Глава 65

В голове происходит сдвиг, щелчок, хлопок, фиг знает, что именно, и я вылезаю из машины, громко захлопнув дверь.

Ритуля дергается и, подняв голову, видит меня, прикладывает руку к сердцу и делает несколько шагов назад. Начинает дрожать. Бояться. И правильно делает.

Любовничкам п*здец.

Проносится в гудящей голове, и я, подойдя вплотную, под девичий визг заношу руку и ударяю удивлённого придурка.

Боль в руке не помогает мне успокоиться, поэтому я ударяю еще. Чувствуя, как ярость заполняет меня до краев.

– Ты разве не знал, что лезть к чужим девкам опасно для здоровья? – кричу невменяемо, видя перед собой только искривлённое от боли лицо.

Подхожу ближе, ударяя в грудь, ухмыляюсь, слыша жалобный скулёж.

Мало, очень мало.

– Ты вообще кто? – возмущено вскрикивает, выбешивая окончательно.

Не знаю, что творю, хватаю его за куртку и бью голой в область носа, который мгновенно ломается.

Сам не чувствую боли.

Мало, как же мне, сука, мало.

Все из-за неё, этой тихони, что, оказывается, продолжает вертеть сразу двумя.

Как я сразу-то не догадался.

– Филипп! Прекрати! Ты все неправильно понял! – кричит, повиснув у меня на руке.

Дуреха подумала, что может меня остановить.

Но с ней оказывается не очень удобно лупить парня. Поэтому как можно аккуратней отталкиваю ее, желая вернуться к начатому. Но она снова нависает на мне, вцепившись мертвой хваткой.

– Да отойди ты, – ору на неё, не в силах с собой справиться.

Неожиданно чувствую холодные пальчики на лице и, сфокусировав взгляд, вижу полные слез большие глаза моей девочки.

Бл*ть, выстрелом прямо в грудь.

Как же она смотрит.

Больше со страхом, но есть и ещё что-то, неуловимое, понял бы, если бы не был на грани озверения.

От ее прикосновений внутри все медленно начинает стихать, вижу, что парень очухивается, вытирает кровь с носа и смотрит на меня так, что несложно догадаться, продолжению драки быть.

– Свали отсюда, пока я тебе не прибил, – оскалился на него, сильно сжав Ритку в руках.

Не отпущу, хрен там.

– Я никуда не уйду, – говорит он смелее. – Ментов вызову...

Вот это зря.

– Давай, попробуй, если успеешь, – усмехаюсь и хочу отодвинуть девушку на безопасное расстояние.

Но Воронцова решила голос подать, встала передо мной и руками загородила парню путь.

– Ром, прошу, уйди. Умоляю! Дай нам поговорить, – испуганным, тонким голосом. Самоотверженно. – Все нормально...

Рома этот ещё с минуту оглядывает нас, а я специально прижимаю ее к себе, специально опускаю руку ей на задницу, а другой кладу голову к себе на грудь.

Слышу, как она тихо всхлипывает, и уже хочу снова на него кинуться, как он разворачивается и просто уходит.

Тоже мне герой-любовник. Испугался и кинул девушку с другим, я бы на его месте так не поступил.

Надеюсь, теперь она поняла, что он ей совершенно не подходит.

Стою, не двигаюсь.

В груди сердце никак не успокаивается, и воздух холодный, осенний застревает в горле иглами. Или это от моего крика.

Воронцова поднимает на меня заплаканные глаза, а я смотрю на ее прекрасное милое личико и мне тошно, тошно от неё, от боли, что принесла. От предательства, что она внесла в наши так и не состоявшиеся отношения.

Нет. Нет...

Я сам виноват. Нечего было таскаться возле неё, как каблучара, брать нужно было, а не сопли розовые размазывать, шоколадками ее задабривать.

Знал же, что к бабам жёстче надо, иначе борзеть начинают. Но ее винить не стоит, я сам показал слабость, вот она и решила мозг мне вытрахать, смелости откуда-то набралась.

Сейчас приходит такая апатия, что видеть ее почему-то не хочу.

Слышать ее голос противно, когда она пытается шепотом что-то объяснить.

Но я готов перебороть в себе отторжение, поэтому беру ее за руку и кладу себе на шею, вглядываясь в глаза гадюки, что залезла под кожу и заставила совершать необдуманные поступки.

Если бы тот черт и правда вызвал ментов, то проблем было бы не разгрести.

Поцеловать бы поджатые губы, да чувствую, что накинусь раньше времени и точно изнасилую прямо на улице.

Разворачиваю ее и толкаю в сторону своей машины, не собираюсь с ней больше церемониться.

Вот к чему привела моя доброта и забота.

Открываю заднюю дверь и приказываю ей залезть, но она ни в какую.

Насильно ее пихать не стал, уже нет сил.

Знаю, если начну, то остановить меня будет невозможно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Никуда я с тобой не поеду, – говорит она хрипло, смотря на меня затравлено. – Ты избил невинного человека, просто так! Он же ничего тебе не сделал...

– Я бы пальцем его не тронул, не был бы он с тобой. Он трогал мое, – отвечаю раздраженно.

Не раз говорил, что она принадлежит мне и никому больше. А она почему-то решила, что может втихую с другими шарахаться. Когда в то же время мне отказывает в свиданиях.

Я ещё, наивный дурак, и правда верил, что у неё времени мало, думал, а может ещё не привыкла ко мне.

– Я не твоя вещь, Филипп. Пойми ты! Я человек, со своими чувствами. Ты пугаешь меня. Ты... Ты, – задыхается, руками горло сжимает. – Чуть не убил его... Боже. Я не могу, уходи. Уходи!

Чувствую, что сейчас грядёт истерика, по тому, как плечи ее трясутся, а в глазах столько ужаса.

Или ещё чего хуже – снова в обморок упадёт.

Вот тут мне правда становится не по себе, страшно за дурочку, что вновь решила мне возразить.

– Рит, позволь мне... – хочу ближе быть, чтобы быть готовым, если она вздумает свалиться на асфальт, но девушка отбегает от меня.

– Ты маньяк, я видела твои глаза... – шепчет она неугомонно, отходя все дальше. – Тебе понравилось его калечить.

Мне?

Нет. Не нравилось.

Откуда вообще у неё такие мысли?

Я защищал своё!

– Мы можем поговорить нормально? – спрашиваю сдержанно, хотя сам весь натянут, делаю два шага к ней. – Тебе нужно успокоиться.

Нам обоим это необходимо, потому что меня тоже внутри трясет.

Мне так же тяжело на неё смотреть, но я сдерживаюсь, понимаю, что, успокоившись, все плохие мысли исчезнут.

Не хотелось бы на эмоциях ещё чего натворить.

Подхожу к ней, хочу прижать к себе, но она машет головой, выставляет руки вперёд.

Вздергивает подбородок, смотрит стеклянным взглядом.

– Не могу я, видеть тебя не хочу, – еле слышно шепчет покусанными губами. – Просто уезжай...

Слова как серпом по яйцам.

Снова прогоняет, а мне, если честно, это уже надоело.

Хрен с ней. Пускай уходит и ревет себе в подушку.

Я же пытался, но, когда я делал шаг в ее направлении, она делала два назад, я больше не могу.

Поэтому, не смотря на нее, сажусь в машину и с визгом колёс выезжаю с территории общежития.

Да пошла она к черту.