Глава 21, часть 4

Сергей

Сказал это, и самому стало легче дышать. Я не хочу больше секретов и тайн в отношениях. Я хочу полное доверие, хочу простого счастья рядом с красивой и настоящей девушкой.

Заметил, как резко изменилась в лице Катя и тяжело вздохнул. Встречу её бывшего – заеду ему по лицу.

– Я рад, что стал свободным от прошлого брака, – сказал я, с улыбкой наблюдая, как вновь расцветала Катя на глазах.

Удивительно как легко у меня получалось читать её. Она была настоящей, она ничего не скрывала. Не манипулировала, не врала.

– Тебя всё-таки поздравлять? – спросила Катя, проницательно посмотрев на меня.

– Конечно! Теперь я свободен от затяжного бракоразводного процесса! – сделал паузу и подловил девушку: – Неужели ты подумала, что у меня остались к ней чувства.

Катя отвела взгляд. Ей как раз принесли её салат, и она кинулась на него, как на спасательный круг.

Понятно.

– Скажем так, я узнал неприятную новость, которую мне пришлось переварить, и которой я не хотел грузить тебя.

Пока Катя ела, я рассказал всё без утайки, что произошло в зале суда. Я рассказал правду и поделился своими чувствами.

– Она сделала аборт потому что боялась тебя потерять? – ахнула Катя, выронив вилку. – Это безумие какое-то! Ты не выглядишь как человек, который не будет помогать девушке с ребёнком. Как ты относишься к Юсе…

– Я соглашусь с тобой, что она не должна была делать аборт, а должна была прийти ко мне и обсудить ситуацию, – оборвал собеседницу я. – Но также я заметил предпосылки поведения отца. Понимаешь, я знаю как общаться с детьми возраста Юси – у меня от отца младшая сестра, – поморщился, вспоминая. Они чуть ли не ровесницы! – Невозможно предугадать, как бы я отнёсся к младенцу.

– Это не оправдывает аборт… – Катя прервалась на полуслове, а затем поспешно добавила: – Я осуждаю даже не то, что она сделала с ребёнком и со своим телом, я недовольна, что она не поставила отца в известность… – Катя вновь прервалась и уткнулась в салат.

– Не переживай, я на одной с тобой стороне, – взял её за руку и провёл большим пальцем по ладони, с наслаждением заметив мурашки на её коже от моих прикосновений. – Нет доверия – нет отношений. У меня не осталось к ней чувств после того, что она сделала. Даже несмотря на причину поступка.

Катя молчала и кивала. Нам принесли второе, и моя спутница начала вяло ковырять пасту.

– Всё хорошо? – нахмурился я.

Впервые не смог прочитать то, о чём она думала.

– Д-да… – она качнула головой, сделав глоток своего коктейля. – Просто я тоже не сказала отцу Юси, что родила ребёнка.

– Это не то же самое! – резко оборвал я. – Я так понимаю, твой бывший настаивал на аборте и не планировал детей?

Катя коротко кивнула.

– И ты его не просто не оповестила, а все расходы на детей взяла на себя?

Катя вновь кивнула, отправив кусочек пасты в рот. На автомате облизнула губы, а я просто завис.

– Тогда почему ты себя осуждаешь?

Она пожала плечами, а я заметил одинокую слезу, выкатившуюся из её правого глаза.

– Кать, это прошлое. У нас у обоих были неудачные отношения, закончившиеся по одновременно схожим и противоположным причинам. Это жизнь. Другое дело, мы бы не встретили друг друга, и не получили бы шанс на здоровые и счастливые отношения друг с другом.

Катя бросила на меня удивлённый взгляд и улыбнулась.

Вскоре нам принесли суши, и остаток нашего свидания просидели, разговаривая и узнавая друг друга. В конце я с игривой улыбкой спросил:

– Может, поедем и где-нибудь уединимся?