Глава 46

Кирилл – Это вопиющий проступок! – кричит наша классная. – Как вам такое только в голову пришло? Мы приехали и не досчитались вас. Вы хоть знаете, как я волновалась? Ответственность за вас лежит на мне! Аня во время этого монолога вжимает голову в плечи и на Викторию Андреевну старается не смотреть. Чувствует вину, тогда как я абсолютно спокоен. Я не сделал ничего из того, за что я бы чувствовал стыд или вину. – Аня ничего не знала. Я силой вытащил ее из автобуса. – Огнев! – восклицает. – Сам создаешь проблемы и других подбиваешь. Вот что с тобой делать? – Понять и… простить! Боковым зрением вижу, как Аня улыбается. – Чтобы я вас вместе сегодня не видела! – тычет в нас пальцами. – Устроили тут, понимаешь ли… – Не увидите, Виктория Андреевна, – обещаю ей. – Мы постараемся! – Огнев! – Идем, – тихо шепчу Ане и беру ее за руку. Она хоть и чувствует себя виноватой, но ладонь в ответ сжимает и решительно следует за мной. Слушать истерику нашей классухи нет никакого желания. – Кирилл, – останавливает меня на лестничном пролете. – Может, послушаем Викторию Андреевну? И правда плохо поступили. – И еще хуже поступим, – обещаю ей. – Жду тебя сегодня в восемь. Как раз после отбоя, хотя, может, Андреевна нас раньше отправит спать, как думаешь? – Вряд ли… – Я бы на ее месте отправил и прикончил бутылочку после такого-то стресса. – Кирилл! – В восемь! – Я не приду, говорила же. – Я буду ждать, – кричу ей уже внизу. Сбегаю, чтобы подготовиться, ну и Андреевне же обещал, что не будем сегодня вместе у нее на глазах. Как-то нужно сдерживаться. До восьми остается всего три часа, за которые я успеваю заказать шикарный букет роз, несколько вкусных на вид десертов и лимонад, который мне посоветовали в ресторане. По такому поводу в идеале пить что-нибудь покрепче, но я уверен, что новенькая даже думать о таком не станет. Ровно в семь спускаемся к ужину. В ресторане на нас смотрят странно. Еще бы. Толпа тинейджеров в этом неплохом заведении смотрится странно, но о доставке наша классуха даже слышать не захотела. Все-таки ответственность за сохранность номеров лежит на ее плечах. – Тихо, ребята! Не мешаем другим есть. В этом мы с одноклассниками адекватные. Спокойно поглощаем заказанную еду и через пятнадцать минут ретируемся. – Все расходимся по комнатам, никаких развлечений и тем более пьянок. Смотрит при этом Виктория Андреевна почему-то на меня. Я, между прочим, никакую пьянку устраивать не собирался. Разве что цветочно-лимонадную. Впрочем, ее многозначительный вид я понимаю десятью минутами позже, когда в дверь моего номера звонят. Увы, вижу за дверью я совсем не Аню, а друзей. Стоят с широкими улыбками и ждут, когда я их приглашу. – И чего приперлись? – Как чего? – хмыкает Чиж. – Тусить. – Я не приглашал. Захлопнуть перед их носами дверь они не позволяют. Останавливают меня силой троих и смотрят странно. – Как это – не приглашал? Воспользовавшись моей растерянностью, открывают дверь и вваливаются внутрь. И только потом я вспоминаю, что уже рассыпал лепестки роз и приготовил букет, да и пироженки на стол поставил. – Нифига себе! – слышу, как парни присвистывают. – Мы тут лишние. – Однозначно. – У кого-то намечается лямур. Через минуту они все показываются в коридоре. Смотрят на меня и ржут. – Это ради новенькой так запарился? – спрашивает Чиж. – Не ожидал, но одобряю. – Идите уже, одобрители. Жду Аню до половины девятого, а потом нервным комком нервов выкатываюсь из номера. Я, конечно, слышал, что она сказала, но думал, шутит. Все-таки я планировал провести с ней вечер, номер этот снял. Не для чего-то там, посидеть, поговорить, в планах не было руки распускать. Но она не пришла даже на пирожные… Иду за ней. Сглатываю гордость и иду, потому что соскучился. Да и привык уже к первым шагам. У ее двери торможу, а затем несколько раз громко стучу. Открывает мне подруга Тины. Имя ее напрочь забыл, хотя помню, что мы знакомы. – А мы… спим уже, – сообщает с ехидной улыбкой. – А я не к вам! – А она тоже спит. Первой легла. Даже нас всех уложила. Я верю. Почти. Пока не слышу жалобный тонкий голос: – Отпусти…те… пожалуйста. Толкаю эту длинноногую швабру и вваливаюсь в номер. Первое, что вижу – Аня стоит на коленях. Почему-то вся мокрая, начиная от волос и заканчивая прилипшим к телу платьем. – А мы тут… душ принимаем, – находится Тина, стоящая над Аней с кувшином в руке. Эли в номере нет, а ведь я понадеялся, что она постоит за Аню. При виде меня новенькая краснеет и отворачивается, еще и руками себя обхватывает. Явно ведь стыдится того, что я увидел ее такой. – Зря… – рычу так, что Тина тут же отставляет кувшин в сторону. – Это же шутки, – бубнит, пока я на нее надвигаюсь. – Шутки просто, мы играли. – Вы – возможно, а я вот не буду. Идем… За руку тащу ее в душ. Она, конечно, пытается сопротивляться, но как только усиливаю хватку на ее запястье, послушно встает под холодные струи. Намеренно включаю ледяную воду. Освежится пусть и подумает над своим поведением. – Почему же не смеёшься? – спрашиваю у нее. – Крутая шутка, нет? – Кирилл… холодно. – А мне… – Кирилл… Голос Ани сзади меня отрезвляет. Я быстро шагаю к ней, забыв о существовании Тины. – Оставь ее, – просит. Удивляюсь ее способности быть такой заботливой даже к тем, кто ведет себя, как последняя сволочь. – Идем, – беру ее за руку. – Но я… мокрая. – Угу. Все равно пошли. В коридоре подхватываю ее на руки и так несу в лифт. Аня, конечно, пытается брыкаться, но получается у нее плохо. Дрожь ее тела передается и мне. Смотрю на нее – и еще сильнее хочется удавить Тину за то, что она такая стерва. Что новенькая ей сделала, кроме того, что стала моей девушкой? Так со мной бы разбиралась, но это не в стиле Романовой, она всегда бьет по слабым. – Одежда моя там осталась, – бубнит Аня. – Тут первоклассные халаты, – вношу ее в свой номер с этими словами, и сразу же направляемся в душ. – Давай под горячий душ, надевай халат и ко мне. Я что-то интересное приготовил. Опускаю ее на пол, но Аня тут же за меня цепляется. – Я… я… я хотела прийти, но они не дали. Я не собиралась… динамить. – В курсе уже, – киваю. – О них больше не беспокойся, я позабочусь, чтобы к тебе не прикасались.