Глава 28. Долго колебаться – страху набираться

- Это моя вина… - всхлипнула я в очередной раз, и Пашка стукнул кулаком по колену.

- Хватит! – прорычал он. – Если ты в чем и виновата, так только в сострадании к этому кретину!

К его словам следовало прислушаться, но я переживала из-за того, что случилось с Геннадием. Даже слишком. Несмотря на мамину профессию, больница не стала моим вторым домом, наоборот, мама как будто оберегала меня от медицинских реалий. А тут скорая помощь, врачи в белых халатах, запах лекарств, уколы, носилки…

Геннадий обратился за помощью ко мне, но я лишь присутствовала, забившись в угол комнаты и прижавшись к Мите, пока Пашка общался с врачами и собирал вещи для больницы. Все оказалось до смешного просто: у Геннадия язва, он нарушил диету, начался приступ. А кто принес ему жаркое и маринованные баклажаны? Конечно, я.

- Яна, не глупи, - вздохнула Аля. – Понимаю, у тебя стресс, но пора уже включить голову. Еду я готовила и собирала. Я тоже виновата? Или, может, виноват великовозрастный дурак, который знал, что ему нельзя, но все равно съел? Как ребенок, честное слово!

- И вообще, все же хорошо, - в сотый раз повторил Митя, крепче прижимая меня к себе.

Наверное, все они правы. Геннадий в больнице, в отдельной палате, под наблюдением. Врач сказал, что ничего страшного, два-три дня полечат и выпишут. И мама уже спешит на помощь, Геннадий сам ей позвонил. А меня ничего не связывает с этим человеком, можно просто забыть о нем, как о страшном сне.

Пашка настоял на поездке в Ессентуки. Буквально взял за шкирку, как котенка, и засунул в электричку.

- Нечего сопли на кулак мотать, - бурчал он. – Погуляем, отдохнем. Не обсуждается!

Утешение я искала у Мити. В отличие от Пашки, он не скупился на объятия и даже поглаживал меня то по плечу, то по спине, успокаивая. К счастью, Пашка не ревновал. Я больше переживала из-за Влада, потому что, не отвечала на его смс-ки и пропустила два звонка, избегая общения во взвинченном состоянии. А еще готовилась к тому, что завтра он узнает правду. И, хотя ничего плохого я не сделала, на душе было тревожно.

Пожалуй, если бы Пашка оставил меня в покое, то я накрутила бы себя до невменяемого состояния.

- Яна, подожди, - попросил он, когда мы спустились с перрона в Ессентуках. – Не спеши.

Аля и Митя, словно по какой-то молчаливой договоренности, ушли вперед, не оглядываясь. А Пашка обнял меня – как всегда, неловко и по-медвежьи.

- Не переживай, - попросил он. – Ничего страшного не произошло. Не думай о плохом.

Я шумно вздохнула.

- Я рядом, ты же знаешь, - добавил он.

- Спасибо, Паш. Все будет хорошо, да?

- Только так, - кивнул он. – И это не обсуждается.

Не знаю, за какие заслуги у меня появился личный ангел-хранитель. Конечно, я и без Пашки как-то справлялась, но с ним моя жизнь определенно заиграла новыми красками.

Мы быстро догнали Алю и Митю, и вместе вошли в старый тенистый парк. Все же хорошо, что Пашка настоял на прогулке! Здесь дышалось как-то по-особенному. Не так, как в парке Кисловодска, но тоже легко, свободно, вкусно. Красивые клумбы, длинные аллеи, старые беседки. Мы почти не разговаривали – шли медленно, глазели по сторонам, фотографировали. И, конечно же, заглянули в здание, где находился знаменитый источник «Ессентуки 17».

Внутри было красиво: сохранились старые интерьеры, витражные стекла, мраморная отделка. И выбор воды не такой большой, как в Нарзанной галерее.

- Яна, что ты делаешь? - воскликнула Аля.

- А чего? - Я быстро допила воду. - Решила все попробовать, и тепленькую тоже.

- Теплую минеральную воду пьют в лечебных целях. - Аля едва сдерживала смех. - Могут быть последствия.

- Какие? - спросил Пашка, опасливо глядя на недопитый стакан. - Непредсказуемые?

- Предсказуемые, - фыркнула Аля. - Она желчь из печени гонит, а желчь провоцирует понос.

- Ой... - Я схватилась за живот. Там бурлило. - А где здесь...

И ломанулась вслед за Пашкой, который уже несся к выходу.

Предупреждать надо!

Вместе с желудком чудесным образом прочистились и мозги. Или сработала магия старого парка? Пока друзья пробовали воду в источнике «Ессентуки 4», я, наконец-то, написала Владу. Ничего особенного, просто отправила ему пару смайликов и единственную фразу: «Прости, что не отвечала».

И довольно улыбнулась, когда телефон завибрировал. Влад перезвонил сразу же, значит, ждал моего сообщения.

- Привет, солнышко.

Нарочитая небрежность не смогла скрыть волнение в голосе.

- Привет, мой дракон.

Нет, если он может употреблять все эти словечки, то почему мне нельзя? Пусть привыкает. Не рыбкой же мне его величать!

Легкий смешок подтвердил, что я на правильном пути.

- У тебя все в порядке?

Закономерный вопрос, ведь я не отвечала на звонки.

- Да, - вполне искренне ответила я, ожидая следующего, о причине молчания.

- Чем занимаешься?

Трудно не оценить, как Влад старается подавить в себе собственнические замашки.

- Мы в Ессентуках, гуляем в парке. Влад, прости, тогда я не могла говорить.

- Я понял. Тебе не надо оправдываться, Яна.

- Скучаю… - вырвалось у меня. – Жаль, что ты не с нами.

- Завтра уже скоро.

- А сегодня… Ох, прости. Чем занят ты? У тебя все хорошо?

- У меня все хорошо. – Он едва заметно вздохнул. – Визит к родственникам, я в пригороде.

- О, так ты в гостях.

- Бабушкины сестры, они пожилые… Помогал по мелочи.

У нас с ним сегодня день под девизом «Чип и Дейл спешат на помощь».

- Солнышко, пообещай, что сегодня не будешь меня ждать.

Вот как?

- Да-а-а… Ладно, как скажешь.

- Я освобожусь очень поздно. Возможно, ближе к утру. В ресторане играют свадьбу.

- А-а-а… - Мне тут же полегчало, хотя мысль о том, что Влад будет работать всю ночь, не вдохновляла.

- Зато потом выходной.

- Да. - Внутренности тут же скрутило в тугой узел. И отнюдь не от теплой минеральной воды. – Только выспись, хорошо?

- Яна… - выдохнул он так ласково, что я растеклась по лавочке.

И закрыла глаза, слушая милые глупости, которые он нашептывал мне по телефону, пока отряд воинствующих бабушек не потребовал от него новых трудовых подвигов.

- Тебе явно лучше, - сказала Аля, усаживаясь рядом. – Влад?

- Угу, - улыбнулась я. – А ребята где?

- О, полощут горло этой жуткой тухлой водой. – Алю передернуло. – На спор, кто круче.

- Мальчишки, - фыркнула я.

- Не то слово. Яна, останови меня, если я лезу не в свое дело…

- Лезь, - разрешила я, махнув рукой. – Ты хочешь дать совет? С удовольствием выслушаю.

- Да, хочу. – Аля обхватила себя руками, как будто замерзла. – Возможно, потому что сама когда-то осталась один на один… Впрочем, неважно. Яна, не бойся ошибиться.

Я удивленно на нее посмотрела. Ладно, Пашка. Он в курсе моей невеселой истории. Я уверена, что он не делился ею ни с кем. Так откуда Але знать о моих страхах?

- Да все мы в молодости через это проходим, - пояснила она. – Думаешь, у всех все гладко? Нет ее, этой идеальности. Не жди ее. Любишь – люби, не отказывай себе в этом. И не бойся быть неидеальной.

- Я… стараюсь. Спасибо, Аль.

- О чем загрустили, девчонки? – пробасил Пашка, подойдя к нашей скамейке.

В руках он держал бутылку с мутной жидкостью.

- Нет, - сказала Аля строго. – Если там то, о чем я думаю…

- То самое, - ухмыльнулся братец.

- В дом не пущу! – отчеканила Аля. – Будешь во дворе ночевать, вместе со своей вонючей бутылкой.

Митя молча стоял рядом с Пашкой, едва сдерживая улыбку. Кажется, они еще на что-то поспорили.

- Ну как же… А как же… - театрально «захныкал» Пашка. – Надо же узнать, когда выветрится…

Аля сложила на груди руки и смерила его сердитым взглядом.

- Аль, у него горло болит, - сказал Митя. – Эта гадость помогает.

- Как горло? – подскочила я.

- Дмитрий! – рыкнул Пашка.

- От горла не только гадость помогает, - не сдавалась Аля. – Паш, ты дурак? Почему молчал? Давно бы лекарство купили…

- Да не болит у меня ничего, - вздохнул Пашка и обратился к Мите: - Все, доволен? Я проиграл!

Бутылка отправилась в ближайшую урну.

- Детский сад! – всплеснула руками Аля. – Яна, пойдем.

- Не, ну ты что, обиделась? – всполошился Пашка. – Ой, уже и подурачиться нельзя…

- А на что спорили? – поинтересовалась я.

- На желание, - ответил Митя. – Сначала Паша выиграл, потом я.

- Ничья? Получается, без желаний.

- Наоборот! Целых два, мое и его.

Мы еще долго бродили по парку: ели мороженое, болтали, смеялись. А потом еле-еле успели на электричку. Влад звонил еще пару раз, но разговаривали мы недолго: я стеснялась нежничать при друзьях, его постоянно дергали родственники. Мы обменялись фотографиями, смайликами… А потом Влад отправился в ресторан, а я – помогать Але готовить ужин.

Завтра решили ехать на Медовые водопады. Звали и меня с Владом, но я отказалась наотрез. Какие водопады, если предстоит серьезный разговор? Правда, об этом я друзьям не сказала. С них станется отменить поездку, чтобы «быть на подхвате». Нет, ни за что. Это касается только меня и Влада.