Глава 1

— Ева, нам с отцом нужно с тобой поговорить, — мама неожиданно прерывает мою репетицию. Заметив волнение на ее лице, я даже не успеваю рассердиться за то, что она вошла в комнату без стука.

Мама знает, как для меня важно готовиться к чемпионату по спортивным бальным танцам, поэтому я тренируюсь каждую свободную минутку. Но случилось, наверное, что-то серьезное и неприятное, раз уж она мне даже в глаза не смотрит. Киваю, выключаю музыку и спускаюсь вслед за ней на первый этаж.

Отец, чернее облака, сидит в гостиной с таким видом, будто усталость раздавила его изнутри, воротник рубашки расстегнут, в руке недопитый стакан с алкоголем. Еще одно доказательство того, что на нашу семью обрушилось что-то ужасное, потому что отец практически не пьет. В последний раз он пригубил виски три года назад после похорон своего брата.

— Папа, что происходит? Лучше скажите мне прямо и сразу, без попыток зайти издалека, — сажусь рядом с ним, коснувшись его руки. Отец тяжело вздохнул, но в глаза взглянул мне не сразу.

— Я обанкротился, дочь. С треском. Дело моей жизни рухнуло в один день. Нам придется продать дом, машины, другое имущество, чтобы расплатиться с банком. Придется перебраться в двухкомнатную квартиру твоей бабки на окраине и начинать жизнь с нуля, но уже с более скромными потребностями. Твои танцы тоже придется бросить, Ева. Я не смогу оплачивать все эти костюмы и поездки. Мне очень жаль.

Мгновенно покрываюсь холодным липким потом. Дышать становится больно, пытаюсь сделать вдох, но в груди будто кто-то поставил заслонку. Я могу легко отказаться от деликатесов и машины с водителем, но отказаться от того единственного, что делает меня счастливой…

— Правда, есть один вариант, который поможет спасти положение, — выдержав паузу, произносит отец, а мама, усевшись рядом со мной, начинает поглаживать меня по спине, наверняка уже зная, что этот вариант мне не понравится еще больше, чем банкротство и отказ от привычного образа жизни. — Тебе придется выйти замуж за Марка Кравцова... Он сам предложил. Его капитал спасет мою компанию…

— Нет! — вскрикнув, вскакиваю на ноги, сбросив с плеча руку матери.

— Ева, не отказывайся вот так сгоряча, — у мамы такой умоляющий голос, и это злит еще больше.

— То есть вы готовы пожертвовать мной ради компании? Выдать меня за этого похотливого упыря? Марк неприятный скользкий тип, который явно обогатился незаконным путем!

— Дочка, ты относишься к нему с предубеждением. На самом деле он очень привлекательный мужчина, многие пытались его заарканить и женить на себе, но это пока никому не удалось. Да, у него специфическое чувство юмора, он бывает дерзким, но кто из нас не имеет недостатков. Ты ему нравишься, несмотря на твой сложный характер, Кравцов мечтает взять тебя в жены, — мама из кожи лезет, чтобы меня смягчить, заставить подумать, убедить, что так будет лучше для всех и своей жертвой я спасу нашу семью. — Кстати, Марк пообещал, что ты продолжишь заниматься танцами даже после свадьбы, — ее виноватая улыбка ранит меня в самое сердце. Мама, зная меня, ты пытаешься заставить меня жить с нелюбимым?

— Марк сегодня придет к нам на ужин, — добавляет отец, ставя меня перед фактом и наградив при этом многозначительным взглядом. — Прошу, дай ему шанс. Потому что иначе, жизнь, которая нас всех ждет, тебе точно будет не по душе.

Тяжелой походкой медленно поднимаюсь наверх, падаю на свою кровать и смотрю в потолок на невидимую точку, о которую ударяются все мои мысли. Не хочу, чтобы моим первым мужчиной стал этот хам с крысиными глазами и ехидной улыбкой. Не хочу, чтобы меня касались его руки. Однажды он уже пытался... воспоминания о той вечеринке в День Святого Валентина до сих пор вызывают у меня спазмы тошноты. В ответ на домогательства этого пьяного ублюдка я с изяществом танцовщицы ударила его коленом в пах, у меня сильные ноги, натренированные, ему, видимо, было больно. И уже тогда он прошипел мне в лицо что-то жутко-мерзопакостное. Поэтому сегодня у него, пожалуй, будет вечер триумфа... Нет, я не смогу даже за все сокровища мира, пусть даже придется пожертвовать моими любимыми танцами. Только не Марк.

Прихорашиваться ради него не стала, так и вышла к столу в спортивном костюме, сразу поймав упрек в глазах матери. Мой "жених" окинул меня взглядом покупателя:

— Надеюсь, ты все еще девственница? — вот так, без элементарного приветствия и намека на воспитанность, пожалуй, именно это мама называет «специфическим чувством юмора».

— А что от этого будет зависеть размер инвестиции? — вызывающе вскидываю голову, глядя на него с отвращением. Я не дам ему ни единого шанса, лучше буду голодать.

— Ева, — дергает меня мама. — Кто хочет попробовать мясного рулета?

Марк не сводит с меня глаз, он явно пришел насладиться местью, а не рулет жрать. Игнорируя вопросы хозяйки дома, выставляет свои условия. Слова вроде выстрелы, по крайней мере для меня:

— Мы поженимся завтра. Зачем откладывать неизбежное. Никакой пышной свадьбы, чтобы деньги на ветер не выбрасывать, только официальная роспись, чтобы все было законно. И тогда, обещаю, все останутся довольны, вы с моей помощью удержите свой бизнес на плаву, а я буду наслаждаться компанией моей прекрасной жены, мы очень постараемся подарить вам внуков как можно быстрее. Правда, Ева? — Марк перекатывает издевательскую улыбку на своих тонких губах. — Светлана, Роман, можете оставить меня с вашей дочерью наедине? Ненадолго. Хочу пошептаться с этой красавицей без свидетелей.

Родители послушно встают со своих мест, оставляя меня лицом к лицу с этим монстром. Хочется вонзить ему вилку в глаз, но я сижу не шелохнувшись, ровно выпрямив спину.

— Ну, что, ягодка, по-моему, очень выгодная сделка, — расслабляется, чувствуя себя хозяином положения. — Я давно собирался жениться, все подыскивал себе достойную пару, и ты именно то, что мне нужно. Сделаю из тебя послушную девочку, мне нравится перевоспитывать своенравных козочек. Ты же не подведешь людей, которые стали тебе родителями? Кажется, ты была совсем крохой, когда они тебя удочерили. Ты обязана им своей счастливой жизнью, не забывай. В противном случае, — Марк цокает языком. — Даже страшно представить, что за убогая жизнь вас ждет в противном случае.

— Ты закончил упиваться этим радостным моментом? — Мой голос прозвучал резко, и это он еще не видит моих рук, дрожащих под столом.

— Не совсем. Я не сказал главного. Даже если ты что-то выкинешь и не согласишься, позже мои люди все равно тебя найдут и притащат ко мне. Поэтому хорошо подумай, желательно головой, а не опираясь на свои гордые принципы, что все-таки быть моей женой куда выгоднее, чем стать моей игрушкой. Родители будут тебе бесконечно благодарны, а я ласковым, если будешь хорошо себя вести. До завтра. Заеду за тобой в десять, — приподнимается из-за стола и, проходя мимо меня, небрежно касается моей щеки кончиками своих холодных пальцев, из-за чего у меня сразу скрутило все внутренности. Страшно представить, что в 21 веке возможна подобная дикость, я понравилась опасному типу, и он не блефует. Поэтому у меня есть только один вариант, потому что я ни за что не выйду за него замуж... Убежать. И это пугает меня так же, как и его прикосновение.

— Ну, что? — Повернувшись, мама смотрит на меня с надеждой.

— Мне нужно подумать и подготовиться к завтрашнему дню, — нервно сглатываю и отворачиваюсь. Не знаю, сможете ли вы мне простить, но вам придется отказаться от безбедной жизни и смириться с банкротством. Жертвенным ягненком я не стану.

Заперевшись в своей комнате, несколько часов хожу туда-сюда, настраиваясь на самый безумный и отчаянный поступок в моей жизни. В Москве у меня живет подруга, вместе мы, наверное, что-то придумаем, нужно только как-то до нее добраться из Питера. И тут сразу возникает несколько проблем: у меня нет собственной машины, водитель из меня никакой, и мне придется все оставить, вещи, телефон, кредитки, чтобы не отследили. Возьму только наличные, которых у меня не так уж много, но на бензин должно хватить, и паспорт.

Спальня родителей находится на первом этаже. Мама спит очень чутко, как собака, поэтому выйти через парадную дверь не получится. Придется лезть в окно на втором этаже, перебираться на крышу гаража и прыгать на газон. На мое "счастье" в два часа ночи поднялся ветер, а вскоре послышался первый раскат грома. Господи, даже погода против меня. Гроза точно разбудит маму, обычно она ходит и проверяет закрыты ли окна и двери. Поэтому тянуть нельзя, плакать я себе запретила еще вечером.

«У тебя все получится, Ева! Когда-то же должно повезти!»

Сую за пазуху документы в плотном пакете, накидываю ветровку и осторожно выбираюсь в окно своей комнаты. Крадусь по крыше, сердце бьется так, что иногда приходится останавливаться, чтобы сделать вдох, в ушах бешено стучит пульс и мне постоянно мерещится, что кто-то зовет меня по имени.

... Прыгаю, прислушиваюсь и бегу изо всех сил вниз по улице. Через три дома от нас живет Фёдор Алексеевич, ему семьдесят лет, и он никогда не загоняет свой старый Форд в гараж. Мало того, он даже ключи оставляет, потому что боится их где-то потерять из-за склероза. Я собираюсь угнать машину бедного старика. Чтобы спастись…

Одно дело покататься несколько раз на пустыре и совсем другое доехать без удостоверения и почти без опыта до самой Москвы! Кому скажи, не поверят! В наше время все умеют водить машину, но я была слишком занята своими танцами и учебой, все откладывала, тянула, тем более, что меня возил водитель отца. И вот теперь, крепко сжимая руль, я смотрю на дорогу в свете фар и меня до сих пор трясёт. С перепугу, конечно, еще не такое можно отмочить.

Звонить подруге не стала, чтобы не определили с последнего вызова, где меня можно искать. Наоборот, я очистила свой список контактов и удалила все сообщения, оставив свой телефон на кровати... дома. Больше я туда не вернусь. Вот так, прихоть какого-то негодяя внезапно испоганила мою жизнь. Чёрт бы тебя побрал, Марк!

Вздремнув несколько часов на заправке возле Москвы, утром я снова завела краденый Форд и, сверяясь с картой, купленной на той же заправке, осторожно покатилась с черепашьей скоростью. Боже, лучше бы я бросила эту проклятую машину где-нибудь на обочине и пошла пешком! Ведь можно было узнать расписание автобусов, адрес Киры я знаю, но нет! Риск редко доводит до добра, особенно меня. Когда я вдруг врезалась в явно очень дорогую машину, не заметив знака, я просто бросила руль и закрыла глаза. Да, я идиотка. Испуганная дура. Сейчас выяснится, что это краденая машина, меня заберут в полицейский участок, допросят, позвонят родителям, и я снова окажусь в лапах Марка.

— Какого лысого? Ты ездишь с закрытыми глазами? Тогда это многое объясняет! — резко распахивая дверцу с моей стороны, рычит на меня водитель разбитого авто. Господи, почему природа наделяет мужчин такой привлекательной внешностью?! Он хорош даже когда сердится, но сердится он вполне справедливо. От него так приятно пахнет свежестью, чего не скажешь обо мне. — Ты еще и немая?

— Простите, пожалуйста. Я вас не заметила, — бормочу, понимая, как тупо это звучит.

— Вылезай давай, будем звонить в ГАИ. Извинением тут не обойдешься. Умеют же некоторые люди испортить день с самого утра! — раздраженный, недовольный. Вряд ли стоит рассчитывать на сочувствие и понимание с его стороны, но мне больше ничего другого не остается.

— Мне жаль, что ваш день испортила именно я, у меня, между прочим, тоже не самое приятное утро. Дело в том, что у меня нет документов на эту машину, как и водительского удостоверения. Глядя на вас, рискну предположить, что вы можете оплатить ремонт самостоятельно. Просто я сейчас в затруднительном положении…

— Вы только посмотрите, она продолжает над мной издеваться! Вот только не надо мне тут глазами моргать и на жалость давить, тебе это не поможет! То есть, ты села за руль чужой тачки, без водительского удостоверения и опыта, расфигачила мою куколку, и я должен тебе это просто простить? Я что похож на идиота? — рычит на меня незнакомец. Нет, ты похож на высокомерного засранца. Подумаешь, немного поцарапала твою железяку...

— Можете оставить мне свой номер телефона, и я вам потом все возмещу... если буду иметь возможность, — съеживаюсь, представляя реакцию этого типа.

— За кого ты меня принимаешь? Нет, девочка, ты отработаешь другим образом, раз уж нечем заплатить. Выбирай, или едешь со мной, или вызываем полицию.

— Я не... — краснею, начиная заикаться. — Я телом не торгую!

— То есть я похож не только на идиота, но еще и на извращенца?! — сердито фыркает. — Спасибо, но ты не в моём вкусе, так что ничего не получится, даже если тебе захочется. Тебе просто придется немного побыть моей женой. Фиктивной, конечно. Мне надо убедить братьев, что я выполнил условия пари. А через три месяца можешь идти на все четыре стороны! Обещаю относиться уважительно, не обижать, не цепляться и с вопросами не лезть. Питание и проживание за мой счет. Остальные условия обсудим более подробно уже после, если решишься принять мое предложение. Даю на размышления ровно одну минуту.

Опять же, риск только другого уровня. Только сумасшедший согласится, или тот, кого отчаяние загнало в угол, как меня, например. Хуже, чем вернуться домой с позором и быть изнасилованной Марком, быть ничего не может, поэтому у меня даже выбора нет, мне придется принять условия этого ненормального... А если предположить, что ему действительно нужна фиктивная жена, никого из знакомых он попросить не может, поэтому предлагает первой встречной, чтобы выиграть в каком-то глупом пари. У меня появится возможность спрятаться на три месяца и продумать план. Только сейчас до меня доходит, что люди Марка могут нагрянуть к моей подруге, разъяренный гад будет искать меня везде, а у друзей – в первую очередь.

— Минута уже прошла, — замечает этот симпатичный гад, вставая рядом со мной.

— У меня есть один вопрос. Что если я сейчас соглашусь, а завтра сбегу от тебя? Вряд ли ты поверишь моему честному слову, я твоему тоже не очень верю, — впервые его карие глаза смотрят на меня с любопытством. Оказывается, эти красивые глаза умеют улыбаться. Это скорее интуиция, но мне почему-то кажется, что хоть он и фыркает, сердито скрежеща зубами, он все же не законченный отморозок.

— Хм, хороший вопрос. Значит, не дура. Людям трудно доверять, сама понимаешь. Ремонт этой машины будет стоить мне почти половину ее стоимости, потому что это эксклюзивная модель.

— Ну да, конечно, — не сдержалась и ляпнула.

— Ты ни черта не понимаешь в тачках, — вздыхает, будто я его маму обидела. — По твоему вопросу. Я повешу на тебя маячок и буду отслеживать твое передвижение. Дело в том, что у меня есть определенные ресурсы, которые позволяют это сделать. Моя фирма... как бы это тактично сказать... иногда мы оказываем подобные услуги даже федералам. А еще, если ты сбежишь, я смогу найти тебя по камерам слежения, которые развешаны по всему городу. Но я не хочу тебя пугать, — сразу пытается меня успокоить, глядя на выражение моего лица. — Ты не будешь заложницей. Хотя, судя по всему, ты от кого-то убегаешь. Я прав? Поссорилась с парнем? — бархатные глаза пытаются отсканировать мои мысли. Смотрит внимательно, даже злиться перестал. А я едва дышу от шока. Маячок?!

— Нет у меня парня…Чёрт. Пожалуй, я все же рискну принять твое предложение. Может, не будем торчать посреди дороги?

— Хорошо. А с Фордом, что делать?

— Если можно... пусть его отгонят куда-нибудь подальше от города. Это можно сделать? — это самый невероятный случай в моей жизни, хотя мою жизнь нельзя назвать насыщенной. Даже в такой идиотской ситуации я вдруг нашла союзника. Незнакомца, за которого согласна выйти замуж, чтобы спастись.

— Можно, почему нет. То есть, чтобы тебя здесь не искали. Не думаю, что такой птенец, как ты, замешан в каком-то криминале, от силы ты могла где-то стырить булочку вместе с этой тачкой. Скорее, это что-то личное, верно?

— Я не хочу это обсуждать. Это одно из моих условий, — опустив взгляд, рассматриваю свои кроссовки.

— Договорились...Ты голодная?

— Есть немного, — снова поднимаю глаза, начинаю ему потихоньку доверять, как бродячий пес осторожно тянется за протянутым кусочком хлеба.

— Как тебя зовут? Документы хоть есть с собой?

— Угу, паспорт. Я Ева.

— Хм, красивое имя. Меня зовут Денис Шахов. Забирайся в мою помятую куколку, повезу тебя кормить. Заодно обсудим наше соглашение подробнее… А тебе разве ничего не нужно забрать из не совсем твоей машины? — вопросительно вскидывает брови, когда я почти сажусь на переднее сиденье его эксклюзивной модели.

— Там нет ничего моего. Я без вещей.

— Ровным счетом ничего с собой не прихватила? — Сев за руль, награждает меня еще одним пронзительным взглядом. — Извини за прямоту. Даже запасных трусов? — Вот паразит, как можно о таком спрашивать почти незнакомую девушку?! Чтобы я снова краснела? Еще и улыбается!

— Ничего. У меня только один комплект белья, и тот на мне. Я не местная, я пыталась убежать от очень плохого человека. Больше ничего не скажу. Пожалуйста, не спрашивай, — видимо, мой умоляющий тон заставил Дениса заткнуться и о чем-то глубоко задуматься.