Глава 27

— Мишель, стой! — резкий шепот Олега, заставил меня замереть на месте. Медленно повернула к нему голову и увидела его веселую улыбку:

— Подожди, там заячьи следы, посмотри, — проследила за его рукой и действительно увидела небольшие вмятины от маленьких лапок, оставшиеся на сырой земле. — Смотри, тут целая семья. Мама-зайчиха, вот, гляди, вот эти большие два, и вот еще — это мама. А вот эти маленькие, бесконечные — это зайчата. Странно, эта мамаша немного опоздала, обычно выводок у них должен быть в августе, а у этой…

Я смутилась, потому что рука моего сопровождающего вдруг легла мне на талию. Он как бы поддерживал меня, чтобы я не затоптала следы, но как-то это было… не совсем по-дружески.

— Интересно, — сказала, мягко отстраняясь, — ты столько знаешь о животных.

— Ну, я как-никак, почти ветеринар. На самом деле не всему обучают в вузе, основные знания получаешь, если интересуешься темой дополнительно, в свободное время.

— Понятно. Если это свободное время есть, — кивнула, вспомнив и работу, и моих девчонок, с которыми мы по вечерам без сил сидели на рабочей кухне и втихаря от начальства пили кофе. Редко, но эти наши встречи всегда были очень теплыми. И мне всегда не хотелось уходить от них раньше. Домой, где меня совсем не ждала моя родная бабушка.

— Кстати об этом. Маша, ты зря устроилась на эту работу. Если хочешь, я помогу тебе найти что-то получше.

— Получше — это переехать к деду, — проворчал подошедший Аскольд. — Давно тебе об этом говорю, Вермишелька моя. Далась тебе эта столица. Посмотри, как у нас здесь хорошо! Какой лес, а наш с тобой дом? Вот, ты хоть можешь себе представить, насколько мне без тебя грустно долгими зимними вечерами? Только Алевтина и спасает. Но она кормит на убой. Делать-то больше нечего. Вот и уничтожаем запасы всеми силами.

— Ага, а так вы закормите меня, — хихикнула я. — Дед, я хочу приехать, но я хочу сначала выучиться, кем-то стать.

— Глупости все это, — махнул мой любимый мужчина рукой на свою внучку, — ты женщина! Зачем тебе кем-то становиться? Твоя главная задача в этой жизни — стать мамой. Читать и писать выучилась, ну и отлично. Все. Потом замуж и правнуков мне дарить! Сколько уже раз повторять? Я уже и комнаты для твоих деток в усадьбе присмотрел.

— Аскольд Александрович, вы не правы, уж простите, — Олег решил за меня вступиться, — далеко не все женщины готовы быть только домохозяйками. А образование — это хорошо. Вот, если бы Мишель тоже пошла учиться на ветеринара, мы бы потом вместе могли работать.

— С каких это пор, ты решаешь, на кого ей учиться?

Мне кажется, вздрогнули мы все втроем. Я, дед и Олег. Мой невыносимый брат подошел настолько неожиданно, и вмешался в наш разговор. Как всегда, в своей манере. Он встал ровно за моей спиной и, не смотря на то, что Ярцев не касался меня, я кожей чувствовала его тепло. И его надежное присутствие в моей жизни.

— Я? — Олег даже не сразу нашелся, как ответить. — Я всего лишь предложил, — пожал он плечами. — Что в этом такого? Ты же, ничего не предлагаешь. А если бы Мишель решила пойти на ветеринара, я бы смог ей помочь. А потом, и Аскольд Александрович хочет, чтобы она здесь жила. А это отличная профессия для жизни в деревне.

— Придержи свои предложения при себе, — ответил сквозь зубы Ярцев и сгреб меня за талию. И, если Олег делал это осторожно, не навязываясь, Юджин поступил совсем иначе. Он как будто заявил всем один раз и навсегда, что только он будет решать, как и что будет с моей жизнью. — Маша, пойдем, я хочу с тобой поговорить…

— Ох… — прозвучало где-то впереди нас.

А в следующее мгновение мы все вчетвером, не сговариваясь, бросились к бабушке, которая только что, прямо на наших глазах, упала без чувств на сырую землю.

— Тома! Тамарочка!

— Аскольд, все нормально, — Олег, как будущий врач, пусть и не человеческий, быстро прощупал пульс, — она жива. Все хорошо. Но мы должны отнести ее к машине и как можно быстрее доставить в больницу!