Глава 12

Настя

Я сама не знаю, зачем это говорю. Просто в этот момент Демьян бесит меня настолько, что не хочу и не могу сдерживаться. Он недоуменно моргает, а потом инстинктивно касается шеи. Я презрительно отворачиваюсь, проходя мимо него. Никакого ответа на мой вопрос и не подразумевается, потому что это не вопрос, а практически условие для дальнейшего сотрудничества.

После ужина Андрей садится смотреть мультики, а мы с Демьяном располагаемся по двум сторонам от него на диване, уткнувшись в телефоны. Ну точно семейная идиллия, что тут скажешь. Правда, потом Демьян проводит время с Андрюшей, они рисуют и читают.

— Мам, иди к нам, — зовет сын, и я подсаживаюсь к нему на пол. — Садись с той стороны, — указывает Андрюша, веля сесть к Демьяну, чтобы он оказался между мной и сыном.

— А почему не рядом с тобой? — улыбаюсь я.

— Демьян читает сказку. Мы будем слушать.

— Понятно.

Поворачиваюсь и натыкаюсь взглядом на мужчину. Переползаю, сажусь с другой стороны от него, мы соприкасаемся плечами. Демьян продолжает читать «Волшебника изумрудного города», мы купили сегодня большую красивую книгу. Андрей слушает с интересом, иногда открывая рот на волнительных моментах, но вскоре глаза его начинают слипаться, он прислоняется головой к плечу Демьяна, а через десять минут уже мирно сопит.

Мужчина поворачивается ко мне, спрашивая:

— И что теперь?

Наши лица оказываются слишком близко. Несколько мгновений мы смотрим друг на друга, потом я шепчу:

— Отнесу его в комнату.

Демьян кивает, и мы продолжаем сидеть и смотреть бесконечно длинные секунды. Наконец я отмираю, обогнув мужчину, сажусь рядом с сыном, аккуратно перекладываю его голову на свою руку, а Демьян говорит:

— Давай я отнесу, он тяжелый.

Не успеваю ничего сказать, как он, подхватив Андрюшу, идет в комнату. Вскочив, следую за ним. Быстро раскинув постель, отхожу, позволяя положить сына. Он вздыхает, шлепает губами, перевернувшись на бок. Пока накрываю его легкой простыней, Демьян выходит из комнаты. Ладно, можно считать, этот вечер пережили. Сейчас приму душ и тоже спать лягу.

Но как только выхожу, вижу Демьяна, сидящего на диване.

— Насть, давай поговорим.

Мне сразу становится неловко, я быстро произношу:

— Если ты о том, что я сказала, когда мы пришли… Извини, если была резка. Просто надеюсь, ты не будешь подавать моему сыну плохой пример.

Кивнув, он говорит:

— Сядь, пожалуйста.

Пройдя, присаживаюсь в стороне от него.

— На следующей неделе вы переедете ко мне, — начинает он, и я почти жду, как мужчина скажет, что до этих пор его личная жизнь меня не касается. И будет прав, кстати. Но он удивляет, потому что тема совсем другая. — Моя мать в курсе происходящего, чтобы ты знала. Вам точно придется пересекаться, и не раз. Она по идее должна вести себя адекватно. Я говорил сегодня с Касториным, он велел завтра выбраться в мой ресторан. Но это вечером, когда я освобожусь после работы. Хорошо?

Я киваю, ожидая продолжения, но его не поступает. Поняв это, иду в душ, и уже под струями воды в голову приходит простая мысль: а с чего он должен вообще мне что-то высказывать? Ему просто плевать на мое мнение, и что я думаю. Мы связаны обязательствами друг перед другом, но это вовсе не повод прислушиваться к моим словам.

После душа отправляюсь к себе, Андрей сладко спит, а вот я долго кручусь. То лежу, смотря в потолок, то старательно считаю воображаемых барашков. Но сна ни в одном глазу. Тихо поднявшись, выхожу из комнаты и в гостиной вижу спящего на диване Демьяна. Он лежит на животе, свесив одну руку на пол. Зачем-то подхожу и присаживаюсь перед ним, рассматривая лицо.

Вспоминаю, как увидела его впервые возле отеля. Как подумала, что он невыносимо красив, что перед ним не устоять. Я и сейчас не могу этого не признавать, но тогда я просто обалдела. Так обалдела, что пошла за ним и провела лучшую ночь в своей жизни. Ни до него, ни после мне не было так хорошо. Хотя стоит признать, что и интимной жизни как таковой у меня не было. С Сашкой Фомичевым у нас было не пойми что, а когда я вернулась, и оказалось, что беременна, вовсе пришлось про это дело забыть.

Впервые я пошла на так называемое свидание, когда Андрюше было два года. Мы встречались два месяца, но так и не переспали. И все происходящее куда больше напоминало для меня пытку, чем удовольствие. В общем, отношения как-то сами собой сошли на нет. Попыток найти новые я не предпринимала, потому до этого момента так и была одна. И вот теперь, целуясь с Демьяном, я вновь ощутила то желание, что в прошлый раз. Только вот поддаваться ему — весьма опрометчивый поступок.

Демьян вдруг шевелится, и не успеваю я отойти, как он открывает глаза. Чувствую себя так, словно меня застукали на месте преступления. Надо что-то придумать, и я ляпаю:

— Телефон уронила, — для подтверждения своих слов даже показываю телефон, который держу в руках.

Хочу подняться, но Демьян вдруг хватает меня за руку, а так как он при этом садиться, то я лечу вперед, оказываясь на коленях. Руками упираюсь в его ноги, а потом ловлю взгляд и замираю. Демьян смотрит так… Я нервно сглатываю, понимая, насколько двусмысленно выглядит моя поза.

— Извини, — он отпускает мою руку, — со сна не сообразил, что к чему. Извини.

Я аккуратно поднимаюсь, пряча взгляд.

— Ничего страшного, — говорю ему, шествуя в кухню.

В конце концов, я-то ведь на самом деле сидела и пялилась на него, пока он спит. Внизу живота расползается странное волнение, я наливаю себе стакан воды и пью залпом, чтобы как-то восстановить нормальное состояние. Но какое нормальное, когда, обернувшись, вижу растрепанного и заспанного Демьяна, стоящего на пороге кухни и глядящего на меня… Точнее, на мои ноги. И тут соображаю, что одета в маленькую пижаму. Немного утихший импульс снова вспыхивает.

— Не спится? — спрашивает Демьян, я киваю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Послушай море.

Смотрю на него в непонимании, он кивает в сторону лоджии.

— Говорят, шум моря отлично убаюкивает, — усмехается он, — я, правда, за столько лет так и не проверил эту истину. Попробуем?

Неожиданное предложение, конечно, но я молча киваю. Мы выходим на лоджию, прохладный влажный воздух врывается в легкие, нос наполняется запахом моря, я втягиваю его продолжительным вдохом. Опершись на перила, смотрю на темные очертания воды, слушая шум волн, который хоть и слабо, но доносится досюда.

— В моей квартире такого вида не будет, — усмехается Демьян, стоя рядом со мной.

— Ты далеко живешь?

— Нет, но от моря немного в стороне. Вон там, — он указывает рукой направо, придвигаясь ко мне, я чувствую прохладу его кожи, когда он касается плечом моего плеча. Смотрю в указанную сторону, но естественно, особенно ничего не вижу. Да и честно сказать, его близость интересует меня сейчас куда больше. В голове вдруг мелькает шальная мысль: ну а что, если мы переспим, что такого? Я ведь смогу себя держать в руках, сделать вид, что ничего не было. Да у меня сын от этого мужчины, и вон, никто не догадывается… Желание снова начинает скручиваться в животе, я поворачиваю голову к Демьяну, и кажется, что он думает сейчас о том же.

Тут же себя одергиваю. Он только вчера кувыркался с какой-то девицей, которая ему от страсти наделала засосов. Хочешь стать в его списке очередной проходной, тогда пожалуйста, набрасывайся. Он к этому привык.

Господи, я сама себе противоречу, в голове полный раздрай.

Мы по-прежнему стоим близко друг к другу, глядя в глаза. Одно небольшое движение вперед, и поцелуемся. Но мы стоим, словно ждем команды или намека один от другого.

— Надо идти спать, — произношу я тихо и убегаю с лоджии.

Именно убегаю, иначе и не скажешь. Пройдя в комнату, прикрываю дверь и выдыхаю. Так, это все неправильно, неправильно. Я не должна испытывать к нему такой тяги, не должна. Ну или должна лучше с ней бороться.

Забираюсь под простыню, обняв сына, закрываю глаза. Просто держать расстояние между нами. Не оставаться с ним наедине, вот и все. А днем у меня есть Андрюшка, который в этом отличный помощник.

Утром Демьян уезжает рано, даже не позавтракав, только быстро пьет кофе. Правда, уходя, зовет меня к двери, отсчитав несколько купюр, сует в руки. Я смотрю непонимающе.

— Сходи с Андреем в магазин, купи ему одежды. Я позвоню насчет вечера.

Удушливая волна стыда покрывает мои щеки красной краской уже после его ухода. Ему, наверное, не особенно приятно вообще на нас смотреть, выглядим в его глазах как оборванцы. Да какое платье на меня ни надень, это ничего не изменит. Я всего лишь бедная провинциальная девушка, которая не вписывается. Следом накатывает злость. Ну и ладно, они сами выбрали нас с Андреем для этой роли. А вдруг выбрали именно поэтому? История золушки и принца вызовет в сердцах электората еще больший отклик. А потом, когда все кончится, они наверняка придумают еще одну жалобную историю расставания, так что Демьян сорвет все баллы у женского населения побережья.

И все-таки мы идем в магазин, кроме новой одежды покупаем еще гору игрушек, которые я даже не знаю, как тащить домой. Может, взять такси? Пока об этом думаю, у обочины тормозит машина, и оттуда появляется мужчина.

— Настя, здравствуйте, — он широко улыбается, я узнаю в нем друга Демьяна.

— Добрый день, — выдавливаю улыбку, когда он окидывает меня быстрым взглядом.

— Помочь вам? Что-то вы нагрузились не по силам.

— Да как-то не подумала вот.

— Давайте подвезу, — пока я сомневаюсь, он уже забирает у меня пакеты и кладет в багажник. Ничего не остается, как разместиться с сыном на заднем сиденье.

— Извините за неудобство, — говорю ему, но он только широко улыбается.

— Глупости не говорите, Настя, друг Демьяна мой друг, а вы считай жена, так что еще ближе.

Я усмехаюсь, называя адрес.

— И как вам подобная авантюра? — спрашивает Артем. — Кстати, может, на ты перейдем?

— Да, конечно, — киваю в ответ. — Авантюра нормально, от нас с Андреем мало что требуется.

— Ну это пока. Когда переедете к Демьяну, представляю, что начнется. Общественность сойдет с ума. Видела, какой буч от ролика с поцелуем?

Я киваю, кажется, Артем в курсе всех подробностей нашего договора с Демьяном.

— Ну вот, готовься ловить тычки и оскорбления. Они по-любому будут. Обиженные бабы они такие, извини, — он снова широко улыбается, глядя на меня в зеркало заднего вида. — А у Демьяна этих баб было столько… Впрочем, не думаю, что все придут тебе высказывать, только те, кто имел на него серьезные виды.

— А таких много? — спрашиваю, не удержавшись.

— Тут надо подумать. Последнее время он с Соломоновой обжимался, вот она точно рада не будет. У нее папочка денежный мешок, и все их семейство свято верило, что соединит свои капиталы с капиталами Демьяна. Ну знаешь, чтобы было кому в руки передать бразды правления со временем. Дочка-то, мягко говоря, дура дурой, — Артем прикладывает ладонь ко рту, косясь на Андрюшу, я делаю большие глаза.

Благо, сын больше смотрит в окно, чем слушает. Но это еще не значит, что он ничего не слышит. Разговоры при детях вообще вести не стоит, ну если вы не хотите, чтобы они дошли до кого-то другого. Дети странным образом запоминают все, даже если не слушают. А потом выдают такую квинсистенцию, что хоть за голову хватайся. Но вряд ли я с Артемом еще смогу пообщаться на подобные темы, потому придется пойти на такой шаг.

— В общем, ты меня поняла, — кивает он, бросая очередной взгляд. — Соломонов не придет в восторг, что Демьян его дочку поматросил и бросил, но он не к тебе притащится разбираться, к нему. А вот Эльза вполне может, характер у нее… — снова покосившись на Андрея, Артем заканчивает фразу вполне сносно. — Тот еще.

Мы уже заезжаем на парковку перед домом, когда я интересуюсь:

— То есть считаешь, она может прийти со мной разбираться?

Артем останавливается и, повернувшись, говорит:

— Не знаю, Насть, честно. Я с ней не общался, ориентируюсь, так сказать, на слухи. Но будь настороже. Демьян у нас трудоголик до мозга костей, так что будет целыми днями пропадать на работе.

Мы выходим из машины, пока я осмысливаю новые данные, Артем достает ворох пакетов. Надо бы переговорить с Демьяном на эту тему. Мне совсем не хочется, чтобы какая-то истеричка пришла выцарапывать мне глаза. Ладно я, есть еще сын, не хочу, чтобы он даже просто видел такое, не говоря об остальном.

— Ты успел меня запугать, — говорю честно, Артем широко улыбается.

— Не надо бояться, они боятся за свой статус куда больше. А к вам с Демьяном будет много внимания, так что вряд ли кто-то будет ждать тебя с пилочкой для ногтей за углом.

Я усмехаюсь, от этих слов становится немного легче.

— Пойдем, отнесу пакеты, — кивает он в сторону подъезда, я хочу отказаться, но он смотрит так, что отказ точно не примет.

— Спасибо, — улыбаюсь в итоге, идя с сыном за руку к подъезду. В квартире Артём бегло осматривается, стоя у двери, а я неожиданно для себя предлагаю:

— Может, кофе? Или чай?

— Почему бы и нет, — снова улыбается мужчина.

Он вообще такой весь на позитиве, рядом с ним легко находиться. Куда легче, чем с Демьяном, который для меня закрытая книга. И книгу эту открыть хочется, но очень страшно, не знаешь, что ждёт на следующей странице.

Я варю кофе, Артем рассказывает Андрею, поедающему фрукты, о пиратах. Сын слушает, не пропуская ни слова, глаза горят. У Артема, кстати, тоже. Мальчишки они и есть мальчишки. В любом возрасте. Артем отчаянно жестикулирует, закрыв один глаз, я смеюсь, он бросает на меня взгляд и спрашивает, добавив в голос хрипоты:

— Ты что, смеешься над грозным пиратом?

Мы не выдерживаем оба, Андрюша, глядя на нас, тоже начинает хохотать. И тут раздается стук в дверь. Удивленно хмурясь, иду в ее сторону, на ходу вспоминая, что у нас отключен звонок. Заглядываю в глазок и, увидев Демьяна, облегченно выдыхаю. Честно сказать, успела надумать всякого, все-таки слова Артема произвели впечатление.

— Привет, — говорит он, — это вы тут смеетесь?

— Ага, у нас… — договорить не успеваю, потому что слышу, как убегает кофе.

Ойкнув, мчусь в кухню, Артем, вскочив, тоже подбегает к турке. Мы хватаемся за нее вместе, его пальцы ложатся поверх моих, я поднимаю на мужчину смущенный взгляд.

— Сбежал, — говорю зачем-то, чувствуя неловкость.

— Я такой больше люблю, — отвечает он, — с огоньком.

Я улыбаюсь, но тут же стираю улыбку, потому что ловлю взгляд Демьяна, устремленный на нас с Артемом. И взгляд этот очень недовольный.