Глава 22. Иван

– Я тебя понял, – говорю другу. – Не переживай, не подпущу его ни к Варе, ни к офисным делам. – Его появление не сулит мне ничем хорошим. В прошлый раз у меня слетело три контракта, и он едва не подвел фирму под суд, – продолжает делиться проблемами. – Учти, не верь ни единому его слову! Мой брат тот еще говнюк. – Ты почему ничего раньше о нем не говорил? – не понимаю. Ведь это прямая угроза, а Аверченко столько лет молчит. – В семье не без урода, как говорится, – ухмыляется. – Ты тоже не горел бы желанием распространяться про брата, будь он у тебя таким. – Возможно, но мне этого не понять, – признаюсь. – Он все-таки твой брат. – Который мечтает меня уничтожить, – дополняет мою фразу. – Если ты считаешь, что между нами теплые отношения, то глубоко заблуждаешься. При разводе родители нас разделили, и его воспитывала ненавидящая отца мать. – Даже так, – хмурюсь сильнее. Легче от полученной информации не становится от слова совсем. – Вань, следи за Глебом, – просит, вкладывая в слова всю силу, которой обладает. – Ни при каких обстоятельствах не подпускай его к делам. Я вылетаю к вам на ближайшем рейсе. – Не кипишуй так, – успокаиваю Арса. – Мы справимся. Власов ведь в курсе? – Да, – заверяет друг. – Артур на раз его вычисляет. – Не он один, – ухмыляюсь, вспоминая свое недоумение появлением Аверченко на пороге. – Все решим, – обещаю. – Дождитесь меня, и не влезай никуда, – настоятельно рекомендует друг. Хочу ответить ему, чтобы не загонялся, как в зеркале замечаю свою дочурку и вместо продолжения разговора вынужден завершить вызов. Дел невпроворот. – Пап, мы едем? – в комнату заглядывает довольная Соня. Малышка уже полностью одета. На ней теплый комбинезон, сапожки и шапка-шлем. Более того, она на шапку даже умудрилась натянуть новогодний колпак. – Едем, конечно, – заверяю ее. Опускаю взгляд вниз и понимаю, что я, в отличие от дочери, ни разу не переоделся. – Жди. Скоро буду, – говорю направляясь к шкафу. Надеваю термобелье, сверху дополняю утепленную кофту и брюки. Хватаю шапку, перчатки и куртку, беру Сонечку и мы выходим из квартиры. Пока дочка вызывает лифт, я закрываю дверь, проверяю все ли взял и, пробежав в памяти по основным пунктам, успокаиваюсь. Сегодня будет насыщенный и сложный день. – Я красивая? – Сонечка крутится передо мной. Смотрит хитро. Ей как никогда нужны мое внимание и забота. – Очень! – заверяю малышку. – Ты самая красивая на свете! – Честно? – хлопает своими пушистыми ресничками. Взгляд чист, как слеза младенца. – Конечно, – киваю. Наклоняюсь ниже и говорю на ушко. – Ты самая красивая для меня, – целую в щечку. Дочка расплывается в улыбке. Приезжает лифт. – Пойдем, – беру Соню за руку и веду за собой. До горнолыжного парка мы добираемся удивительным образом без пробок. Возможно, сказывается приближение Нового года, и людям в бОльшей массе важнее пройтись по магазинам в поисках подарков родным, чем покататься с гор. – Ух ты! – ахает малышка, как только мы выходим из машины. – Пап, а можно покататься? – спрашивает, с изумлением разглядывая обстановку. Смеюсь. Детские эмоции и детский восторг невероятно прекрасны. – Конечно, можно, – заверяю малышку. Кидаю взгляд в разные стороны, нахожу Варю и, понимая, что вчера переборщил, решаю первым подойти к ней. Только мы с Сонечкой не успеваем сделать и пары шагов, как замечаю, что рядом с моей женщиной нарисовался брат-близнец Арса. Ярость поднимается в груди. Власов, блин, где?! Нет его поблизости! – Сонь, нам надо сначала Варю с Настей от серого волка, – точнее, кардинала. – Спасти, – обрисовываю дочери ситуацию на понятном ей языке. – А потом вместе покатаемся. Согласна? Соня задумчиво смотрит на меня. – Да, – кивает твердо. – Тогда пошли спасать! – беру дочку за руку и мы спешим к Варе. К сожалению она далековато, не окликнешь, поэтому приходится ускорить шаг. Слежу за тем, куда они направляются, вычисляю траекторию с тем, что видел на карте, и к своему удивлению понимаю, что Глеб ведет их не в здание и не в бар. А на горку. – Давай поторопимся, – заговорщицки подмигиваю дочке. Нам надо успеть их догнать до того, как они скроются из поля видимости. Спешим вперед. Но не успеваем преодолеть и половины пути, как меня останавливает возмущенный до невозможности главный бухгалтер. – Иван Владимирович, почему вы меня не предупредили о возвращении Арсения Александровича? – накидывается на меня негодующая женщина. – Я должен вас о чем-то предупреждать? – резко осекаю ее выпад. Она чрезмерно эмоциональна и не контролирует свои высказывания. – Извините, – тут же приходит в себя. – Была не права. То-то же. – Он вам что-то сказал? Попросил сделать? – продолжаю выяснять причины такого сильного возмущения. – Просил, но я отказала, – говорит с жаром. – И вы тоже меня не убедите вывести переведенные в налоговый кабинет средства обратно на счет! Это недопустимо! Даже так?.. Интересную игру затеял Глеб, однако. Ну что же, тем интереснее будет привлечь его к ответственности. – Дорогая моя Елена Юрьевна, – приобнимаю возмущенную женщину. – Вы все сделали правильно. Спасибо вам огромное. Вы очень ценный и грамотный специалист. Расплывается от похвалы. – Вот нет бы сразу так, – смягчается. Стреляет глазами в брата Арса и тут же щурится. – Странный он какой-то, Иван Владимирович, – делится со мной подозрением. – Не берите в голову, – намеренно равнодушно отмахиваюсь от ее слов. – Видимо, устал после длительного перелета и не понимает, что творит, – подмигиваю ей. – Акклиматизация. – Только если так, – качает головой. – Ой! – вскрикивает. – Он Варечку посадил в этот ужасный тюбинг, а Настеньку оставил одну. Она же сейчас упадет и кубарем покатится с горы! – ахает, прижимая руки к груди. Бросаю взгляд на край склона и моментально принимаю решение. Бегло прощаюсь с главным бухгалтером, подхватываю Сонечку, и мы стремглав спешим вперед. Когда я запускаю на тюбинге дочь, а сам скатываюсь следом, то вижу, что Варвары впереди нет. Есть только Настя, Соня и я. И главное, нам не столкнуться… Потому что эти дурацкие подушки не контролируются! Ее не сдвинуть с траектории, не перевернуть, это вам не санки из нашего детства. Там хоть какая-то защита была. Моя скорость слишком высокая. Я понимаю, что девочки не успеют остановиться и выйти, кого-то из них я обязательно снесу. Твою ж мать! До последнего пытаюсь исправить возникшую ситуацию, но ничего не выходит, и поэтому я иду на отчаянный шаг. За секунду до неминуемого столкновения приподнимаюсь с дна тюбинга и выскакиваю. Лечу кубарем вниз.