Глава 5

— Марго, фата!

Джесси быстро подхватила летящую ткань и направилась ко мне. Пару лет назад отец купил ей два или три салона красоты и один шоурум. Она часто наблюдала за работой своих мастеров, так что точно знала, как это украшение должно было сидеть на мне.

— Нет-нет, я сама! — подруга отмахнулась от рук моего мастера и быстро заколола фату у основания небольшого пучка. Ткань красиво ниспадала на мои рыжие волосы, закрывая от внешнего мира хотя бы их.

С того момента, когда мы в последний раз общались с Райаном, прошло около трёх дней. Во всяком случае, мне так казалось. Стелла от меня не отходила, преследовала на каждом шагу, как и Кларк. Особенно когда я наконец-то решила прогуляться в торговый центр, чтобы хоть немного изменить обстановку и расслабиться с подругами, он ходил за мной словно тень. Но в тот день я хотя бы смогла почувствовать себя свободной, хорошо размять тело и… подготовиться к свадьбе.

Хотя готовить было нечего — всё и так приготовили за меня. Даже сегодня, когда я наконец-то оказалась в своей комнате снова, мне аккуратно уложили на кресло платье, украшения и туфли. Если бы ещё этот день был счастливым.

К чёрту. Пока лежала в кровати, я раздумывала над тем, что происходит и решила смириться, во всяком случае, на некоторое время. За это время я прошла целый цикл, буквально пять стадий принятия. Вот только если в медицине это «пять стадий принятия смерти», то у меня… Ну, что-то на то похожее. Сначала отрицание, злость, потом торг и депрессия, а сейчас — абсолютное принятие. Пусть пока всё будет так, всё равно я никуда не убегу, у меня и шанса нет.

— Ну что, как тебе? — Джесси всё ещё любовалась своим трудом. Она сама «выписала» мне одного из лучших своих профессионалов, но мне было всё равно. Хотя, признаться, я была рада, что попала в руки Эмели. Она умело уложила непослушные волосы и сделала из меня некое подобие… приличной драконицы.

— Красиво, — только и сказала я.

— Счастливая, — улыбнулась Меган, рассматривая меня. — Я бы тоже хотела, чтобы Тони был альфой. Правда, он и без этого хорош, но…

— Да ладно тебе, — отмахнулась подружка, до сих пор наблюдая за моей причёской. Где-то, видимо, выбился один волос, и она заботливо побрызгала его лаком и заправила в общую конструкцию. — Поймаешь букет нашей Марго — точно сделает тебе предложение. Не то, что мой Алистер…

— Джесс, вы месяц назад познакомились…

— И что? Зато какой месяц это был!

Я попыталась абстрагироваться от всех этих разговоров и вместо этого посмотрела на себя в зеркало. Сейчас, прямо перед свадьбой, на меня смотрела девушка, в которой я точно себя не узнавала. Длинные волнистые рыжие волосы водопадом спускались к талии, пучок из нескольких прядей волос не казался лишним, макияж… Такой красавицей я давно себя не чувствовала. Хотя нет, вру. Такой красавицей я себя чувствовала впервые в жизни. Эмели честно заработала всё то, что мой братик отдаст ей за работу.

Угрюмо посмотрела на свой букет. Цветы нежных пастельных оттенков прекрасно гармонировали с платьем, и, несмотря на то, что в нём было несколько цветов, всё равно не выглядел плохо.

Единственное, что смущало меня сейчас — это подвязка, которую Штейн по традиции должен с меня снять. Чёрт… Мне этого не хотелось.

— Ну, что, невеста, идём? Думаю, нас уже все заждались, — Меган аккуратно положила мне на плечо руку. Я медленно развернулась к двери.

Заботливый братик Эрген распорядился, чтобы свадьба проходила именно в доме клана. В саду меня уже ждала милейшая украшенная цветами арка, около сотни гостей и мой будущий муж. Не хватало только одного — искреннего желания выходить замуж…

Зато я, по крайней мере, помирилась с подругами. Когда я уже почти выздоровела, они просто пришли ко мне домой. То есть в ту съемную квартиру Штейна, где я валялась. Боже, почему я называю это место домом?.. Услышав их голоса, поначалу перепугалась, тем более что Штейн был в кабинете и работал с документами. Мне показалось, что он тут же выгонит всех, а потом придет ко мне и удушит за то, что ему посмели помешать. Но он, как ни странно, не выгнал. Даже вышел и поздоровался с ними. После чего Стелла оставила нас с девчонками одних, и мы чуть снова не перессорились, потому что мой будущий муж их очаровал. И они снова начали шипеть на меня, убеждая, что я должна плясать от счастья, что мне достался такой мужчина без всяких усилий с моей стороны. А я…

Конечно, его поведение во время моей болезни утихомирило мои страхи. Он говорил пугающие непонятные вещи, явно не любил меня, но в целом казался вполне адекватным человеком, а не дикарем. Теперь я хотя бы могла быть уверенной, что он не разорвет меня и не растопчет, не станет измываться и не утащит за собой в лес. А в супружеской постели, может быть, с пониманием отнесется к моим опасениям и будет осторожен. Хотя бы не изнасилует, и на том спасибо. Надеяться на большее я не смела, потому что мои надежды слишком часто бывали разрушены суровой реальностью. Но сейчас я хотя бы могла изобразить улыбку и не испортить собственную свадьбу.

Когда шагала к выходу, даже сама искренне улыбнулась, на миг задумавшись, каким, должно быть, красавцем будет выглядеть мой жених. Он ведь бы невозможно красив своей хищной мужской красотой. Жаль только, что сердце его замерзло, и растопить его должна была не я.

— Марго, — Эрген, чёртов больной ублюдок, светился очаровательной улыбкой, словно не я была невестой, а он. Так и тянуло со всей силы вдавить высокий каблучок стильных туфелек ему в лакированную туфлю, чтобы он орал от боли, чтобы хоть на капельку прочувствовал то, что испытывала я. Но вместо этого я искусственно улыбнулась, с трудом растянув губы в подобие улыбки.

— Эрген, — чуть наклонила голову в приветствии.

— Ты просто красавица, Маргошка, — тихо и очень искренне сказал брат. Я вздрогнула от того, как он меня назвал. Так было только в детстве, когда ещё была жива мама. Я тряхнула головой. Ну какая искренность от этого слизняка. Мне просто хочется верить в это. На самом деле братик лишь великолепно играет.

— Ты проведёшь меня к алтарю? — я опустила положенные за комплимент благодарности.

— Я решил, что так будет правильно, — он снова улыбнулся. — Церемония скоро начнётся. Постой здесь, я сейчас вернусь.

Я недоуменно проводила его взглядом. И куда он пошёл? Подтереть слёзки сожаления о моей невинно загубленной жизни, что ли? Вот уж точно нет. Эрген хоть и натуральное хладнокровное земноводное, но не крокодил, который жрёт своих жертв и плачет. Вот уж нет. Эрген — настоящая гадюка.

Послышались фанфары, начали играть свадебный марш. Я нервно сжала пальцы на букетике. Ну где же этот гад? Я, конечно, совсем не против ещё немного оттянуть свадьбу, но прекрасно понимаю, что это все равно неизбежно. И лучше сделать все поскорее.

— Пора, сестрёнка! — Эрген, такой же огненно-рыжий, как и я, возник будто черт из табакерки.

— Где ты был?

— Тебе уже не терпится стать женой оборотня? — он ухмыльнулся и подставил мне локоть, весь такой самодовольный, лощеный, в смокинге с иголочки и точно по фигуре.

— Козёл, — искренне ответила я и положила ладонь на сгиб его локтя.

Он ничего не ответил, мы молча шли, и с каждым нашим шагом свадебный марш был все громче. Пока перед нами не распахнули огромные тяжёлые створки изукрашенных позолоченными вензелями дверей. Мелодия ударила по ушам, в лицо дохнуло запахом цветов и духов, и я крепче вцепилась в локоть Эргена.

— Тише, Марго, спокойно, — он чуть повернул голову в мою сторону. — Всё будет хорошо.

— Не будет, — обречённо протянула я, и мы пошли.

Медленно, плавно, красиво. В глазах гостей по обе стороны от нас горело восхищение. Перед нами шли две маленькие девочки в красивых светлых воздушных платьицах. Они были похожи на две ангельские зефирки, но с ангелами имели мало общего. Одна из них была юной драконицей, вторая — маленькой оборотницей. В их ручках были корзинки с лепестками роз, которые они красиво бросали перед нашими с братом ногами.

Я смотрела под ноги, бросала взгляды на радостных гостей или косилась на Эргена, но я делала все, чтобы не смотреть вперёд. Туда, на красиво украшенную цветами арку, на священника, на моего будущего мужа. Я… Я боялась.

Я боялась его, я боялась того, что будет ждать меня после брачной церемонии, я боялась будущего, которое мне уготовили мужчины, облеченные властью. Сильные политики, хладнокровные чудовища, которым плевать на чувства никчемной недодраконицы, бастарда без крыльев. Им нужны были лишь гарантии, скрепленные браком. Всего одна жизнь положена на алтарь, и они с лёгкостью принесли её в жертву. Ненавижу.

В уголках глаз начали скапливаться слезы, и я удержала их огромным усилием воли. Я не буду плакать. Я пройду через это испытание с гордо поднятой головой и ослепительной улыбкой. Ради моего малыша Филиппа. Ради своей не растоптанной грязными ногами этих тиранов гордости. Я буду сильной. Маме бы этого хотелось.

Я глубоко вздохнула и постаралась думать о хорошем.

О прекрасной погоде. О множестве улыбающихся гостей. О подругах, которые радовались больше меня. О том, что Филл теперь получит все необходимое лечение. О том, что будущий муж оказался не таким дикарем, меня никто не утащит в лес, я буду жить в доме и пользоваться неким уважением. Я уже понимала, что Штейн не позволит никому меня унижать. Ничего страшного не происходит…

А потом я увидела Райана Штейна. Он ждал меня у алтаря.

В выглаженном темно-синем костюме он выглядел сногсшибательно. Глаза, такие же синие, казались совсем темными. Он улыбался, и улыбка казалась искренней. А когда он окинул меня взглядом…

Я буквально ощутила, как по телу медленно прокатилась волна тепла. С головы до ног, в направлении его взгляда. Показалось, что он проинспектировал каждую клеточку моего тела, которая не была прикрыта платьем. А может, и остальные тоже. Может, у него было рентгеновское зрение. И ему нравилось увиденное. Улыбка изменилась, из просто праздничной стала какой-то коварной. Он точно вспоминал тот случай в свадебном салоне и процесс выбора платья.

Я вскинула голову и с вызовом улыбнулась.

Он не должен видеть, что я боюсь. Даже если, оказывается, он не настолько плох, всё равно сдаваться ещё рано. Как только всё это закончится, как только нас наконец-то поженят, мы отсидим за чёртовым столом и примем все поздравления от всех гостей, потом… О, нет, я не хотела об этом думать. А ещё больше не хотелось думать о том, что мне может понравиться. Воспоминание о том поцелуе, когда я болела, было ещё слишком свежим, словно рана на теле моего самолюбия. Мне понравилось тогда, может случиться так же и сейчас. Одна мысль об этом была мерзкой. Пусть Райан лучше, чем я представляла, всё равно мне всегда казалось, что я должна чувствовать такое только при поцелуе с любимым. А разве этот мужчина может быть любимым? Он властен, он — оборотень, и, даже когда заботится, всё равно делает это так, словно отдаёт команду. Нет уж, я так не привыкла. Надеюсь, что можно будет уйти от него мирным способом.

— Может, получится разойтись полюбовно? — подумалось, но я в тот же момент себя одёрнула. Райан Штейн — оборотень, тем более дикарь. Я прекрасно помню, как он со мной говорил и что именно говорил. Одного его «ты не уйдёшь» хватало, чтобы поджать под себя ноги и даже не думать, что возможен какой-нибудь развод. Так что план нужно будет составлять особо тщательно, с учётом всех нюансов.

А пока я усиленно делала вид, что безумно счастлива, Эрген с радостью в глазах вёл меня к моему жениху. Не нужно уметь читать мысли, чтобы разобраться в его. Он точно думал о том, как хорошо, убил двух зайцев сразу: и сестру теперь не нужно обеспечивать, и бизнес при нём остался.

С такими мыслями я дошла до своего будущего супруга. Штейн тут же обратил на меня внимание, буквально раздевая взглядом. Я почувствовала, как взгляд блуждает по моим рукам, желая к чёрту разорвать эти тряпки и в первую очередь поквитаться с корсетом, который так некстати закрывал мою грудь. Кажется, он готов раздеть меня хоть сейчас, при всех. Да, по самым средневековым традициям: изнасиловать невесту на глазах у её родителей. Как хорошо, что их тут нет. Только Эрген, который бы с радостью предложил Штейну запечатлеть это на плёнку, чтобы потом меня шантажировать.

— Дорогие возлюбленные, мы собрались здесь, дабы… — речь священника я слушала вполуха, опуская глаза, чтобы не видеть Штейна, хотя его взгляд всё ещё шарил по мне. Причём так откровенно, что он прожигал.

Ещё хуже стало, когда он взял меня за руки. Чёртова традиция, без которой можно было обойтись. Конечно, молодожёны с руками за спиной смотрелись бы странно, но во всяком случае не так фальшиво. Пальцы нежно надавили на мои запястья, от чего по коже пробежал холодок, а потом такое странное возбуждение стало подниматься внизу живота, охватывая меня огнём. Что же… Что же будет, когда мы поцелуемся?

— Райан, согласен ли ты взять в жёны Марго? Будешь ли ты любить, уважать и нежно заботиться о ней и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас?

— Да, обещаю, — от бархатистого властного тона по спине побежали мурашки, губы пересохли так, что мне захотелось смочить их чем-нибудь. Хотя бы приготовленным для нас шампанским.

— Марго, согласна ли ты взять в мужья Райана? Будешь ли ты любить, уважать и нежно заботиться о нём в Господе, и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас?

— Да, обещаю, — сказала бегло и совсем «не празднично». Не то настроение, не тот человек, чтобы обещать подобное.

Спустя ещё несколько типичных, сказанных уже на память слов, появились и кольца. Первое в свои руки галантно взял Штейн.

— Прими это обручальное кольцо как символ и обещание моей любви и верности, — его сильные пальцы быстро подняли мою ладонь, словно бы для поцелуя и медленно надели колечко на палец.

Настала моя очередь.

— Этим кольцом я обещаю хранить любовь и верность, — говорила неубедительно. Какая здесь любовь? Спустя пару часов застолья он наконец сделает это. И вот то, чего я так боялась. Может, он и вёл себя спокойно, пока я болела, но тут-то точно сдерживаться не будет, он просто… Просто поведет себя, как оборотень-дикарь. И, видимо, это отразилось на моём лице.

Не дожидаясь ответных слов священника, Райан властно прижал меня к себе, набрасываясь на мой рот.

Он провёл языком по губам, часто дышал, словно пытался запомнить мой запах и больше никогда не забывать, а я… А я почувствовала, как падаю. Нет, не на пол — в омут необъяснимого удовольствия. Его язык вторгся в мой рот, сплетаясь в страстном танце с моим. Влечение к нему становилось всё сильнее, я сама не заметила, как стала принимать его поцелуи и, под аплодисменты и счёт гостей, растворяться в собственном желании.

— Не хочу тянуть. Хочу тебя прямо сейчас, — от того, что он прервался так неожиданно, я томно выдохнула. Только теперь поняла, что он говорит.

Я вспыхнула страхом, забывая про какое-то там вожделение. Это было не предложение, он ставил меня перед фактом и не имеет значения, что я ему отвечу. И только от него зависит всё. За неимением выбора, на свой страх и риск я согласилась, совершенно не понимая, чего ждать…

Но тут грянул новый шквал аплодисментов. Гости пришли в восторг от такой явной страсти жениха и невесты. Боже, на что это было похоже со стороны?! И Райан словно очнулся, возвращаясь к действительности. Теперь он мог и подождать. Мне все равно предстояло достаться ему, и… И я в глубине души уже начинала испытывать такое же нетерпение!

— Букет! Бросай букет! — послышались возгласы и толпы. Свадебный обряд продолжался.

Я коснулась небольшого букетика, пристегнутого к поясу. Сосредоточилась на том, как его отцепить, и не заметила, как на мою талию легли руки Райана.

— Помочь, дорогая? — насмешливо спросил он, дразня и лаская меня сквозь тонкую ткань платья.

Тело как будто ждало этого, я снова завелась с пол-оборота. Хотелось клясть себя последними словами, но это не помогало. Между ног набухал тяжелый ком, дыхание участилось, а каждое прикосновение вызывало прилив неги, которая растекалась по мне во все стороны от его рук. Он уже начал прелюдию на глазах у всех, и при этом для всех оставался образцовым мужем, который помогает жене отстегнуть букет под крики «Бросай! Бросай!». Мне некстати вспомнились слова Эмели, которая утверждала, что нельзя обходиться без секса дольше месяца. Иначе на каждого мужчину начнешь реагировать так же. Я смеялась и отвечала, что обхожусь без секса все свои двадцать четыре года, и со мной все в порядке. Может, в этом все дело? Ооо…

А потом, когда дальнейшая возня стала бы уже подозрительной, Райан просто молниеносно выпустил волчий коготь, острый, как бритва. Мгновенно срезал петельку, в которой держался букет, и вручил цветы мне.

Я даже не всматривалась в толпу, боясь посмотреть кому-то в глаза и увидеть там глумление. Просто отвернулась и изо всех сил швырнула букет куда-то за спину. В следующий миг донеслись восторженные вопли, и стало ясно, что с первой формальностью покончено.

Обернулась, чтобы взглянуть, кто поймал букет. Долго искать не пришлось, Меган в платье подружки невесты прыгала чуть ли не до потолка. Мне показалось, что она сейчас оближет чертов букет.

— Поздравляю, — проговорила, зная, что она не услышит в таком шуме.

Из толпы выплывали новые и новые умиленные лица. Женщины и мужчины постарше, из нашего канна и оборотни, благостно улыбались. Друзья и партнеры Эргена, мужчины помоложе, посмеивались, но в их взглядах, направленных на меня, сквозило… да, примерно то же, что и во взгляде Штейна, только более тщательно скрываемое. Я с изумлением поняла, что они смотрят на меня с затаенной похотью. А на Райана — с завистью! Из презираемого дикаря он стремительно превращался в объект зависти. Даже не равного тем, кто его презирал, а кого-то, стоящего ступенью повыше.

Повинуясь импульсу, я положила ему руки на плечи и демонстративно поцеловала в уголок рта. Услышала, как из груди Штейна вырвался изумленный смешок. Вот так, пусть смотрят и завидуют. Я не ущербная драконица Марго, которую никто не замечал, а красивая и желанная женщина. А он не жалкий дикарь, а могущественный волк, которому в жены досталась сексуальная красотка. От этого самовнушения захотелось смеяться, что я и сделала. На свадьбе это не вызывало никаких подозрений. Мне подумалось, что у нас с мужем есть что-то общее. И его, и меня до сих пор не принимали всерьез, в чем-то презирали или считали ниже себя. По разным причинам. Но теперь все начинало меняться. И мне нравилось это чувство.

Кито-то из нанятых слуг принес скамеечку и испарился. Наступала пора снимать с невесты подвязку и бросать ее в толпу холостяков. И на моей свадьбе из этого должны были устроить шоу.

Я видела, как горят глаза у этих холостяков, среди которых были в основном приятели Эргена, прежде не видевшие меня в упор и считавшие ущербной. Они ждали представления. Жаждали посмотреть на мои ноги в чулках и представить, что это их руки скользят по ним. В меня словно вселился какой-то бес, я поставила ногу на скамеечку и зазывно улыбнулась Райану.

— Что, я уже не такой пугающий? — спросил он так, чтобы услышала только я, и опустился на корточки.

Его руки проникли под юбку и заскользили по ноге вверх, лишая меня возможности подумать над этим вопросом. Почему я так себя веду? Да потому что со мной происходит что-то не то! Мне одновременно страшно и весело. Ужас перед тем, что ждет ночью, остался, но отступил на задний план, потому что никто не может непрерывно бояться двадцать четыре часа в сутки. Я пыталась наслаждаться моментом, потому что праздник все-таки был праздником, и я на нем была виновником торжества. И раз этот праздник связан с моим замужеством…

Драконий огонь разгорался между ног, а приятные волны все так же прокатывались по телу от медленных движений теплой руки Райана. Он нащупал подвязку, но не торопился стаскивать ее вниз. Наоборот, скользнул пальцами вверх, еще выше, к развилке между ног, и погладил меня сквозь трусики. Которые, к моему стыду, начинали намокать, и я ничего не могла с этим поделать. Марго, успокойся! Вспомни о своих страхах! И я послушно вспомнила, а возбуждение начало спадать, но Штейн был волком. Он давно учуял его и теперь плотоядно улыбался. Боже, в спальне я ни за что не докажу ему, что боюсь. Он повалит меня на кровать и возьмет сразу. И тогда я умру…

Но эти попытки борьбы с собой не помогали. Я все равно наслаждалась его прикосновениями.

Лапает меня у всех на виду! Над нами все будут смеяться! Но он знал, что делает. Стащил подвязку с моей ноги, напоследок погладив щиколотку так, что я ощутила острый прилив желания, а потом швырнул кусок кружева в толпу.

Что тут началось! Драконы и оборотни слетелись на нее, будто собакам бросили кусок парного мяса. Кажется, я даже услышала звериный рык. А когда толпа расступилась, не поверила своим глазам.

Подвязку держал в руке… мой братец Эрген. И смотрел на нее ошалелыми глазами. Было отчего. Уж кто-кто мог бы жениться, но точно не он. Штейн не мог бы придумать лучшей шутки, даже если бы постарался.

И я снова звонко расхохоталась. Мне было весело, хотя я даже не выпила шампанского.

Мой теперь уже муж подхватил меня на руки, и я обняла его за шею, невольно прижимаясь ещё ближе к его широкой груди. Штейн был высок, широкоплеч и подобен нерушимой твёрдой скале. От него так и исходили волны силы и властности. Даже мне было понятно, что он — альфа. И не просто альфа. Он одичалый оборотень, который каким-то невероятным усилием воли смог вернуть себе человеческий разум, а также вставить на место мозги других одичалых, которых брал в свою стаю.

Лидер и самый желанный самец. Я видела, как девушки и женщины смотрели на моего мужа. С желанием раздеть его и пройти весь курс камасутры, от корки до корки, и не по одному разу. А на меня смотрели с завистью. Кричали поздравления, кидали в воздух горсти лепестков роз, которые красиво опадали на снег.

«Похотливые лицемерки», — недовольная мысль ворочалась в моей голове, когда я так же лицемерно улыбалась.

Или я просто хочу думать, что лицемерно? Ведь сейчас моя улыбка была искренней. Я наконец начала наслаждаться и упиваться всем происходящим. В конце концов, вынужденно или нет, но это моя свадьба. Я в красивом платье, я настолько хороша и сексуальна, что те, кто прежде не замечал, капают слюной. Мой муж тоже красив и очень сексуален, а на меня с завистью косятся почти все представительницы женского пола. Стоит наслаждаться этим, ловить момент, впитывать как губка все хорошее, хотя бы в такие моменты не заморачиваться тем, что меня ждёт впереди. Забыться, отодвинуть плохое.

— Ты притихла, — прошептал мне на ушко Райан, когда мы оба оказались в салоне дорогого автомобиля элит-класса, который помчал нас в заранее заказанный ресторан.

— Просто смотрю на всех… гостей, — горько улыбнулась, потому что знала, что сейчас почти что один на один с ним и весь этот бал скоро закончится, Золушка потеряет что-то поважнее туфельки и станет узницей одной съёмной клетки, а потом и дворца. — Мой муж популярен, у меня прямо холодок по коже пошёл от того, как они иногда смотрят.

— Моя Луна не посмеет расстраиваться из-за шавок, которые просто косо на неё посмотрели, — положил ладонь на мой подбородок, с интересом стал разглядывать губы. От него исходило такое сильное тепло и желание, что я почувствовала, как начинаю возбуждаться. Одного прикосновения хватило, чтобы выгнуться дугой и томно выдохнуть, поддаваясь его нежным, но властным рукам.

Чёрт.

Он дотронулся до моих плеч, спускался ниже, разжигая во мне драконий огонь ещё сильнее, чем это было на церемонии. Под платьем, между ног всё сжалось в тугой ком в предвкушении чего-то большего. Райан потянулся ко мне, чтобы вновь увлечь меня в страстный напористый поцелуй, возможно, чтобы получить ещё больше.

Но, к счастью, он не успел. Машина притормозила у ресторана, а я начала лихорадочно поправлять фату и снова корить себя за то, что моё проклятое тело поддаётся его ласкам, извивается только от одного движения и мысли в один голос кричат «он хочет тебя, покорись, глупая». Да, того самого, который я выбирала с таким безразличием. Хотя даже сейчас, какая разница? Всё равно здесь минимум моих друзей, в основном партнёры Штейна и Эргена. Им, в свою очередь, тоже всё равно.

Хоть в чём-то мы сошлись.

Водитель галантно открыл дверь, но сразу отошёл, чтобы Райан исполнил свой долг. Он вышел из машины и аккуратно протянул мне руку. Подняв голову вверх, на пару секунд я даже засмотрелась на то, как в свете солнца блестят его голубые глаза и как ветер треплет тёмные волосы. Растрёпанные, они ему больше шли. Так он ещё больше напоминал того дикаря, которого мне описывали. Вернее, не настолько дикаря… Я бы сказала властного мужчину, от которого даже пахнет какой-то животной дикостью, не спорю, даже в какой-то мере привлекательной.

Чтобы он сам не придумал того, чего не было, я подала руку, и мы отправились внутрь, в огромный зал.

Когда я приезжала сюда со Сьюзен и здешние работники описывали мне всё, на что они способны, это не было и вполовину так шикарно, как оказалось в итоге. Зал казался парящим. Он сочетал в себе великолепие и простоту, прямо как моё платье. Конечно, за такие деньги работники старались изо всех сил, но я и подумать не могла, что будет так.

Нас с Райаном проводили к нашим местам во главе стола, на котором уже расставили таблички с именами и некоторые закуски. Кто-то из гостей уже сидел на своих местах. Никого из них я не видела на церемонии, наверное, приехали уже в ресторан, чтобы договориться о своих де… То есть поздравить молодожёнов.

Справа от меня расположилась табличка с надписью «Эрген». Естественно, иначе просто быть не могло. Скорее всего, моих подруг он отодвинул куда-нибудь подальше, чтобы не мешали важным делам, а сам подсадил ближе к себе всех дельцов, с которыми могли состояться хоть какие-то сделки. Хорошо, что у меня нет сестрички, которую так же, как и меня можно выдать замуж, шантажируя чем-то, что ей дорого.

Сразу вспомнила о брате. Даже в такой день его не отпустили из больницы. Я даже на это не надеялась. Кто знает, что с ним произойдёт на празднике, может, даже станет хуже… от громкого звука, например, или сделает неправильное движение. Нельзя, чтобы вся эта борьба ушла дракону под хвост! Ничего, переживёт, если не увидит сестру в свадебном платье. Главное, чтобы он стал здоровым и наконец-то смог забыть даже запах больницы!

Гости быстро собирались. Снаружи доносился шелест шин, все заполонил гул голосов. Я рассеянно разглядывала их, а Райан, сидя возле меня, отвлекся на свой телефон и, раздраженно хмурясь, писал кому-то сообщение. Если честно, я была рада такой отсрочке, что он временно не обращал на меня внимания. Хотя ничего толком не случилось, произошло слишком много того, о чем мне хотелось подумать. Моя реакция на его прикосновения внушала все больше страхов. Я не понимала, что со мной происходит. Так и должно быть или нет? А может, это нормально и я должна так реагировать на любого мужчину? Но последнее казалось бредом. А может, у Штейна в роду были инкубы? Что-то я слышала об его отце и какой-то суккубе, правда, только краем уха…

Размышления завели бы меня в непроходимые дебри, если бы от них не отвлекло появление нового гостя. Это был мужчина, уже немолодой, но явно не старик. Ему могло быть лет сорок или сорок пять… При виде него Штейн убрал телефон, вскочил и они с гостем пожали друг другу руки.

Затем Райан кивнул на временно пустующее место Эргена, и гость сел. Я разглядывала его, радуясь возможности подумать о чем-то другом и успокоиться. Он казался смутно знакомым. Да это же оборотень из нашей местной стаи! Но точно не альфа, альфу я знала. Бета? Да, кажется…

— Поздравляю, — сказал тот. — Так рад за вас обоих, Райан! Вам обоим очень повезло! Будьте счастливы, берегите друг друга!

Тут я заметила еще кое-что. Мой муж тоже смотрел на гостя так, словно пытался вспомнить, кто это. Я думала, что они знакомы, но оказалось, что нет, не совсем. Райан просто поздоровался с ним, как поздоровался бы с любым другим гостем. И это уже не в первый раз он проявлял такую любезность и вежливость в общении с незнакомыми, в сущности, людьми. Вспомнить хотя бы визит моих подруг! Кажется, прежде чем стать дикарем, Райан был воспитанным мальчиком, джентльменом и наверняка всеобщим любимцем. От этой догадки захотелось захихикать, но на смену веселью быстро пришла задумчивость. Значит, я не ошиблась, с ним действительно произошло что-то, что ожесточило его. Истинная натура не исчезла и изредка прорывается, но… Но говорить он ничего не хочет. И не станет. А жаль. Может, я бы смогла даже полюбить его, если бы хоть немного понимала…

— Я Трой Ламберт, — тем временем произнес гость, и Райан просиял.

— Дядя Трой! Спасибо за поздравления. Как вы?

— Это я должен спрашивать, как ты, — с оттенком многозначительности ответил Трой. — Наслышан, знаешь ли. Поэтому рад видеть, что у тебя все отлично.

Райан поморщился, будто оба говорили о чем-то неприятном. Но я не могла понять, о чем.

— Лучше не бывает, — легкомысленно сказал он. — Красавица-жена, новый дом, стая… так и передайте всем, кто будет интересоваться.

— Да-да, — немного недовольно сказал Трой. — Нам нужно будет встретиться через пару дней, у меня есть для тебя кое-какие новости. Это важно. Не хочу отвлекать тебя сейчас.

— Новости? — удивился Райан. — Если ты о женитьбе Дэмиана, то я слышал об этом.

— Нет, о другом. Кстати, Алесса тоже вышла замуж. Они с мужем недавно были в Драгене. Очень… своеобразный парень, но любит ее, — хмыкнул Трой. — Дай мне свой номер, созвонимся.

Райан снова вынул из кармана телефон

— Надо же, принцесса Алесса замужем, — рассмеялся он. — Рад за нее, хотя, если честно, не думал, что миссис Крес вообще хоть кого-то к ней подпустит. Он, наверное, какой-то высокопоставленный волк?

— Пальцем в небо, — развеселился Трой. — Трудно представить кого-то, кто был бы еще дальше от высокопоставленного волка! А насчет ее матери… не хочу сейчас об этом говорить. Увидимся позже.

И он улетучился. За его спиной уже маячил Эрген, нервно покашливая, потому что пришелец занял его место.

На столе раскинулось бескрайнее море мисок и тарелок. В бокалах плескалось вино. Гости болтали, смеялись, заключали сделки, ели и пили. А я…

А я окончательно растеряла остатки веселья. К концу банкета я уже могла думать только о том, что ждало впереди. О моей первой брачной ночи.

Не было никакой надежды, что мужу окажется наплевать на меня, и он оставит меня в покое. И, если честно, мне бы этого не хотелось. Я боялась того, что должно было произойти, но одновременно ждала этого.

Мне предстояло лишиться девственности в объятиях этого мужчины. Этого загадочного волка, то ли доброго, то ли бессердечного, то ли дикого, то ли ласкового. Этого невозможного красавца и неразгаданной тайны. Моего мужа. А я… Я могла думать только о том, как бы не упасть в обморок от волнения.

Нас провожали большой нетрезвой, но весёлой толпой. Кажется, гостям уже было плевать, по какому поводу они здесь собрались. Ну и ладно, мне самой хотелось поскорее покинуть это сборище лицемеров.

Райан улыбался, вновь принимая поздравления, и я… Я вдруг поняла, что именно он здесь единственный, кому можно довериться. Не брат и родня, не клан, не подруги, а именно он — абсолютно чужой до недавнего времени человек.

Не человек. Оборотень. Извечный враг драконов. И мой муж.

— Ты в порядке?

Обернулась к нему и утонула в насыщенно-синих глазах. Нет, я ошиблась тогда. Похоть? Никакой похоти. То, что я видела сейчас, было иным. Эти чувства мог бы испытывать любящий мужчина к своей жене, настоящей, им избранной жене. И я очень хотела поверить, что так оно и есть.

— Устала, — тихо прошептала, понимая, что волк должен это услышать.

И Райан услышал. Жестом поманил кого-то из охраны, нам быстро подогнали машину, и под вопли гостей мы покинули свой собственный праздник.

— Ты замёрзла? — ладонь мужчины прошлась по моему плечу, прикрытому лишь тонкой шалью. — Прости, я должен был проследить, чтобы тебе вынесли шубу, а не тащить по снегу к машине. Но этот цирк мне осточертел и…

— Я тоже хотела поскорее оттуда убраться, — успокоила мужа.

Было странно слышать его извинения и эту заботу в голосе, слишком настоящую, чтобы быть игрой.

Он отстранился от меня, чтобы увеличить температуру в салоне, приказал водителю ехать и снова вернулся ко мне.

Я вздрогнула, когда он властно взял меня за подбородок и развернул к себе. И снова я рухнула в омут его глаз, чувствуя, как все сильнее разгорается пожар, как по оголенным нервам пробегает дрожь возбуждения. Никогда раньше мне не приходилось испытывать такого, и я терялась, не зная, как правильно вести себя.

— Не бойся, — его большой палец провел по моей нижней губе. — Тебе не следует меня бояться. Я поклялся любить и беречь тебя, и никогда не отступлю от своих слов. Ты должна принять это за истину и больше никогда не возвращаться к своим страхам. Они уйдут в прошлое и больше не вернутся. Ты ведь готова к этому, Марго? Готова?

Я сглотнула. В груди росло нечто тёплое, чему я никак не могла найти названия. Может, облегчение? После всех тех лет издевок, пренебрежения, после заколоченных в подкорку мозга мыслей о моей неполноценности мне предложили… Забыть. И поверить. Мне предложили надёжность вместо хождения по краю. Тепло человеческой души взамен вечного холода.

Готова ли я позабыть все это?

— Да, — едва слышный выдох — как прощание с прошлой жизнью.

Райан улыбнулся, и мне показалось, что мой ответ словно принёс ему облегчение. Неужели этот дикий альфа боялся, что я не соглашусь?

Но больше раздумывать мне не дали. Потому что мой муж решил меня поцеловать.

Как мне понять, что так влияет на меня? Он? Или я сама рядом с этим оборотней превращаюсь в небесную фурию, жаждущую истинной страсти? Пусть и так! Я не буду прятаться в чешуе своих страхов. Он мой муж, и я могу позволить себе делать то, чего хочет моё тело.

У меня не было опыта, но у Райана он чувствовался. В том, как язык властвовал в моем рту, как его губы сминали мои. И мужские руки не шарили беспорядочно, а точно знали, что должны делать.

Моя шаль слетела с плеч, обнажая их. Тонкое кружево не выдержало напора и затрещало, но жалеть испорченное платье я буду позже. А сейчас страсть захватила, забурлила в крови сумасшедшим коктейлем.

Мы в машине, которая куда-то мчится по городу, в присутствии шофера… Но мне все равно. Я готова ко всему, что должно случиться.

Его губы спустились ниже, лаская разгоряченную кожу. Мои плечи, ключицы подверглись тщательному осмотру, обследованию языка, который скользил, двигался, вызывая во мне только самые порочные мысли.

Райан рыкнул, натолкнувшись на преграду в виде ткани, что надёжно прятала мою грудь. Запротестовать не успела, и дорогое кружево рассыпалось в труху. Зато подарило ему свободу действий. Бюстье легко сползло, открывая моему мужу напряжённые соски, которым не терпелось узнать, что же такое настоящие мужские ласки.

И когда это случилось… Я просто всхлипнула, потому что иначе этот восторг выразить было нельзя. Если это именно то, о чем говорили подруги, то теперь я готова была их понять. Чувство, ощущение, когда его язык скользит по соску, очерчивает контур, а зубы лишь слегка прикусывают, вызывая невыносимо мучительную сладость между ног, разжигают пожар желания… Нет, слишком хорошо, чтобы думать, описывать. Слишком.

Я застонала и сама потянулась к нему. Но в этот момент машина дернулась и остановилась.

— Приехали, — хрипло произнёс Райан и легко подул на сосок, словно пытаясь меня остудить. Я вздрогнула, такая скромная ласка и такой невообразимый эффект! — Я должен внести жену в наш дом. Традиция…

Дом? До замутненного страстью сознания эти слова дошли не сразу, но когда все же я их осознала, то распахнула ресницы, чтобы тут же охнуть.

Это был наш дом!

И как-то отошло на второй план то, что Райан прикрывает шалью изорванный лиф платья, потому что к желанию сейчас примешивался восторг, и этот коктейль делал меня абсолютно невменяемой.

Здание было трехэтажным. Два капитальных высоких этажа смотрели на мир темными окнами, а третий щеголял асимметричной формой и фигурной крышей. Такая себе большая мансарда или маленький пентхаус. В нем горел свет. В лучах фонарей, освещавших двор, можно было рассмотреть, что крыша у дома ярко-фиолетовая. Деревянные детали были из светлого дерева, а от высокого крыльца вправо отходила огороженная терраса. Наверное, летом на ней удобно пить чай, кутаясь в плед от вечерней прохлады… Или прижимаясь к горячей груди мужа. А мой собственный муж легко подхватил меня на руки и понес к двери. Ее уже распахнул водитель.

Я не заметила, как створка закрылась за спиной, оставляя нас наедине в этом новеньком жилище. Райан осторожно поставил меня на пол, а сам включил свет в холле. И…

— Боже, — невольно ужаснулась я. — А эта гора строительного мусора — это элемент интерьера?

— Первый этаж не успели отделать, ремонт закончится за пару дней, — с досадой ответил Райан. — Не волнуйся, все удобства работают исправно, и на верхних этажах все готово. Пойдем.

— А где будет моя… наша… спальня? — я слегка задыхалась то ли от волнения, то ли от подъема по лестнице. Когда холл приведут в порядок, он, наверное, будет величественным. Наверх уводила широкая лестница с массивными деревянными перилами, а часть второго этажа шла по периметру холла галереей. Можно будет поставить диванчики, столик и кресла и принимать друзей…

Вместо ответа Райан увлек меня к более узкому пролету, ведущему на третий этаж.

— Спальня для дракона — ближе к небу, — по-доброму улыбнулся он, открывая передо мной дверь.

Конечно же! Мне досталась именно та большая мансарда! Просторная комната со скошенным с одной стороны потолком была отделана в лиловых и сливочных тонах. У дальней от окна стены стояла огромная двуспальная кровать, напоминая, что эта комната не будет принадлежать мне лично. Ну и пусть! Когда муж ведет себя так, как сейчас, с ним даже приятно находиться рядом. Кстати…

— Ты как-то слишком ласков, — не выдержала я. — Раньше ты вел себя иначе… Ты не пьян?

Райан расхохотался.

— Я же оборотень, — сказал он. — И чувствую страх. А ты, дорогая жена, всю вторую половину вечера дышать не могла от ужаса. Мне не нравится запах страха, в постели я предпочитаю запах вожделения.

И он шагнул ко мне.

Если бы он не сказал, не напомнил, что я его боюсь, то я бы об этом и не вспомнила. А теперь все мои страхи вновь вынырнули на поверхность.

— Что теперь? — замер Райан.

— Ничего, — я поежилась. Не хотелось думать, что сейчас все и произойдёт. Страшно… И в тоже время любопытно.

— Я уже говорил. Меня тебе бояться не стоит, — он ласково мне улыбнулся, в два шага преодолел разделявшее нас расстояние. А я ведь даже не заметила, как отступала прочь.

— Я не боюсь! — вскинула подбородок. — Драконы не боятся.

— Вот и отлично.

Райан поцеловал меня. Аккуратно, будто давал возможность отстраниться. Но я понимала, что пути назад просто нет. Он — мой муж. Я могу плакать и возмущаться, но это только разозлит его и настроит против меня. Зачем? Конечно, я никогда не обещала быть покладистой женой, драконы на это мало способны. Да, я могу смириться со своей участью, признать, что не все в моих силах, но свобода всегда будет гореть в моем сердце!

И я ответила. Мягко, несмело, как умела, одним движением показывая, что я не прячу за спиной годы сексуального опыта.

— Ты девственница? — спросил у меня муж, прервав поцелуй. Я стушевалась, не смогла ответить сразу, но кивнула. — Я буду нежен…

Не знаю почему, но ему я поверила сразу. Этот мужчина не нарушит данного слова.

Моё платье с шорохом поползло вниз. То ли он успел нащупать застежку, то ли поступил проще и разрезал его когтем. Ведь оборотни способны на частичную трансформацию?

Конечно, я решила не забивать голову ненужной информацией и не думать о том, что должно произойти дальше.

Так странно, но когда я взглянула в его глаза, то поняла, что совершенно не боюсь. Я считала себя сильной и смелой, но этот страх перед ним… Не думаю, что он имел значение. Потому что в эту самую минуту я хотела своего мужа. И готова была ему полностью довериться.

Райан протянул руку, и я переступила ворох материи, чтобы стать ещё немного ближе к нему.

— Не бойся, — повторил муж.

Наклонился и поцеловал. Нежно, медленно, позволяя ответить, не вторгаясь грубым захватчиком мне в рот. И мне захотелось сделать приятно и ему. Всё же, мы теперь принадлежим друг другу.

Я приоткрыла губы, приглашая, и когда его язык, лаская, проскользнул внутрь, ответила со всей силой отчаяния и надежды. Пусть между нами не будет любви, но, возможно, мы станет хотя бы друзьями.

А затем мысли и страхи отступили. Потому что это я была не опытной, а в каждом его движении чувствовались умения, отточенные, проверенные на многих женщинах до меня.

Да какая разница?

Я обхватила его руками за шею, прижимаясь так крепко, как только могла, покоряясь и надеясь, что все будет хорошо.

Райан оборвал поцелуй и подхватил меня на руки. Я посильнее вцепилась в него, но он всего лишь сделал несколько шагов к кровати и бережно, словно я была сокровищем из старых драконьих сказок, положил на неё.

Хотелось просто зажмуриться, но видеть это красивого мужчину — вот что дарило мне такой же восторг, как картины в музее, скульптуры известных мастеров… Идеальный Райан, мой муж.

Он лёг рядом, словно позволяя мне привыкнуть к его мощи. Рука мужчины погладила меня по животу, легко обвела грудь. Я вздрогнула от невероятного и совсем непривычного чувства — желания, вожделения, сосредоточившегося жарким огнём между ног. Соски напряглись, вызывающе уткнувшись в его ладонь.

Райан не остановился на лёгких поглаживаниях. Сжал сосок, и я негромко застонала, все ещё боясь даже не его, а себя, своих собственных ощущений.

Все ещё играясь с моей грудью, Райан легко улыбнулся и наклонился ко второй, взял в рот напряженную горошинку, сжал её губами. Вот теперь я зажмурилась, но от удовольствия, а его рука заскользила вниз, туда, где все горело от возбуждения. Он развел мои ноги, стремясь проникнуть в укромный уголок, где ещё не было мужчины. Моё тело уже было готово, страхи я изгоняла сама, а мой муж… Райан продолжал творить нечто невероятное. Его пальцы уткнулись в бугорок клитора, надавили и начали двигаться в такт с языком, который, не останавливаясь, ласкал мою грудь. Лоно уже наполнились влагой и желало этого мужчину, но сказать ему этого я бы не смогла. Всё мысли занимали только его неспешные ласки.

Я застонала и выгнулась, вскидывая бедра навстречу его руке. Тело знало, что ему нужно.

Райан вдруг приподнялся, лукаво мне улыбнулся, а затем быстро поменял нас местами. И теперь не он был сверху, а я — смущенная таким поворотом.

— Марго, теперь все под твоим контролем, — улыбаясь произнёс он, и от этого хриплого возбуждающего голоса у меня в голове все смешалось. Райан не стал медлить. Его руки легли на мои ягодицы, погладили и сжали. Я застонала и дернулась, и тут же почувствовала, как в мои складочки уперлось нечто твёрдое и сильное. Неловкости не было, она куда-то испарилась, и теперь мне самой хотелось узнать, смогу ли я испытать тот восторг, о котором пишут в книгах, показывают в фильмах.

Мой муж резко подался мне на встречу и впился в губы неистовым поцелуем.

— Марго? — спросил он, прервав его наконец, а у меня даже не было сил что-либо ему ответить. В голове шумело, я готова была на все.

Поэтому лишь кивнула…

Он приподнял мои бедра. Медленно, чтобы его член проскользил между моих складочек, упёрся в тугой вход, и я задрожала. Но он только улыбнулся и снова приподнял мои попку, чтобы я вновь ощутила его твёрдость и силу, которые желали проникнуть в меня.

Я посмотрела в его синие глаза и увидела, что он хочет меня. Как никто и никогда.

И в это мгновение я почувствовала, как его член входит в меня. Райан ласково сжимал мою попку, опуская меня на свой мощный ствол.

— Не волнуйся, — прошептал Райан.

И подался вперёд, проникая глубоко в меня. Я застонала, на глазах выступили слезы, а мои пальцы впились в плечи мужа. Было больно, очень больно, такого я не ожидала.

— Всё будет хорошо, — поцеловал меня в уголок рта муж. Он замер, дал мне возможность привыкнуть к его размеру.

Я вся сжалась, с ужасом представляя, что будет дальше. Но мой оборотень не был бы альфой, если бы не придумал выход. Руки мужа нежно гладил по спине, а потом его правая рука незаметно переместилась выше, запуталась в волосах, и на меня обрушился страстный поцелуй. Язык ворвался в мой рот, лаская, скользя по губам. И я ответила, потому что не ответить на такой поцелуй было бы грешно.

Я так увлеклась, что не заметила, как Райан вновь приподнял меня, задавая темп. Больше не было боли, моё лоно кипело жаром, хотелось быстрее и глубже. Я сжимала ноги, чтобы полнее чувствовать, как его большой член скользит внутри меня, наполняя собой. Дрожь от восторга, от того, что я испытываю эти ощущения, смешивалась с дрожью приближающегося оргазма.

Мы двигались все быстрее и быстрее, тесно сплетаясь в объятиях. Мой муж дарил мне невероятное блаженство. Такого я не ожидала.

В груди росло теплое чувство. И с каждым нашим движением, с каждой судорогой приближающегося оргазма, оно все росло, ширилось, будто дракон, который собирается раскрыть крылья. И когда моя вселенная взорвалась, я закричала, растворяясь в невероятном чувстве и… Мой мир изменился. Сдвинулся в сторону. И вместе с дрожью, что сотрясала ослабшее разом тело, я почувствовала невероятную силу, которой просто неоткуда было взяться.

Райан застонал, крепко сжал меня, и моё лоно заполнило его горячее семя. Теперь я принадлежала ему.

— Марго, ты великолепна, — выдохнул Райан. — Но… Что это?

Он нежно провел по моей спине, плечу, взял за руку. Я улыбнулась, опустила взгляд, отрываясь от невероятных синих глаз, которые были полны удовлетворения. И вздрогнула.

По моей руке вился узор из чешуек. Раньше его там не было… И… Не могло быть. Потому что он означал принадлежность к истинным драконам! Но ведь я не была такой?

— Не знаю…

Райан хмыкнул, быстро перевернулся, подминая меня под себя.

— Раз тебе нечего мне рассказать, то предлагаю продолжить нашу брачную ночь.

— П-продолжить? — пролепетала я, плавясь от ощущения его горячего тела, прижимающегося ко мне.

Между ног саднило. Это было бы неприятно, если бы Райан не поглаживал мои плечи, живот, бедра… А я вдруг поняла, что не представляю, что дальше. В своих мечтах, так же как и в кошмарах, я не заходила дальше этого момента. Вот любимый входит в меня, и мы сливаемся в пламени экстаза… Или вот дикарь грубо берет меня, удовлетворяет свою похоть и… И что? Дальше фантазия тормозила и останавливалась, подсовывая по ситуации или сладкое «долго и счастливо», или бездну горя и унижения.

Райан негромко рассмеялся.

— Когда людям нравится друг с другом, — он помассировал мой сосок, заставляя податься вперед к его ладони. — То они обычно продолжают. До тех пор, пока не устанут. Ты не знала? Детка, да ты совсем ребенок…

Он снова издал тихий смешок. На этот раз, возмутившись, я толкнула его кулаком в грудь.

— Не смей надо мной насмехаться!

— Я радуюсь, — бархатным полушепотом ответил он мне на ушко. — Нам с тобой еще многое предстоит изучить…

И вдруг пружинисто вскочил с кровати, подхватывая меня на руки.

— Что ты делаешь? — немедленно воскликнула я.

— Нам с тобой сейчас не помешает принять ванну, — сказал Райан. И правда, когда взгляд падал на пятна крови на моих бедрах и на его достоинстве, становилось неприятно. — Плюс нам лучше повременить… с продолжениями. Иначе тебе будет больно.

— Мне не больно! — запротестовала я, но чертов альфа был непреклонен.

Он внес меня в ванную, которой я прежде не видела. Это было настоящее царство блаженства и неги. Огромная ванна с джакузи, сверкающие краны и душ, большое зеркало с широкой полкой перед ним и шкафчиками по обе стороны. Большие мягкие сиреневые полотенца…

— Завтра перетащишь сюда свою косметику, — хмыкнул Райан, включая воду. — А пока смотри…

Он развернул меня к зеркалу, встав за моей спиной и жадно лаская грудь и живот. Я смотрела широко раскрытыми глазами. В зеркале отражалась женщина, буквально воплощающая желание и разврат. Соски припухли и стояли торчком, бесстыдно алели приоткрытые губы, на белой коже кое-где краснели засосы, а смуглые мужские руки скользили по груди, резко контрастируя с молочным оттенком кожи. Вот одна рука накрыла холмик между ног.

— О-о-о… — выдохнула я, чувствуя, как меня затапливает волна жара. Зрелище было слишком порочным. И невыносимо притягательным. А потом Райан принялся настойчиво, с нажимом, растирать клитор. Меня выгнуло дугой.

— Не стоило бояться, — шептал он на ухо. — Можешь мне поверить, любой дикарь станет ручным, когда ты так раскрываешься для него… и так стонешь… и так дышишь, — я и правда дышала тяжело и постанывала на выдохе. — Главное — не сопротивляться…

От удовольствия разум почти отключался. Но я нашла в себе силы парировать:

— И почему ты не сказал об этом раньше?

— Ты не оставила шанса, — хмыкнул Райан. — Так тряслась и сжималась в комок, что мне хотелось не разговаривать, а схватить тебя и затрахать до полусмерти… И я просто ждал, когда у меня появится эта возможность.

Еще утром я тряслась бы от ужаса, услышав такое, но сейчас меня била дрожь возбуждения.

Муж снова подхватил меня и погрузил в восхитительно горячую воду. Потом он долго и мучительно медленно мыл меня, намыливая душистым гелем каждый сантиметр кожи. От прикосновений его рук к промежности во мне что-то вспыхивало, и я чувствовала, что сейчас взлечу. Как странно… Я никогда в жизни не летала. Откуда такое реалистичное ощущение?

Когда Райан вытер меня и положил на кровать, я вся горела. Он так и не дал мне кончить! Между ног все мгновенно увлажнилось, и я призывно раздвинула их, даже не вспоминая о своих страхах. Я боялась, что мне могут понравиться его ласки? Ну так вот они понравились, случилось, казалось бы, худшее… и что? Разве можно бояться удовольствия?

Член Райана снова стоял колом, но на этот раз я не испытывала ни малейшего опасения. Сама потянулась к нему рукой, но муж перехватил мою ладонь и поцеловал.

— Позже, крошка. Сейчас ты узнаешь еще кое-что.

И под мой изумленный вскрик он раздвинул мои бедра и прильнул к лону губами.

Ночь была долгой. Очень долгой… Райан берег меня и ни разу больше не взял в полном смысле слова, зато показал, как можно доставлять друг другу удовольствие руками и языком. Кажется, он был готов продолжить и после того, как я кончила в четвертый или пятый раз, но я испортила все планы. Меня начало клонить в сон. Сказывалось все случившееся. Длительное нервное напряжение, а потом море чувственных удовольствий… Я свернулась в клубок, ощущая, как слипаются глаза. И заснула, притиснутая к широкой горячей мужской груди под многообещающий смех Райана.