Глава 86

Светлана

Разревелась, как идиотка на груди у Владимира. Ну, вот зачем ему нищая, да ещё и истеричка? Погуляет и бросит, как надоем.

— Успокойся и объясни мне, что случилось! — уже требовательно заявил хозяин дома. Кажется, он начинал терять терпение.

— Вов… — еле выговорила, потому что опять возникло желание назвать его полным именем. — Ну вот зачем тебе такая, как я?

Подняла на него зарёванные глаза. Было ужасно стыдно, но такую реакцию не ожидала увидеть. Он оторопел, рассматривая меня глазами шесть на девять.

— Какую «такую»? — наконец, осторожно спросил он. — Такую красивую, добрую, милую, любящую, умную? Мне продолжать?

— Нет, — оборвала его, хоть и мне было приятно всё это слышать. — Истеричку, да и, к тому же, ещё и нищую.

Владимир шумно и облегчённо выдохнул.

— Так вот в чём причина! — хохотнул он.

— Прекрати! — не выдержала я, и легонько толкнула его. — Не смешно. Такие, как ты, долго не встречаются с такими, как я.

— Ага. А Сергей и Мила? — хмыкнул мужчина, поведя плечами.

— Исключение из правил. Богачи женятся на таких же, как они сами, чтобы приумножить капитал, — с умным видом отметила я, вновь осмотрев просторы кухни. Она была слишком огромной.

— Стереотипы, навязанный обществом, — хмыкнул мой собеседник. — Ты знаешь, как устаёшь от того, что все в округе видят в тебе кошелёк с деньгами? Знаешь, как вдвойне неприятно, когда все считают тебя папенькиным сыночком, богатеньким мажором и совершенно не понимают, какой ты на самом деле? — похоже его взорвало.

И теперь оторопела я. Не ожидала услышать такой тирады и такого откровения. Вова всегда был закрытым и услышать от него подобную браваду являлось для меня чем-то более значимым и важным.

— Выкинь дурь из башки. Хватит судить людей по кошельку и по состоянию, — сурово добавил он.

— Прости… Я не хотела тебя обидеть, — тяжело вздохнула, не зная, что и сказать. Пока я мариновала свою истерику, я совершенно не заметила потребности и чувства близкого мне человека.

— Отец поднялся уже до моего рождения, и я с детства ни в чём не нуждался. Но, в отличие от Глеба, меня не баловали. Я знал цену деньгам, и как их нужно зарабатывать. Лет в шестнадцать я даже раздавал флаеры, потому что мне было интересно, каково это, заработать своё. И в школе разница не чувствовалась. Проблемы начались с университета, — не ожидала, что Владимир продолжит свою историю, поэтому слушала, не перебивая. — Я учился в престижном университете столицы. В первый раз влюбился, а потом выяснил, что девушка была со мной сугубо из-за денег, статуса и связей. Это был ужасный удар по самооценке. Я уже тогда уверился, что любовь — не для такого, как я. Все во мне будут видеть деньги моего отца, — он тяжело вздохнул, а я покачала головой. — И всё это привело ещё к одному. Ровесники видели во мне только деньги, а старшее поколение считало, что я сынок богача, мажор. Человек, ни на что не годный и не способный. И я так устал доказывать обратное всему грёбанному миру, который живёт устаревшими стереотипами!

Владимир вскочил, сжал кулаки, тяжело вздохнул, а затем молча отправился к балкону. Застыла, наблюдая за его молчаливой истерикой. Для меня это стало настоящей неожиданностью.

Вот я идиотка! Какая же я дура!

Поспешила к нему, приобняв. Не стала смотреть на красоты столицы, и не стала оценивать высоту. Сейчас для меня был важен только мужчина.

— Вов, прости меня пожалуйста… Я… не хотела обидеть, — было трудно подобрать слова, чтобы выразить всё то, что я испытывала и чувствовала.

Он повернулся ко мне и печально улыбнулся:

— Свет, для меня отношения — это не просто слова. Это уже серьёзно. Ты вторая за всю мою жизнь, с кем я официально встречаюсь, — он сделал небольшую паузу, словно решаясь сказать что-то ещё или нет. Потом тяжело вздохнул и тихо добавил: — Свет, я тебя люблю.

Застыла с округлившимися глазами, не зная, что и сказать.