Глава 22

Настя

Он меня вспомнил. Вспомнил. Вспомнил. Вспомнил. Всю ночь и утро на повторе крутится эта мысль, вызывая одновременно дурацкую радость и страх за будущее. Потому что Демьян сказал, что хочет быть отцом Андрею. Но как он это видит — не сказал. И хотя я верю в его честность, все равно боюсь решительных мер с его стороны. Мало ли что…

Из-за этого всего в голове полный сумбур, не могу сосредоточиться на реальности. Даже тот факт, что мы почти занялись любовью, вытесняется из сознания. Может, потому как раз, что и не занялись. Русалка… Он меня вспомнил, из-за родинок вспомнил!

— Мам, ну ты чего, опять не слушаешь? — тянет меня к себе Андрей, требуя внимания.

— Прости, сынок, — прикладываю руку ко лбу. — Я просто отвлеклась. Что тут у нас?

— Вот пазл же.

— Да, точно, пазл.

Нет, одной мне со всем этим не справиться, звоню Аньке, прошу приехать. Когда она размещается в квартире и выслушивает мой рассказ, только качает головой.

— Вот ты вляпалась, мать, — произносит в итоге. — Но это же хорошо, что он проявил сознательность, да? И никаких приказов, требований. Он вроде неплохой мужик-то. — Молча киваю в ответ, кусая губы. — Ты все-таки в него влюбилась, да? — спрашивает подруга сочувственно. Теперь уж нечего скрывать, снова киваю, пряча взгляд. — Ну это я давно поняла. Странно, что он ничего не замечал. А он сам что?

— Я не знаю, — говорю растерянно. — Но все же очевидно, мы с ним не пара. Даже если Демьян захотел принимать участие в жизни сына, на нас с ним это никак не скажется.

— То есть он отказался от этой своей бывшей, чуть не переспал с тобой, и это все просто так? — хмыкает Анька.

Я хочу верить ее словам, то есть выводам о том, что и Демьян что-то чувствует, как и я, но боюсь. Боюсь ошибиться, обмануться. А потом будет больно. Теперь уж точно, потому что если четыре года назад это была и правда только незабываемая ночь с классным мужчиной, то теперь… Теперь уже нечто большее.

— Чувства всегда все портят, — говорю в сердцах.

— Ага, сразу начинаешь усложнять, даже то, что вроде бы просто и понятно. А потом еще и страдать от всех этих усложнений, которые зачастую оказываются лишь твоей же выдумкой.

— Вот ты мне сейчас совсем не помогла.

Анька смеется, нахожу в себе силы улыбнуться.

— Слушай меня, — говорит подруга, — черт его знает, что там у Демьяна в голове, но на твоем месте я бы рискнула. Хочет быть отцом, пусть будет пока только отцом. А если есть что-то между вами, оно само прорвется. Это, знаешь ли, неизбежно происходит обычно.

— А если нет?

— Ну а на нет и суда нет.

Да, она конечно права. Только вот если со стороны Демьяна ничего нет, а я буду надеяться… Трясу голову, я должна в любом случае согласиться ради сына. Только здесь я поняла, насколько Андрею нужен отец. И они так легко сошлись с Демьяном, возможно, и правда, со временем получится наладить между ними настоящие родительские отношения. Даже если мы не будем вместе…

Видеозапись меня и Демьяна мы не обсуждаем, хотя подруга и пытается высказать, что я сильно сглупила, соглашаясь на подобное. Да я и сама не рада, специально не залезаю в сеть, чтобы не видеть этого позора. Надеюсь, страсти быстро утихнут, а то я чувствуя себя звездой порнофильма.

А потом Анька показывает мне видео, где Демьян с Дариной. Даже не знаю, какие чувства меня обуревают в тот момент. Сначала нападает ступор, я смотрю и не могу отвести глаз, а он целует девушку, гладит ее тело, укладывая на диван. Совсем как меня. Сердце, кажется, перестает качать кровь, чувствую дурноту и недостаток воздуха. Он с ней, с ней! Я сразу узнаю вип в баре Артема и вспоминаю, как он сам кричал Демьяну в тот вечер: ты был с Дариной в моем баре! А Демьян сказал, что не был… Но вот же оно — прямое доказательство, разве нет? Видео обрывается, я смотрю перед собой под Анькиным сочувствующим взглядом. Нет, нет, он же сказал, что ничего не было. Значит, он остановился, отстранился, ушел от нее. Кто-то внутри меня зло смеется. Сама-то поверишь в такое?

— Идем на море, — говорю, сглотнув, и двигаю с трудом в сторону выхода. Андрей уже мнется в дверях с надувным кругом в руках. А я вспоминаю, как хотела просто вот так идти с ним на море, ни о чем не думая. Не получилось, опять не получилось. Да и может ли получиться?

На пляже мы не обсуждаем эту тему, я вообще не хочу говорить, и подруга это чувствует, сразу после собирается домой. Я благодарна ей за понимание. Мне нужно побыть одной и все обдумать.

Только вот когда подхожу к дому, стопорюсь, потому что вижу мать Демьяна на скамейке. Сердце ухает и падает в пятки. Я еще с первой встречи поняла: ничего хорошего ждать от нее не стоит. А вдруг Демьян ей все рассказал? Ох, даже сложно представить тогда, что она сейчас выдаст. Интересно, он вообще понимает, что его мать не в восторге от меня с сыном и ситуации с фиктивным браком в целом?

Заставляю себя пройти несколько шагов вперед, отказываясь от соблазна сделать вид, что не узнала женщину. Она поднимается мне навстречу.

— Надо поговорить, — бросает хмуро, я инстинктивно сжимаю руку сына. Молча мы поднимаемся в квартиру.

— Подождите немного, — говорю ей, уводя Андрея в комнату, включаю мультики.

Не хочу, чтобы он слышал в этот раз, что она будет говорить. Когда возвращаюсь, Мария Романовна сидит в кресле, закинув ногу на ногу.

— А вы тут обжились, — усмехается, глядя на меня. Я молчу, сажусь на диван, ожидая продолжения. — Ладно, сразу к делу. Я так понимаю, моему совету вы не вняли. Я о том, что не стоит строить планы относительно Демьяна, — отвечает на мой непонимающий взгляд. Я вспыхиваю, безосновательно, потому что ничего такого я не делала, оно все произошло само собой. — Так вот, милочка, объясняю еще раз на пальцах: забудьте о моем сыне.

— Мне кажется, он вполне может сам решить… — начинаю отвечать, но женщина перебивает:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Он сейчас думает тем, что между ног, так уж устроены мужчины, вы, как я понимаю, этим и пользуетесь, — я снова вспыхиваю, на этот раз от злости. Вот так просто берет и оскорбляет, даже не зная правды. Разве так можно? — Так вот, слушайте: у меня тоже есть связи, поверьте, я могу их задействовать и лишить вас всего, что у вас есть, я так понимаю, этого немного, но все же… Работу вы не найдете, пойдете вместе с сыном побираться. Не стоит надеяться на Демьяна, у него давно обговорен брак с девушкой из богатой семьи, соответствующей его статусу. Как только закончится вся эта ерунда с фиктивным браком, состоится помолвка. Вы, конечно, можете развлекаться с ним какое-то время, но лучше будет, если удалитесь прямо сейчас. Тем более что идея предвыборной кампании очевидно провалилась. Так вот, Настя, если вы уедете сегодня, я обещаю заплатить вам хорошую сумму, которой хватит на долгое время. Живите со своим сыном долго и счастливо, только моего не трогайте.

Она так спокойна, а мне хочется разрыдаться, нападает бессилие, тупое, давящее. Я должна ей противостоять, рассказать все Демьяну, он поставит ее на место. А если нет? Она ведь его мать, она положила свою жизнь на то, чтобы его воспитать, помогала ему во всем. А если у него, и правда, помолвка? Если он просто заигрался со мной и сам не понял этого? Если все эти слова об Андрее порыв на эмоциях, а осмыслив, он выставит нас обоих с суммой денег за порог? Если он и впрямь был с Дариной, что помешает ему снова сойтись с ней? Мария Романовна его мать, она знает Демьяна куда лучше меня. Вот в чем вся соль.

И если на себя мне плевать — больно так больно, переживу, то вот чего я точно не хочу: чтобы больно было Андрею. А ему будет больно, потому что все слишком сложно. Потому что мы с ним слишком другие для окружения Демьяна, для самого Демьяна. Потому что нас не примут, потому что Демьян может и сам быстро охладеть к этой затее. Потому что… Слишком много потому что. Я понимаю вдруг, как сильно устала за это недолгое время. Устала соответствовать, доказывать, противостоять. И проигрывать. Постоянно проигрывать. Не потому, что плохо борюсь, а потому, что в моем случае поражение — единственный исход.

— Хорошо, — выдавливаю, разлепив губы, — мы уедем.

Она, кажется, не ожидает такого быстро согласия. На мгновение растерявшись, растягивает губы в улыбке.

— Вот и умница, — открывает сумочку и вытаскивает оттуда стопку крупных купюр. Теперь теряюсь я, такой прыти тоже не ожидала. Значит, женщина и не планировала получить другой ответ? Пугала бы меня, пока я не согласилась? — Этого должно быть достаточно, еще ведь есть деньги за фиктивный брак. Думаю, в накладе не останетесь.

Смотрю на деньги, а потом резко от себя отодвигаю, возвращая.

— Мне ваши подачки не нужны, — говорю, глядя на нее. Женщина меняется в лице, начинает злиться. — Заберите ваши паршивые деньги, надеюсь, станете счастливей, что не пришлось расставаться с этой суммой.

— Да как ты смеешь, шлюшка малолетняя, — вмиг слетает с нее напускная холодность и вежливость, она сужает глаза, глядя на меня, — ты счастлива должна быть, что на такую чухонку вообще внимание обратили, денег заплатили.

— В любом случае, мое счастье не от вас зависит, — парирую в ответ, — вы к нему никакого отношения не имеете. А сейчас, пожалуйста, заберите деньги и покиньте квартиру, если не хотите, чтобы я позвонила вашему сыну.

Она теряет дар речи, но. ю вскочив, убирает деньги в сумочку.

— Знай свое место, — говорит мне, — я его мать, даже если мы поссоримся, то помиримся. А ты никто и звать тебя никак. Демьян поиграет с тобой и выбросит на улицу вместе с твоим отпрыском.

Я не знаю, что на меня находит. Вообще-то я очень слабый по жизни человек и знаю это. Всего боюсь, стесняюсь. Но только не когда речь заходит о сыне. Во мне словно просыпается другая Настя, и вот она никому не позволит оскорблять Андрея. Замахнувшись, даю женщине пощечину и сама пугаюсь сделанного.

Мария Романовна хватается за щеку, глядя на меня расширенными от изумления глазами. А я понимаю: теперь мне точно только валить отсюда. Такого не простит ни она, ни Демьян. В одном женщина права: она его мать, а я никто. И все же произношу, удивляясь, как голос не дрожит от нервного напряжения, сковавшего все тело:

— Не смейте оскорблять моего сына, никогда. Еще раз попробуете, и я вам ваши поганые деньги запихаю в рот.

Она продолжает смотреть с изумлением, а потом шипит, придя в себя:

— Ты еще пожалеешь, дрянь! — и резко развернувшись на пятках, уходит.

Я не иду провожать, закрывать дверь, у меня просто нет на это сил. Падаю на диван и закрываю глаза. Боже, что я натворила, зачем не удержалась? Нужно было промолчать и дождаться Демьяна, рассказать ему все… А там уж он бы сам разобрался, даже если бы мне пришлось уехать. Это все равно было бы лучше, чем так. Резко открыв глаза, достаю телефон и открываю сайт авиакомпании. Нахожу билеты на вечер, вбив данные и проведя оплату, иду в комнату и начинаю быстро собирать вещи. Андрюша переводит на меня взгляд.

— Мам, мы куда-то идем?

— Сынок, — присаживаюсь рядом с ним, ловлю ясный взгляд, очень похожий на взгляд Демьяна, и выдыхаю. Будет сложно, ох, как сложно. — Дело в том, что нам надо срочно возвращаться домой. Понимаешь, у меня появились важные дела там.

— Уже? — разочарованно тянет он. — Может, еще тут поживем?

— Мы непременно приедем сюда снова, — улыбаюсь ему, — но сейчас так надо, хорошо?

Он молча кивает, но я вижу — расстроен. Ладно, после будем разбираться. Собрав вещи, иду с сыном до банка, чтобы снять деньги. Оставляю себе только сумму, оговоренную приложением за видео с нашей интимной связью, в остальном я нарушаю условия договора, потому деньги стоит вернуть. В любом случае, оставшихся хватит, чтобы вернуться домой и какое-то время жить, пока я не устроюсь на работу.

Оставшееся время проходит, как в тумане, такси до аэропорта, регистрация, зал ожидания и взлет. И только когда идем с сыном в самолет, понимаю: я все это время глупо ждала, что Демьян появится. Дура наивная. Он ведь даже не знает, что я улетаю, на его звонки я не отвечаю, как бы он тут мог оказаться? И все равно надеялась. И только когда самолет, сделав разбег, отрывается от земли, выдыхаю, закрывая глаза. Все кончилось. Вот теперь точно все кончилось.