Глава 65

Светлана

Проснулась с чугунной головой от вкусного запаха жаренных яиц. Не сразу сообразила, что лежу дома в своей постели. Попыталась встать с кровати, и меня настиг следующий нежданчик: я была плотно замотана одеялом. Еле-еле вырвалась из этих пут дьявола. Я не могла сама так закрутиться в него!

А потом до меня начало доходить осознание. Я в квартире не одна. Густо покраснела, пытаясь вспомнить вчерашний вечер, но никак. Память отключилась примерно после того, как Игорь позвал на свидание, а Владимир утащил танцевать. Помню, что там было очень вкусное шампанское, от которого я не могла оторваться. Помню, что я расстроилась и разочаровалась в себе и в жизни.

Я ж не Золушка, и я никогда не получу принца. Даже если принц нагловатый, хамоватый начальник.

Так кого же я умудрилась привести в свою квартиру? Кто жарил яичницу? Игорь или Владимир? Или вообще кто-то третий, может незнакомец? И самый главный вопрос: было ли этой ночью что-то между нами?

Боже, как же стыдно!

Накинула халат, вышла на кухню и остолбенела. Но это было по истине завораживающее зрелище! Владимир в носках, в трусах и рубашке маялся у плиты, жаря куриные яйца. На столе уже было четыре кусочка хлеба, зажаренных в тостере. Причём, эти куски хлеба составляли цельные бутерброды, потому что внутри я разглядела нарезанные сыр и колбасу. Похоже, этот нахал чувствовал себя, как дома, раз так смело хозяйничал у меня на кухне и успел порыться в холодильнике.

Выдохнула. По крайней мере, это был не Игорь.

Невольно залюбовалась задницей Владимира и громко откашлялась. Начала пялиться на неё неприлично долго.

— А, ты уже проснулась? — ухмыльнулся парень, повернувшись, окинув меня очень горячим взглядом. — Как спалось тебе, моя маленькая пьяница?

Ударило током от его короткого, но проникновенного «моя». Стало трудно дышать. Закрыла глаза, пытаясь привести своё дыхание в порядок.

— Совсем не помнишь, что было этой ночью? — дьявол на моей кухне откровенно издевался, посылая нехорошие намёки.

— Мы переспали? — ухнула я на табуретку — ноги подкосились.

Заняться сексом с ненавистным и одновременно желанным мужчиной не входило в мои планы на вчерашний вечер. Но ещё больше туда не входило ничего из этого не помнить. Если и унижаться, то хотя бы помнить об удовольствие. Что Владимир сказочный любовник сомнений у меня почему-то не вызывало.

— Ох, что ты, нет! — рассмеялся гость, продолжая со мной играть. — Я джентльмен. Я не трогаю девушек, когда они не в состоянии за себя ответить.

Напряжённо слушала его, не перебивая. Очень сложно было смотреть не на его трусы. Какого чёрта он на моей кухне в нижнем белье?!

— Но ты была такая… податливая, игривая, желающая. Пыталась меня поцеловать, соблазнить. Так и хотелось с тобой согрешить! — Владимир говорил это с настолько довольным выражением лица, что мне мгновенно захотелось его чем-нибудь пристукнуть.

Пока до меня не дошло…

— Боже, нет! Ты всё врёшь! Чтобы… — задохнулась от возмущения, но резко оборвалась: Владимир подошёл ближе, показывая воротничок рубашки, который был измазан в губной помаде. Моей губной помаде.

Густо покраснела, понимая, что он говорил правду. У меня не осталось никакого аргумента против.

— Тогда почему ты… — задохнулась вновь, потому что до меня дошло, что Владимир снял с меня платье, видел меня голой, но предпочёл не трогать, несмотря на все мои приставания.

— Ну, если бы ты пристала ко мне трезвой так же, как приставала вчера, то, поверь, у тебя было бы самоё жаркое утро любви в твоей жизни, — негодяй вновь наклонился над моим лицом.

Его губы оказались невыносимо близко с моим лицом. Так хотелось вкусить этот запретный плод, перестать быть правильной и невинной, попробовать яблоко греха, но…

— Не дождёшься, — вместо этого прошипела я, как змея. Я буду жалеть об этом. Уже начинаю жалеть.

Владимир спокойно пожал плечами, а затем неожиданно вывалил яичницу на два куска поджаренного хлеба. После чего изящным движением руки разрезал яичницу и положил передо мной на тарелку готовый бутерброд.

— Чаю будешь? — электрический чайник за его спиной в этот момент показательно отщёлкнулся, закипев.

А я недоумённо смотрела на «произведение искусства». Как это вообще можно есть?!