Глава 34

Аня Я все еще не могу пошевелиться и что-то сказать, когда слышу твердое уверенное заявление Огнева. Во мне, конечно, вспыхивает ярый протест, ведь никакой девушкой я ему не являюсь, но он гаснет почти сразу. Влезать в спор мне не хочется, да и вообще я бы предпочла стать вдруг невидимой и исчезнуть. Разговор парней до меня долетает словно сквозь толщу воды. Я понимаю лишь, что они разговаривают на повышенных тонах. Больше ничего. Ни слова не разбираю. – Идем… Это Костя. Подхватывает меня под локоть и уводит. Только обернувшись, понимаю, что мы привлекли много внимания. Происходящее там, внизу, уже никого не волнует, все смотрят на Огнева и Соколова. На их спор. И еще часть мне вслед всматривается. Я ежусь, потому что не привыкла к такому вниманию. В какой-то момент мне вообще хочется в прежнюю школу. Там хоть и скучно было, но все предельно понятно. Меня никто не трогал, не обижал, не обращал внимания. Я наивно полагала, что первые мои отношения, влюбленность, симпатия и поцелуи появятся уже в университете. На примере прошлой школы думала, что все именно так и будет, но здесь… здесь действуют совсем другие законы. И они, по правде, вгоняют меня в ступор. – Они там без тебя разберутся, – говорит Костя, помогая мне сесть в автомобиль. Я почему-то думаю, что он увезет меня отсюда, но он лишь садится за руль. Конечно, мы ждем Огнева. Мы ведь с ним сюда приехали, значит, и уедем вместе. – Волнуешься? – с интересом спрашивает Костя. Я отрицательно мотаю головой, хотя, надо признать, я переживаю. Огнев там один, Костя здесь, со мной. Я понятия не имею, с кем пришел Соколов. – Все в порядке будет, – говорит он. – Кир и не из таких передряг вылезал. Не ожидал, что вы вместе. Он ничего не говорил. Чуть не говорю, что и сама не ожидала, но язык прикусываю. Вначале нужно поговорить с Кириллом, у него наверняка есть план. Я вообще не могу понять, в какой момент я стала считаться с мнением и словами Огнева. Мы ведь… не дружили даже. Спорили постоянно и ненавидели друг друга. Видимо, произошедшая кража так нас сплотила. Я оценила широкий жест Огнева и его желание найти виновного, хотя Борис сказал, что это не так важно. Мы с Костей посматриваем в ту сторону, откуда должен прийти Огнев. Ждем. Разговор не клеится, потому что мы слишком плохо друг друга знаем, правда, я прекрасно вижу, как он с интересом на меня посматривает. Заявление Кирилла ошарашило не только Соколова, но и всех присутствующих. Даже меня. Я до сих пор хочу услышать объяснения. Уверена, они есть, иначе и быть не может. Я не могу быть девушкой Кирилла. У него есть Тина. В какой-то момент понимаю, что убеждаю себя. Глупо, конечно. Все и так очевидно, но я дополнительно все проговариваю, чтобы не пригревать бестолковую надежду. Она, как оказалось, у меня имеется. Теплится в груди и никуда не уходит. Нелогичная абсолютно, ведь мы с Огневым, и так понятно, не пара. Не подходим друг другу. Сердце же, по всей видимости, со мной не согласно. Стучит в груди как ненормальное. В какой-то момент мне даже кажется, что его слышно, но Костя внимания не обращает, значит, это только мои загоны. Всматриваюсь в одну точку так долго, что болят глаза. Несколько раз смаргиваю, отворачиваюсь, протираю глаза. И как раз в этот момент дверца автомобиля распахивается, и в салон плюхается Кирилл. На переднее сиденье, слава богу, иначе я понятия не имею, как вела бы себя, сядь он рядом. – Поехали! – командует Огнев. В какой-то момент ловлю его взгляд в зеркале заднего вида. Чувствую, как жаром опаляет мои щеки, и отворачиваюсь. Смущаюсь жутко. После его слов как-то не по себе становится. Вопреки голосу разума начинаю думать: что если он говорил серьезно? Если… если и правда хочет, чтобы я была его девушкой? Тогда что? Что будет? Нет! Даже думать не буду! Столько проблем сразу на мои плечи свалится! За мыслями не сразу понимаю, что мы приезжаем. Только когда машина паркуется, и парни наружу выходят, отмираю. Боюсь выйти, но приходится. Не сидеть же вечно в машине. Костя и так наверняка считает меня странной, ведь он постоянно пытался со мной заговорить, а я молчала или отвечала односложно. Пока парни прощаются, подумываю убежать в дом, но Кирилл не отпускает. Только мимо прохожу, за руку меня хватает и пальцы наши переплетает. Меня тут же огнем обжигает. Все тело каким-то непонятным теплом окутывает, словно коконом. И сердце с еще большим ускорением работать начинает. Стою, боюсь пошевелиться. Держу Кирилла за руку. Почему-то даже не волнуюсь, что кто-то увидит. Не страшно мне совсем, хотя это и неправильно. Маму инфаркт хватит, если мы вдруг объявим, что встречаемся. Она у меня современная, но к мальчикам относится настороженно, а тут еще Кирилл, который ей не особо нравился до кражи, а уж после… – Лады, пока… – говорит Кирилл Косте. Через минуту он заводит машину и уезжает, а мы остаемся стоять в темноте. Удивительно, что мама мне не звонила, ведь мы уезжали, еще когда было светло. Вообще, странно, что она меня отпустила. Может, Борис ее переубедил насчет Кирилла? – Мама волнуется, – говорю, чтобы скрасить как-то возникшую неловкость. – Идем, скажем, что мы приехали. Он увлекает меня за собой, все еще держа за руку. Так и подходим к двери, правда, когда та распахивается, я резко отдергиваю руку. – Анечка… приехали! – говорит мама. – А у меня как раз ужин готов. Вот, иду Борю звать. Мама не выглядит обеспокоенной, приглашает нас к столу. – Мы чуть позже, тетя Зина, – говорит Кирилл. – С Аней посидим на улице немного, пока не поздно, погода такая… теплая. – Конечно, – соглашается. – Рада, что вы подружились. Очень рада… Когда мама уходит, я толкаю Кирилла в бок. – Что это было? – Что? – Мы не идем ужинать? – Позже. Или ты голодная? – Нет, но… – Вот и здорово. Нам поговорить надо, – увлекает меня за собой, ведет к беседке. К той самой, где мы целовались. Тут снова темно, и меня сразу же окутывает волнением. А уж когда родители заходят в дом, так и вообще… мне кажется, что стук моего сердца слышен не только мне, но и Кириллу, и даже на соседней улице. А еще у меня губы пересохли от переживаний. Первой спросить, что это было, не решаюсь. Мы вообще не разговариваем. Но держимся за руки. Как только мама ушла, Кирилл снова переплел наши пальцы и теперь не отпускает. Так и сидим. Я слышу его надсадное дыхание и стараюсь успокоить сорвавшееся свое. Не выходит. Еще труднее становится, когда Кирилл ко мне поворачивается. Я не вижу, но чувствую. Он садится так, чтобы смотреть на меня. Я же… я так и продолжаю, словно статуя, сидеть с вытянутой спиной. Волнение меня заполняет до отказа. – Аня… – и голос у него такой… кожа тут же мурашками покрывается. – Да… Он молчит, словно с мыслями собирается. Мои же мысли где-то далеко витают. И воспоминания появляются, как мы здесь… с ним… – Я серьезно говорил, – наконец произносит. – О чем ты? Конечно, я понимаю. У нас сейчас не так много тем для разговора. Кирилл молчит долго. В какой-то момент мне вообще кажется, что он просто ничего не скажет. Поднимется и уйдет, но он неожиданно выдыхает: – Будешь моей?