Глава 14

Боже... как я все это выдержу? Уже после первого его движения с ног до головы покрываюсь мурашками и понимаю, что Денис прекрасно знает все основные элементы танго. А танцевать танго с партнером по танцам и танцевать с желанным мужчиной – две огромные разницы.

Танго – это гремучая смесь страсти, ревности и любви, ледяной танец раскаленных до предела чувств, когда воздух буквально дрожит и вибрирует от эмоций. Это язык тела, когда оно говорит о сокровенном. Танго танцуют для партнера, а не для публики. Если уж на то пошло, то это самый интимный танец, прелюдия к чему-то большему.

Каждый шаг, каждое его движение, поворот, то, как он меня держит, касаясь моей спины, опрокидывает назад и снова страстно прижимает к себе заставляет меня забыть напрочь обо всем, даже имени уже своего не помню, а реальный мир находится где-то отдельно от нас. Смотрю в эти глаза... и только они заставляют меня дышать, чтобы продолжать танцевать. Кожа словно объята пламенем, но оно не обжигает, оно ласкает тело и душу.

Музыка... танец... Денис... экстаз…

Никогда в жизни я не танцевала так и не испытывала таких эмоций.

Сердце бешено колотится, обгоняя ритм танго, потому что я вижу в глазах Дениса восхищение и обожание. Ни за что в мире не забуду этот день...

Помню, как под конец он потянулся к моим губам, как я со стоном обвила Дениса за шею, с бешеной жаждой углубляя наш поцелуй, сходя с ума от ласк его искусного языка и даже не заметила, как мы оказались на диване. Кажется, у моего мужа перегорел последний предохранитель, потому что его поцелуи такие настойчивые, а руки целенаправленно пытаются лишить меня платья. Меня трясет мелкой дрожью и в то же время я продолжаю плавиться и пылать, когда его губы коснулись моей... обнаженной груди. По сей день я не чувствовала ничего подобного, потому что еще ни один мужчина не прикасался к ним губами. Всхлипывая от удовольствия, подаюсь ему навстречу за добавкой, но... когда его пальцы коснулись моих трусиков, я мгновенно опомнилась, вернее часть меня «та, что на стреме» каким-то образом очухалась и включила заднюю скорость.

— Денис, это очень быстро... — испуганно выдыхаю, сжимая бедра и одновременно его руку между ними.

— Что быстро? — бормочет он, поднимая на меня затуманенные страстью глаза.

— Это… Я хочу подождать.

— Подождать? — переспрашивает, словно он не в себе.

— Да. Чтобы лучше узнать друг друга или... полюбить... хоть немного, — краснею, а Денис осторожно убирает свою руку.

— Полюбить, — повторяет за мной, тяжело дыша. — Если у меня повалит дым из ушей, не удивляйся, — выгибает бровь, поднимается и начинает расстегивать пуговицы на рубашке, стягивая ее за несколько секунд. У меня моментально пересыхает во рту, потому что так же быстро Денис расстегивает пояс и стягивает свои штаны.

— Тогда начнем с «узнавать друг друга поближе». Я твой муж, Ева. И если я нравлюсь тебе одетым, значит, понравлюсь и голым, — снимает с себя боксеры, демонстрируя свое возбуждение… Красота. Черт, сейчас... сознание потеряю.

— Нав... зачем ты с себя все снял? — лепечу, не в состоянии отвести взгляд. Мне стыдно, что я так пялюсь, но не могу ничего с собой поделать. Вид шикарный. От того, что мне хочется прикоснуться, краснею еще больше. «Та, что на стреме» вовсю удерживает позиции.

— Чтобы ты внимательно разглядела мужчину, который хочет тебя. Может, привыкнешь и все-таки решишься заняться любовью. Это может быть твоим, Ева... Твоим удовольствием. Можно сближаться, притираясь характерами, узнавая друг друга и при этом не игнорируя секс. Иногда он даже способствует, ускоряет сближение, — глаза у красавчика блестят и судя по тому, как он облизывает губы, у него тоже от такого задора пересохло во рту.

— Или ты поиграешь неопытной девчонкой и снова поедешь развлекаться со своими раскованными подружками. Ты мне нравишься, Денис, правда. И у меня есть желание заняться любовью, чтобы именно ты раскрыл во мне женщину, но я хочу быть уверенной, поэтому дай мне время. Мне хотелось бы отдать себя мужчине, который будет единственным в моей жизни. Знаю, теперь такое редко встречается, это похоже на старомодную утопию, но давай остановимся на этом моменте, а потом... немного погодя именно с него и начнем. Я понимаю, что со мной непросто.

— С какого именно момента, давай уточним, — выдыхает мой бедный полуфиктивный муж.

— Вот с этого, — я таки прикоснулась кончиками пальцев к тому, от чего не могла оторвать взгляд.

— Многообещающе, — хмыкает Денис. — Какая смелая. Знала бы ты насколько ты сейчас садистка. И что мне сейчас делать?

Действительно, Ева, что делать сногсшибательному голому мужчине, которого твои прикосновения возбудили еще больше? Я понимаю, что издеваюсь над ним, но по-другому не могу. Мне нужно время.

— Одеться и танцевать со мной, — улыбаюсь ему с искренней нежностью. — У тебя прекрасно получается... Как и целоваться.

— Тебе повезло, я все делаю прекрасно, — Ну, слава Богу, что не разозлился, спасается иронией. Подбирает одежду, все же собираясь одеваться. Респект тебе за выдержку Денис Шахов. Возможно, мне действительно достался лучший мужчина в мире.

— Задавака, — мой голос тоже стал другим, мурлыкающим.

— Упрямая капризница, — стоически вздыхает, сдержанно улыбается и протягивает руку. Джентльмен готов продолжать танцевать. Денис, я так быстро влюбляюсь в тебя…

Денис

... Это адски болезненно. И такое у меня случилось впервые, когда желаешь до боли, а тебе говорят, что еще надо подождать. Я с ней с ума сойду, выйду на крышу и начну выть. Сколько еще ей нужно времени? День, неделя, месяц? На дольше меня, пожалуй, не хватит. Я хочу ее, дико хочу, и только ее. До спазмов, до дрожи в коленях, до головокружения и белых мушек перед глазами. Когда это произойдет, я, вероятно, буду рыдать от счастья. Ева заставляет меня думать о ней постоянно, хочет, чтобы я сошел с ума, ведь не маленькая уже, должна понимать, как трудно взрослому мужчине игнорировать возбуждение такой силы. Все те полтора часа, что мы танцевали, я давал ей почувствовать, как устойчиво и крепко я ее хочу. А Ева только скромно улыбалась с загадочным видом, нежно отвечала на мои поцелуи и заглядывала мне в глаза.

Качавшийся до трех часов ночи, не мог уснуть, извилины запутались от мыслей, низ живота болит так, что хочется скулить, но я не буду снимать напряжение вручную, нет, Ева, это случится только с тобой, я так решил. Но потом ты у меня три дня из постели не вылезешь! Боже, об этом думать опасно, потому что могу не удержаться и пойти к ней. Пытаюсь отвлечь себя мыслями о завтрашней свадьбе Димы, о том, что меня снова ждут словесные баталии с Алисой, она тоже там, видимо, сидит клыки и острые словечки готовит. А еще мне интересно удастся ли Максу уговорить свою соседку пойти с ним на свадьбу, старший брат в последние дни сам на себя не похож.

Ох, уж эти женщины, проклятье и награда в одном флаконе! Кажется, уснул с мыслями о Еве, ее нежной шелковистой коже и о том, как она кайфует от моих поцелуев. Что ж, у меня еще есть несколько действенных способов довести мою жену до постели.

Еще не открывая глаз, понимаю, что уже утро, привычка подбрасывает в одно и то же время даже в мой выходной. Хочу кофе и увидеть Еву! Но сначала душ... холодный, потому что как только я думаю о своей девственной жене, возбуждение нарастает с новой силой. Не переться же к ней в таком состоянии.

Судя по тишине в квартире, Кисуня еще спит, уморилась вчера танцевать, издеваясь над своим несчастным мужем. А может, я уже начинаю ее пугать, поэтому лежит и не шевелится?

Готовлю кофе для двоих и иду в ее спальню. Ставлю поднос на тумбочку и сажусь рядом.

— Завидую твоему крепкому сну, красавица, — услышав мой голос, начинает вертеться, поворачивается ко мне, морщит свое сонное лицо. Такая милая, сладкая, теплая, так бы и съел ее. Боже, Денис, держи себя в руках. — Доброе утро. Доставка кофе в постель.

— Доброе, — садится, поправляя волосы, бросает на меня взгляд и смущается.

— Да, на мне снова надето лишь одно полотенце. Ну, извини, так уж получилось, — хмыкая, подаю ей чашку. — Ты спросонья такая красивая, — тяжело вздыхаю, потому что в груди действительно давит, меня к ней истошно манит. Мой комплимент вызывает у нее очередной румянец, улыбнувшись, Ева вдруг тянется ко мне, и я растерянно коротко целую ее в губы. Вау, ты очень рискуешь, детка, я едва сдерживаю себя, а ты так отчаянно дразнишь. Нужно срочно подумать о чем-то другом, пока я не набросился на нее прямо здесь. — Сегодня свадьба моего брата. И я подумал, может, перед тем, как начать собираться, мы успеем заскочить в торговый центр?

— Зачем? Что ты уже задумал, Шахов?

— Выберешь себе духи. Мне полночи не давала покоя мысль, что ты пользуешься моими. Думаю, еще тебе понадобятся разные средства для ухода за кожей, волосами, вы девушки любите заморачиваться красотой. Что скажешь? Развеемся немного перед сложным испытанием?

— Свадьба брата – это испытание? — Мне нравится, когда ее серые глаза становятся такими озорными. Я понимаю, что начинаю влюбляться, нет... я уже влюблен в нее. Чёрт... действительно влюблен, потому что ношусь с ней, как с писаной торбой, стелюсь ковриком, прилипаю душой, распускаю хвост и кручусь возле нее, как кот возле горячего пирожка.

— В каком-то смысле да, свадьба брата еще какое испытание, а для встречи с Алисой вообще нужна стальная нервная система. М-м-м, Ева, как ты себе представляешь "узнать друг друга поближе"? Мы должны больше общаться, постоянно быть вместе или писать список наших негативных качеств, ошибок, сожалений и мечтаний?

— Больше общаться будет достаточно. Я сейчас быстренько приму душ, оденусь и поедем. Спасибо за кофе, мне было приятно, — вскакивает с кровати, чмокает меня в щеку и прячется в ванной. А я падаю на ее подушку и как ненормальный с огромным удовольствием вдыхаю запах девушки, которая сводит меня с ума. Вот я влип. Вот у моей судьбы убийственный юмор. Спасибо, я оценил!

...Но, видимо, сегодня у судьбы со мной свои личные счеты.

Я понял, что неприятности только начинаются, когда увидел счастливое и улыбающееся лицо Софии, которая уже бежит мне навстречу. У меня остаются считанные секунды и метаться в сторону нет резона, хотя это точно не понравится Еве, зная Софию, с которой мы встречались еще в универе. Она уже тогда была с прибабахом, веселая, но без тормозов, а теперь бзики, видимо, усилились. Две секунды, и она уже визжит, повиснув у меня на шее:

— Денис Шахов, мой сладкий шикарный мальчик! Как я рада тебя видеть! Это же надо, только прилетела из Питера и сразу вижу тебя, это судьба! Дай вкусно поцелую! — Она меня реально сейчас задушит, приходится грубо оттолкнуть ее от себя. Успеваю взглянуть на Еву и еще раз убеждаюсь, что моя молодая жена все же ревнива. Глаза потемнели, она так сильно сжала губы, что у нее начал дрожать подбородок. Такое впечатление, что ей очень хочется отдубасить и меня, и Софию своей новой сумочкой.

— Даже не знаю, Соф, стоит ли тебе советовать обратиться к специалисту, который научит тебя держать свои эмоции под контролем, — произношу раздраженным тоном, давая понять, что встрече я нисколько не рад, потому что она меня в самом деле разозлила своей бестактностью. — Во-первых, я уже давно не мальчик, мы не виделись десять лет, во-вторых, я никогда не был твоим, а в-третьих, свою судьбу я уже встретил, это моя жена Ева, — беру за руку своего сердитого котенка. — Извини, София, но мы очень спешим, — и немедленно, пока одна из моих бывших не выдала очередную идиотскую фразу, тащу Еву за собой. Вот гадство, такой огромный торговый центр и надо же было так неудачно столкнуться со своим прошлым.

— И много их у тебя было, Денис? Они часто будут нам попадаться и вешаться тебе на шею? Не знаю, как мне при этом себя вести, может также их обнимать? — цедит сквозь зубы Ева.

Ты посмотри, как ее задело. Ревнует, значит, любит? Еле сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться. От того, что я ей отвечу, зависит не только то, как мы проведем остаток дня, но и наши с ней отношения. А может, пусть немного поревнует, может это ее подтолкнет?