы я ни старался игнорировать нахождение рядом Ксении, выходило дерьмово. Это как прикрыть говно газеткой. Взгляд то и дело соскальзывал на ее фигуру. При этом девушка явно замечала мое внимание.

Она смущенно отводила глаза и то и дело поправляла лямку наряда, норовившую свалиться с плеча. Откуда вообще она достала это платье? Да и какой смысл в нем?

Снова в голову лезли дурацкие мысли, и я гнал их из своей головы со страшной силой. Уселся за стол заедать стресс едой. Я такими темпами сегодня к бою курантов колобком стану. Ослабляя свой воротник, не удержался от вопроса:

— Решила сменить наряд?

Голос получился слегка севшим. Надеялся, что она ничего не заметила и не обратит внимания на мою реакцию. На ставшую выпирать выпуклость в районе паха, тем более.

За столом, благо, не видно. Начал уделять пристальное внимание брускеттам. Все же, они определено удались. Ох, как удались! Ну, просто потрясающе откровен… Вкусные. Да, определенно вкусные.

Тем временем Ксения, краснея, заправила за ухо прядь волос. Я бы сам так с удовольствием сделал, но боялся, что тогда накинусь на нее с поцелуями. Как минимум.

А это совершенно не укладывалось в мою концепцию «няня и ничего больше». Я же решил, я же собрался с силами и волевым действием оставил все прошлые мысли за бортом! Вопрос только, чьим бортом?

Мужик же сказал, а значит, и сделал. Вот я сидел сейчас со своим собственным выбором в пользу дочери, а не… Даже не мог сформулировать, что стояло на второй чаше весов.

Счастье? Мое, что ли? Счастье и желания как отдельно взятого мужика? Но я же сейчас отец в первую очередь…

В шоке уставился на красную как ее платье Ксюшу. Она пыталась прикрыться, и мне захотелось пошутить. Поэтому я не удержался:

— Ксения, если уж надела такое платье, то носи его, как полагается.

На мгновение она залипла, но потом широко улыбнулась и расслабилась. Мне показалось, или у нее даже плечи опустились? Да, скорее всего.

Плюсом ко всему ее мягкий и мелодичный смех прозвучал как трель колокольчика. Красивая она все же какая! А я что? Я бы хотел от нее что-то как от красивой женщины? Пожалуй, да.

А что, если бы не Аврора? Посмотрел бы я на нее? Искренне отвечая самому себе на этот вопрос, я бы честно признался, что изначально нет. Подчиненная, странная, какая-то инфантильная, хоть и с симпатичной мордашкой.

Но узнав ее поближе, я ловил себя на мысли, что не могу оторваться. А сегодня с этим алым платьем просто один из важных пазлов встал на место. Я ее хотел. Себе. До неожиданного безумия. Вот это поворот!

— Да я просто… У меня традиция такая. Под бой курантов быть при параде, так сказать.

Ну, при параде — это она мягко выразилась. И что самое интересное, все равно даже при таком соблазнительном платье она оставалась очень естественной и манящей.

На ней не было кричащего макияжа, да и вообще она не красилась практически. Не делала и каменную прическу и даже не накрутила кудрей на модный стайлер.

Она оставалась прекрасной в своем естественном виде до конца. Она… Черт, да мне становилось абсолютно не по себе от мыслей, рождавшихся в голове!

А еще от того, что от пошлых они прямо-таки активно перетекали в обыденные. Я бы даже сказал будничные.

О том, как круто Ксюша смотрелась на нашей кухне, как она мило пыталась командовать и экономить семейный бюджет. Как Аврора радовалась ее присутствию и называла мамой. Блин, а вдруг это оно? Рискнуть или нет?

— Ой! Речь президента! Мне надо подготовить бумажку, — засуетилась она, а на заднем фоне раздалось ежегодное музыкальное вступление российского оркестра.

Я же застыл, принимая решение. Очень важное решение. Спонтанное, совершенно необоснованное и абсолютно сумасшедшее. Зато искреннее и с заделом на то, о чем мечтает любой нормальный человек. На «долго и счастливо».

Очнулся я не сразу, а тогда, когда наш президент торжественно закончил свою речь и поздравил нас с Новым годом. Часы на Спасской башне начали подготовку к отбиванию двенадцати тактов.

Ксюша суетилась и, прикусив губу, писала на бумажке свое желание, а потом пыталась сжечь его. Даже в этом отражалась ее искренность, и вообще была вся она.

— Да чтоб тебя… — расстроенно бубнила она, когда часть бумажки не сгорела, попадая небольшим куском текста в бокал.

Она настроилась давиться этим? Не собирался наблюдать за мучениями девушки.

Решительно подошел к ней и отвел в сторону руку с бокалом. Под ошарашенный взгляд притянул к себе, а потом ровно под двенадцатый удар впился в губы голодным поцелуем.