35

Настя

Я лежала на кровати с ноутбуком на животе и смотрела куда-то сквозь монитор. Как только дыру в нем взглядом не прожгла.

Нас еще хватило на то, чтобы зайти на рынок. Фрукты — это, пожалуй, единственное, кроме мороженого, конечно, что я могла поедать в промышленных количествах. Хотя… сегодня вот сточила всего Серегиного ягненка. Неловко получилось. Видимо, это было продолжение психического жора.

Такие виражи со мной случались нечасто, но за несколько дней запросто могла наесть килограмма три-четыре. И все уходило почему-то в щеки и грудь. В отличие от мамы, слабым местом которой была пятая точка. Грудь-то полбеды, рабочим размером у меня был, как говорится, второй постиранный, но вот щеки… Получался натуральный хомяк. Впрочем, как только прекращала жрать, все быстро возвращалось на круги своя.

Привычка таскать с чужих тарелок появилась у меня еще в детстве. Шло все от бабушки Нюты, у них в семье это было чем-то таким обыденным. Если у меня на тарелке одно, а у кого-то другое — почему бы не попробовать кусочек? А вдруг мне тоже захочется? Разумеется, я проделывала подобные вещи только с хорошо знакомыми людьми, а не со всеми подряд. Для меня это был своего рода знак доверия. С Сергеем получилось на автопилоте. Сначала я утащила у него из тарелки чевапчину и только потом осознала этот факт. И уж точно не связала с мороженым, поскольку тогда он ничего не сказал. Как будто так и надо.

Сергей стал первым, кто фактически нахлопал мне по рукам. Бабушки, родители, Вовка и еще несколько близких знакомых реагировали спокойно. Точнее, никак не реагировали. Видимо, считали вполне простимым бзиком. И я неприятно удивилась: неужели жалко? Если б он стащил что-то у меня с тарелки, я бы отнеслась к этому совершенно спокойно. Но когда прозвучало, что не мешало бы сначала попросить… Как будто увидела все в другом ракурсе.

Странное дело, у него получалось заставить меня посмотреть на вещи под иным углом. Не только с едой. С ним вообще было не так, как с другими. С самого начала.

Все это уже выходило за рамки приятных и необременительных курортных отношений, от которых не остается ничего, кроме похожих на сон воспоминаний. Когда я окончательно поняла это? Когда вдруг заговорила о своей мечте жить у моря? Нет, тогда это еще можно было списать на «синдром попутчика». Доверить свое сокровенное человеку, пути с которым разойдутся очень скоро и навсегда, — почему бы и нет?

Может, когда так сладко дрогнуло внутри от этого его «Настенька»? Или когда стояли вдвоем в церкви и было в этом что-то таинственное, почти мистическое?

Так или иначе, я поставила на эти мысли блок. Раздвинув свой мыльный пузырь до четвертого сентября. Что потом? Это будет потом. Carpe diem — живи настоящим.

Но была еще одна проблема, отодвинуть которую вряд ли получилось бы так просто.

Когда мы поднялись к себе, я остановилась, вопросительно глядя на Сергея. С одной стороны, устала зверски. После полубессонной ночи и трипа в стиле хард спать хотелось так, что глаза слипались. С другой… не хотелось, чтобы он уходил.

— Иди, — он подтолкнул меня к двери. — Отдохни.

Я скорчила рожу. Сергей рассмеялся, обнял за плечи и сказал на ухо:

— Хочу, чтобы Бобик ожил к вечеру, а не сдох окончательно. Я не любитель насиловать трупы.

— К нам сегодня приходил некрозоопедофил, — продекламировала я, вытаскивая ключ. — Мертвых маленьких зверюшек он с собою приносил.

— Иди уже, зверюшка! — он ущипнул меня за попу.

Я легла, укрылась пледом, но сон не шел. Бывает такое: умираешь как хочешь спать, а не уснуть. Слишком много впечатлений.

Кстати, о впечатлениях…

Включив ноутбук, я открыла файл с заметками к статье, которые обрывались на обратной дороге из Котора. И на полчаса зависла над ними — в совершенном раздрае.

И что, спрашивается, тут можно было сочинить? Поскольку писали мы в эту рубрику под псевдонимами, условием стояло полнейшее as is[1]. Если секс — значит, секс. В буднях фитнес-клуба я все-таки опустила маленькое романтическое приключение с инструктором Левочкой, но там это был ничего не значащий эпизод. Однако от статьи «Отпуск с незнакомцем» вряд ли кто-то ждал описания экскурсий. На худой конец — в качестве альтернативы — объяснения, почему секса не случилось. Потому что незнакомец оказался жуткой мразью. Однозначно. Кого еще можно выловить из интернета?

Писать правду я не хотела. Выдумывать про ужас-ужас тоже. Не писать вообще? Это означало увольнение, без вариантов. Не слишком ли высокая цена за короткий курортный роман?

Полчаса я гипнотизировала экран, но не выжала из себя ни слова. Закрыла ноут, отодвинула в сторону и все-таки задремала. А когда проснулась, часы в телефоне показывали половину шестого. На значке Воцапа висела единичка сообщения.

«Квакни, как проснешься».

«Ква!» — ответила я.

Не прошло и минуты, как в дверь поскреблись. Сергей вошел с большой миской винограда и персиков.

— Полдник, леди. Как ты смотришь на то, чтобы попозже пойти окунуться? Можем даже на городской пляж, какая разница, если не загорать.

— Давай, — согласилась я. — А на обратном пути где-нибудь перекусим. Ты ведь все равно ужин потребуешь.

— Который ты у меня все равно отнимешь.

Вот как, интересно, у него это получалось? Вроде, мне и стыдно было, но ни капли не обидно.

— В чужой тарелке вкуснее, — пробурчала я, отвернувшись.

— Да ради бога. Пойдем на балконе посидим, а то душно у тебя здесь.

Захватив миску, бокалы и бутылку белого Крстача, мы вышли из комнаты. Но тут нас ждал сюрприз. На нашем балконе за столом вольготно расположились Лешик и Валечка, о которых мы со вчерашнего дня успели подзабыть.

[1] as is (англ.) — как есть