- 2 -

Собраться было на удивление легко.

Кого-то подобные сборы тяготили бы, но Лимори давно смирилась с тем, что вскоре ей придётся навсегда уйти к Предвечной, и отпустила всё заранее. Чем меньше сожалений, тем лучше — не так ли? Принять это решение было тяжело, стоит признать — такие вещи никому просто не даются. Но теперь дело сделано, внутренние врата распахнуты настежь, и покинуть свою комнату в крыле Жриц оказалось легко.

Она даже не задержалась на пороге.

Особые сборы также не потребовались: времена войны с магами научили её держать экстренные сумки собранными всегда. Собственно, некоторые вещи, совершенно необходимые среднестатистической хрупкой женщине для выживания в экстремальных обстоятельствах, она предпочитала носить уменьшенными, в кошельке на поясе, с которым она не расставалась даже по ночам. В этом смысле, как ни крути, любая война, малая или большая, меняет приоритеты людей.

С вещами было расстаться легко. Тяжелее оказалось мысленно проститься с книгами и людьми.

Книги... Лимори обожала книги. Оные были её самой большой страстью, самой сильной эмоциональной привязанностью. И, как бы это ни было глупо, но она не удержалась, взяла несколько томов с собой. Пусть это было эгоистично с её стороны, пусть эти редкие издания, одно из которых и вовсе было рукописным, и стоило бы по-хорошему оставить будущим Жрицам, но... Лимори не смогла перебороть себя в этом вопросе. Книги были её персональным фиалом с родной землёй, придающим сил.*

*Она всегда увлекалась историями о межмировых исследователях, которые, как известно, были великими героями, преданными познанию. Шутка ли — всякий раз отправляться в неизвестность? А ведь первая экспедиция в неведомый мир — это всегда риск. И речь ведь даже не столько об аборигенах, которые сами по себе проблема. Но до встречи с иномирной разумной жизнью ещё и дожить надо! Не задохнуться в первые же секунды отравленным воздухом, не сгореть за сутки от неведомой болезни, не стать носителем каких-нибудь особенно зловредных паразитов (Лимори по сей день с содроганием вспоминала историю о подчиняющих чужие тела разумных грибах). В общем, межмировой исследователь — профессия, мягко говоря, рисковая. И, как это водится у тех, кто постоянно рискует жизнью, в этой среде зародилось множество суеверий. Одно из них гласило, что с собой надо брать немного родной земли. Некоторые приписывали ей защитные свойства, другие полагали, что она станет путеводным компасом, третьи считали, что от нескольких горсточек грунта волшебным образом прибавится сил. Всё это было совершенно нелепо, но это не мешало отважным исследователям других измирений неукоснительно следовать сему странноватому правилу.

Говоря о людях... Лимори всегда была индивидуалисткой и одиночкой — это отличительные черты большинства Жриц Предвечной. Тем не менее, нельзя сказать, что никто не был ей дорог. Ученики, товарищи, другие Жрицы... Было немного жаль уходить молча, но она понимала прекрасно — о таких вещах не рассказывают.

Она вошла в общую комнату, мысленно порадовавшись, что тут никого нет, сняла свой жреческий знак и оставила его на алтаре, символизируя тем самым, что навсегда покидает это место. Короткая молитва Предвечной... лёгкий поклон в сторону идола на постаменте... скользнуть в один из тайных ходов... Тем, кому нужно, Верховный расскажет правду. Остальные наверняка сочтут, что она решила наплевать на зарок Предвечной "не стремитесь ко мне раньше времени" и покончить со всем, не дожидаясь, пока проклятие убьёт её медленно и мучительно. И делу такое заблуждение пойдёт на пользу.

* * *

— Это она? — красивый мужчина сжал её подборок и повертел, демонстративно разглядывая на свет. — Не очень, но сойдёт. Никого с кровью почище не нашлось?

"Ты тоже не предел моих мечтаний", — подумала Лимори мрачно. Вслух не сказала ничего. Не оттого, что испугалась самого дракона, конечно; скорее боялась, что тот откажется от её кандидатуры. Мало ли, что происходит у этого "господина Ижэ" в голове? Нескольких мгновений знакомства с ним Лимори хватило, чтобы понять: это хищный зверь. Не самый крупный, возможно — но хитрый, зубастый и охочий до крови. Не из тех, кто специально жаждет причинить боль, но из тех, кому наплевать, сколько крови придётся пролить ради его целей.

И на что придётся пойти.

Лимори хорошо знала такой типаж. Хотя бы оттого, что в некоторой степени — когда речь заходила о её собственных идеалах — она и сама такой была.

Остальные двое драконов, что присутствовали в комнате, покосились на Ижэ с лёгким неодобрением. Властелин Чу смолчала, но вот её несостоявшийся супруг не преминул высказаться.

— Ижэ, ну тебя же не на улице воспитали! — Властелин Адоры, черноволосый утончённый красавец, демонстративно поджал губы. — Прояви такт по отношению к женщине. Да и не могу не напомнить, что в Вольных Городах довольно много орков, в том числе степных. И потом, девочка взяла от них не так уж много! Подумаешь, чёрные губы и узоры на коже. Смотрится даже экзотично, если на мой вкус.

Лимори пришлось сделать над собой усилие, дабы не начать раздражаться и не попытаться напомнить, что она всё ещё тут стоит.

— Это кто ещё тут бестактен, — оскалил клыки Ижэ. — Будто мне есть дело до того, как она выглядит! Не думаю, что нам понадобится друг с другом спать. Да и, даже если вдруг возникнет необходимость, у меня нет никаких претензий — я всё равно видел бы лицо своей пары. Опять же, смешанная кровь обычно неплохо отражается на внешности. Я же тебе о магии говорю; спорим, в родословной этой девицы потоптались степные орки из третьего мира и фейри из этого? И теперь вопрос: ты так уверен, что чары лягут, как надо? Тут же столько факторов! Жрицы Тьмы сами по себе похожи на чёрные воронки, воздействовать на них сложно. А тут ещё и добавляется врождённая сопротивляемость степных орков, да помноженная на магию фейри, о которой вообще лучше промолчать, потому что разобраться в ней нереально, если сам не фейри. Думаете, мы сможем работать с этим материалом?

— Достаточно, — отрезала Властелин Чу. — Во-первых, мы все тут собрались, дабы стабилизировать те магические противоречия, которые неизбежно возникнут — и, полагаю, на что-то способны. Во-вторых, если вас не устраивает эта кандидатура, я наспех подберу другую. Едва ли это будет существо столь же лояльное — но лишние полчаса тратить не придётся, накладывая чары. Великая польза! В-третьих, смею верить, ведающая Лимори — существо говорящее и разумное, более того — уважаемое в жреческом кругу. Я категорически настаиваю, чтобы вы перестали обсуждать её, как улитку на базаре. Вы не девицу на ночь выбираете, господа!

Лимори едва удержалась от того, чтобы бросить на своего Властелина благодарный взгляд. Она была хорошо обучена и умела быть хладнокровной, но терпеть такое пренебрежение со спокойным лицом было непросто.

— Точно, оно же говорящее, — протянул Ижэ, сверкая горящими, как фонари, оранжевыми глазами. — Вот и скажи что-нибудь, кукла!

Лимори захотелось ему врезать, но она улыбнулась с умеренной вежливостью.

— Следует упомянуть, господин, что я отлично контролирую свои энергетические потоки. Ваши чары идеально сработают, если я того пожелаю.

По губам дракона скользнула одобрительная усмешка. В следующий миг на неё обрушился ментальный пресс, буквально пригибающий к земле. Она сжала зубы: кому-то менее подготовленному такое воздействие могло бы поджарить мозг, притом в прямом смысле этого слова.

Лимори посмотрела в полыхающие глаза напротив и чуть повернула ладони в его сторону, экранируя, отражая, возвращая сторицей. Вся злость, вся боль, всё раздражение, что вспыхнули в ней после его атаки, были за ненадобностью переплавлены в этот порыв. Она на миг стала зеркалом, в котором отразился Ижэ... и всё поняла.

— Надеюсь, на этом проверки окончены? Ваши методы энергозатратны, господин.

И тут дракон рассмеялся, совершенно искренне и вполне весело.

— Зато мои методы действенны, — сказал он, и ментальный пресс исчез, как не бывало. — Извини за представление, Ири. Я всецело одобряю эту кандидатуру — девчонка хороша. Ей, правда, непросто будет долго изображать огненную драконицу — слишком холодна. Но да нигде в обществе мы не планируем объявляться, так что не столь принципиально. В остальном отменное попадание, я впечатлён. Ты, значит, Лимори? Превращаться умеешь?

Жрица прищурилась. Этот дракон был своеобразен... но, пожалуй, его логика в чём-то импонировала. Можно ли придумать лучший способ проверить будущего незнакомого исполнителя, чем он показал? Надавить и на предполагаемые женские слабости, и на гордость, проверить самоконтроль, оценить выдержку и умение реагировать... Жестоковато, но — действенно. Они, пожалуй, сработаются.

— Я унаследовала способность превращаться по линии фейри, — сказала Лимори честно. — Но в силу некоторых обстоятельств моя вторая ипостась не вполне стабильна.

— Да-да, — протянул дракон насмешливо. — Некоторые обстоятельства — это проклятие, от которого ты умираешь?

Лимори сжала зубы. Не то чтобы она планировала скрывать эту информацию от дракона, и всё же его осведомлённость ей не понравилась. С другой стороны, Призрачные Драконы, или Драконы Смерти, упоминались порой в книгах в качестве непревзойдённых мастеров темномагического искусства и менталистики. Нет ничего удивительного в том, что этот конкретный мог рассмотреть её состояние.

— Задание не будет скомпрометировано, господин, — отметила она ровно. — У меня ещё есть время.

— Вижу. Полгода-год — это если ничего не делать. Полагаю, если бы я занялся этим, то продлил бы срок лет до пяти, если не больше.

Это было заманчиво, но уже не важно.

— Полагаете, наша совместная работа настолько затянется? — уточнила она.

— Сомневаюсь, что маскарад продлится дольше месяца, — признал дракон. — Если ты протянешь два, уже повезёт. Но скажем так: если вдруг каким-то немыслимым чудом мы оба выживем, обещаю заняться этим вопросом вплотную.

— Я не нуждаюсь в дополнительном стимуле, господин, — отозвалась Лимори так мягко, как только могла.

— Верю, — дракон был непрошибаем. — Но, как говорит мой учитель, чем больше рычагов влияния — тем лучше.

— А мой учитель любит говорить, что много обещают те, кто не собирается ничего выполнять.

Ижэ ухмыльнулся:

— Спорим, наши учителя бы поладили? На самом деле, как я уже сказал, с наибольшей долей вероятности мы с тобой эту передрягу оба не переживём. Но чудеса случаются, не так ли? К слову. Откуда проклятие? Слишком уж любопытная дрянь, впервые вижу.

— Получено в бою, господин.

— Интересный, должно быть, был бой...

— Я была фокусом защиты, — отозвалась она спокойно. Вдаваться в подробные объяснения не хотелось, но дракон, кажется, понял всё и так. Он неопределённо хмыкнул и озвучил то, о чём она подумала:

— Думаю, мы сработаемся. Начинаем подготовку!

Спустя некоторое время Лимори стояла и с отстранённым любопытством рассматривала себя в зеркале. Её тёмные волосы стали ярко-оранжевыми, словно пламя; кожа из пепельной, покрытой узорами, превратилась в белоснежную; глаза были под стать волосам, а заострённые крупные уши обратились маленькими и незаметными. Было странно видеть в отражении другую женщину, ощущать кокон из магии пламени, окруживший её настоящую ауру, слышать, как тихо переговариваются драконы с главным менталистом города, пытаясь перестроить её личный ритм под показатели госпожи Гун Оранжевой. Лимори помогала им, как могла, но задача всё ещё оставалась, мягко говоря, нетривиальной.

— Всё, — пробасил менталист. — Матрица замкнута.

— Да, — протянул Ижэ удовлетворённо. — Теперь разницу увидит только тот, кто начнёт целенаправленно ломать ментальные щиты... И то придётся повозиться. Отличная работа! С чем нас всех и поздравляю. Так, свежесделанная любовь моя, переодевайся в традиционный драконий халат — времени в обрез.

Время, снова — время... Подавив вздох, она покорно подошла к висящим в воздухе вещам, попутно скидывая жреческую одежду. Спорить было бы бессмысленно. Многоликие не понимают, с чего можно смущаться обнажённого человеческого тела: для этих существ нагота совершенно естественна. Не обращая на неё никакого внимания, они не переставали общаться.

— То, что вы двое предпочитаете носить вульгарные человеческие брюки, вовсе не делает традиционный драконий наряд халатом, — отрезала Властелин Чу.

— Уговорила: это очень дорогой и очень прочный халат, — рассмеялся Властелин Адоры. — Такая формулировка тебя удовлетворит?

— Вы несносны.

Пока драконы решали столь важные и насущные вопросы, Лимори, стоя в белье, быстро скользила взглядом по висящей перед ней одежде, стараясь разобраться, что же дальше. Мимоходом она отметила, что господин Шокуо-Ретха, главный менталист Чу, слегка сместился, чтобы встать между ней и Властелинами. Он послал ей ободряющий взгляд, после отвернувшись. Лимори была ему благодарна: она выросла среди людей, и подобные вещи казались ей как минимум некомфортными. Опять же, событие это должно было оставаться в тайне, потому никто из прислуги не присутствовал. Между тем, простым наряд назвать было нельзя: на минуточку, двенадцать элементов, шесть из которых — платья.

— Помощь нужна? — голос Ижэ прозвучал с отчётливой насмешкой. Она открыла было рот, дабы отказаться, но тут Властелин Чу подошла, не спрашивая разрешения.

— Мне стоило подумать о том, что вы ранее не имели дела с киото, — сказала она довольно мягко. — Смотрите и запоминайте: этот наряд — ваш персональный доспех.

Лимори замерла. Ситуация, в которой её одевает столь высокопоставленное существо, казалась почти сюрреалистичной. С другой стороны, она не обманывалась: для присутствующих драконов она была не более чем куклой, материалом для работы, от которого нужно добиться максимального результата. Потому она решила просто смириться с тем, что Властелин Чу невозмутимо выбирает нечто вроде легкомысленного пеньюара и протягивает ей.

— Пожалуйста, разденьтесь донага — под первое платье ничего не поддевают. Оно — одно из основных. Оно защищает, а также очищает тело и исцеляет, — говорила драконица. — Оно покрывает вас полностью, как только вы надеваете его — словно вторая кожа. Свободными остаются только голова и кисти. Да, не пугайтесь, ступни он покроет тоже... Как я сказала, эта тканевая оболочка сродни лёгкой броне. Обычно дома драконы обходятся без него, но, как понимаете сами, это не тот случай — вы должны быть готовы ко всему. Чтобы превратить облепившую вас ткань обратно в короткую сорочку, просто сожмите вот эту подвеску... Да, всё верно. Дракон может сделать это усилием воли, но у вас едва ли получится — наряд заточен под огненную магию.

Пока Лимори с толикой шока рассматривала красное нечто, покрывшее всё её тело, драконица уже протягивала ей второй наряд, сплошной, длинный и ярко-жёлтый.

— Далее... Второе платье — тоже необязательно для домашнего облачения, но совершенно необходимо вам. Оно обеспечивает терморегуляцию. В нём вы не замёрзнете, поспав ночью на снегу, и не будете мучиться от жары, оказавшись в пустыне. В жерло вулкана нырять всё же не советую — но первую минуту защита продержится.

Это было... потрясающе. Правда.

— Если бы была возможность заказать такие для Жриц и боевых магов, это могло бы спасти ото множества проблем! — не сдержалась она.

Драконы дружно рассмеялись.

— Увы, вы носите на себе сейчас стоимость трёх перламутровых улиток, — отозвалась Властелин Чу. — Мы пока не настолько богаты, чтобы заказывать такой доспех в больших количествах.

Лимори задохнулась. Подобное расточительство показалось ей настолько неуместным, что смолчать она не сумела.

— Мой Властелин, но разумно ли тратить его на меня, учитывая... обстоятельства?! Верховный нашёл бы подобной вещи лучшее применение.

Драконы подняли брови. В глазах Ири Алой промелькнуло нечто, подозрительно напоминающее ярость.

— Не несите ерунды, — отрезала она. — Я отправляю вас туда под личиной моей названной сестры, и было бы странно, не будь она одета, как дракон. Предприятие это рискованное, я не скрываю. Но у вас будет всё, что только может помочь выжить, и это не обсуждается. Хотите, чтобы киото досталось Эу-хению? Вернитесь живой и отдайте лично. Мы поняли друг друга?

Лимори покорно склонила голову. Ну что же, по крайней мере, она попыталась.

— Далее, — продолжила драконица терпеливо, протягивая ещё один наряд, похожий на предыдущий, но чуть более свободный. — Третье платье, водоотталкивающее. Незаменимо в походах и домах с криворукой прислугой. Не промокнет даже в воде и оставит сухой одежду под ним. Потому, если вам вдруг нужно нырнуть в воду, раздевайтесь до этого слоя, а остальное прячьте в пространственный карман, который сбоку — я покажу вам, как это делается. Но да, будьте осторожны: это драконы могут легко плыть, если в ногах что-то путается. Как у вас обстоят дела с физической силой, не знаю, потому предупреждаю.

Лимори пребывала в шоке. Утешал её только тот факт, что драконы-мужчины явно были поражены не меньше: они следили за процессом одевания со всё возрастающим интересом, и волновали их явно не соблазнительные формы её нового тела.

Дальше последовало четвёртое платье без рукавов, которое имело множество кармашков. В один из таких Властелин на глазах у шокированной публики небрежным жестом спрятала сумку Лимори. "Драконы не путешествуют с поклажей", — сообщила она безмятежно. — "Дурной тон. А персональный пространственный карман проще обустраивать в кармане киото — меньше энергозатраты. К слову, мастера работают на совесть, потому в твоих карманах уже есть вещи первой необходимости. Сейчас запоминай, что где..."

Пятое платье обматывалось вокруг талии в несколько слоёв, закреплялось парой поясов, тонким и широким, а после закалывалось специальными драгоценными брошками. Это великолепие отталкивало любые чары. Демонстрируя это, драконица небрежно швырнула в Лимори сноп алого огня. Жрица сумела не взвизгнуть и не двинуться с места, но, если быть откровенной, ей это дорогого стоило. Впрочем, волноваться было не о чем: наряд и впрямь впитал магию без малейшего труда. "Первый удар отразит наверняка, — прокомментировала Властелин. — Дальше — по обстоятельствам; во многом зависит от упрямства и изобретательности нападающего. Но в бою пара выигранных мгновений — это уже много."

Тут спорить было не о чем.

Между тем под ставшими уже откровенно шокированными взглядами остальных присутствующих драконица невозмутимо приладила широкое украшение, подозрительно напоминающее ошейник. "Спасёт шею от ударов", — сообщила она. — "Нагреется, если тебе предложат яд или нечто сродни ему".

Далее пришёл черёд верхнего платья. Его можно было носить по-разному. Так, Властелин накидывала его, но спускала с плеч, и оно струилось за ней кровавой рекой. Некоторые набрасывали его на манер плаща, а некоторые, да — завязывали широким поясом, как люди — халат. В последнем случае оно имело, как поняла Лимори, свойство смягчать физическое воздействие, будь то толчок или удар.

В последнюю очередь ей заплели волосы, поместив туда несколько лент, отпугивающих насекомых, и шпилек, весьма удобно превращающихся в стилеты.

— Вот так, — сухо сказала Властелин. — Таковы они, наши халаты. Прошу любить и жаловать!

Властелин Адоры молча развёл руками, демонстрируя своё поражение. Ижэ показательно вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Я могу принести письменные извинения в трёх экземплярах, если тебе станет от этого легче. Я восхищён! Ваш национальный наряд — это нечто!

Властелин Чу довольно сверкнула глазами. Лимори прищурилась. Она на уровне эмоций ощущала исходящее от Ижэ восхищение и признание чужой правоты, но всё это казалось... ненастоящим. Как будто он переживает эти чувства, но не вполне испытывает их. Это было странно.

Заинтригованная, она осторожно попыталась заглянуть глубже, присмотреться к ментальному ритму и прислушаться к глубинному фону. Увиденное впечатлило.

Почти невозможно с точки зрения здоровой менталистики, но там, под показательными эмоциями, был другой слой, и даже не один. Можно было разобрать, что Ижэ испытывал по отношению к двум другим драконам лёгкое снисхождение, замешанное на умилении и толике искренней симпатии — будто смотрел на маленьких, но милых детей. Ему было наплевать на костюмы, по большему счёту, но он осознанно ощущал иное, чтобы сделать приятное драконице. Само по себе это было вполне объяснимо, и нет ничего плохого в том, что он хотел понравиться остальным, но сам метод... Испытывать эмоции по собственному расчётливому желанию — это же просто нереально! Этот дракон — гениальный менталист. И совершеннейший манипулятивный психопат. Но как подобное возможно? Что нужно было сделать с личностью, чтобы она расщепилась подобным образом?..

Он резко поднял на неё глаза и прищурился. "А не слишком ли ты любопытна, маленькая Жрица? — его ментальный голос прозвучал у неё в голове вкрадчиво и ядовито. — Чем больше знаешь, тем меньше живёшь, Лимори..."

— Заканчиваем, — сказал он вслух. — Нам пора.

Лимори послушно кивнула, обулась в изумительные мягкие остроносые сапожки, что были в моде у драконов, и уточнила:

— Могу я узнать, куда мы направляемся, господин?

— Как, тебе не сказали? — поразился Ижэ. — Мы отправляемся в другой мир.