Глава 35

— С какой стати я должна тебе что-то объяснять? — огрызнулась в ответ.

— Ну, — пожал огромными плечами мой брат и, нисколько не смущаясь присутствия бабушки, сказал следующее:

— С такой стати, что с некоторых пор у нас с тобой отношения. А еще с такой стати, — он угрожающе наклонился вперед, — что я хочу знать, почему моя невеста ни с того ни с сего дуется на меня и убегает, спрятавшись под крылом своей бабушки!

Повисла пауза. Честно. Не ждала я такого поворота событий. Все, что угодно, только не это. Что думать? Что говорить? Можно ли вообще дышать за этим столом?

— Какие еще отношения? — первой разморозилась, очевидно, более устойчивая к поворотам судьбы Тамара Юлиановна. — И при чем здесь Лика? Твоя невеста?

У него был шанс. Однозначно был шанс исправить ситуацию и все замолчать.

Но он не воспользовался им, чем окончательно добил меня. То, как дрожали мои колени. Кажется, от них дрожал даже весь пол в этом совсем не скромных размеров заведении.

— Лика давно уже не моя невеста, Тамара, — сказал, как отрезал Юджин, снова отклонившись на спинку кресла. — Мы давно расторгли наши отношения. Когда я говорю о своей невесте и об отношениях — я говорю о твоей внучке, Тамара, о Мишель.

Я была уверена в тот момент, что если бабушка раньше не получила никакой приступ, то в ту секунду ей было этого не миновать. Но, на мое личное удивление, она выдержала и этот поворот.

— Ты шутишь, Юджин? Глупые шутки. У меня и без твоего подзаборного юмора утро не задалось.

— Не шучу. Я говорю абсолютно серьезно, — остановил ее Ярцев. — Хотел сделать это красиво. С кольцом, церемонией, но раз у меня невеста немного сошла с ума, то выхода у меня нет, надо как-то спасать свое семейное счастье.

— Ничего не понимаю. У вас с Мишель… я что-то…

— Ты все правильно поняла, Тамара. Я люблю твою внучку, Мишель. Люблю не как сестру, а как женщину. И собираюсь жениться. У нас отношения. Я достаточно ясно объяснил?

— Д-достаточно, — от такого шока, бабулечка даже заикаться начала!

— Отлично. Значит, один вопрос мы прояснили. А теперь, надеюсь, ты мне объяснишь, Маша, что такого случилось вчера, почему сегодня ты решила сбежать от меня и больше не разгова…

— Я была вчера в библиотеке! — выпалила ему прямо в лицо. И, как будто ждала какой-то реакции. Что испугается, что начнет метаться, глупо оправдываться. Но на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Отлично. Нашла интересную книгу? Как обидеться на жениха? — съязвил паршивец.

— Ты прекрасно знаешь, что я там нашла, — процедила сквозь зубы и тоже отклонилась на спинке своего кресла. Все же, мы сделаны из одного теста, даже ведем себя одинаково.

— Полагаю, книги, — продолжил упираться гад.

— А еще тебя и Лику! И то, что вы там вместе делали!

— Интересно… — даже не смутился Ярцев. — И что же мы там делали?

— Ну, судя по ее реакции, — вмешалась внезапно бабушка, — как минимум сексом занимались. И весьма горячо…

Оставив нас обоих пребывать в шоке, она элегантным движением достала свою изысканную сумочку, распахнула ее и выудила оттуда… пачку длинных тонких сигарет. Взяв одну однозначно привычным жестом и достав еще и зажигалку, она со вкусом прикурила.

— Да, ребятки… Удивили вы меня. Так что там, Мишель, мне даже интересно стало. Что они делали вчера в библиотеке? Юджин, как человек, воспитанный отчасти Шереметьевым, поступил, как настоящий «мужчина»? Полагаю, щупал ее за соблазнительные округлости?

— Именно! — вырвалось у меня само собой.

— Забавно, когда бы я мог это успеть? Когда развлекал присутствующих у мангала? В том числе и твоего деда?

— Ну, этого-то дьявола мог бы и не упоминать, внучок. Не лучшее алиби ты себе выбрал.

— Тамара, я не знаю, какая кошка между вами с Аскольдом пробежала, но я своего деда уважаю.

— Ну, конечно, — бабушка еще раз с удовольствием затянулась и выпустила несколько колец разной величины прямо в сторону паршивца. — Подельники! Чего от вас еще ждать? Мужская солидарность, да? Короче. Ярцев! — внезапно резко сменив тон с дружеского на подзаборно-криминальный, бабушка в буквальном смысле наехала на звезду кинематографа. — Ты сейчас заканчиваешь этот балаган и везешь нас с внучкой домой. И довольно с нас, Шереметьевых и Ярцевых на сегодня!

Он помедлил лишь секунду. Наверное, переваривал эту резкую перемену в престарелой родственнице.

— Нет. Тебя, Тамара, я отвезу к тебе домой. А Мишель, как я и планировал, поедет ко мне. С этого дня она будет жить со мной! — опять появился этот рык, но бабушка невозмутимо и нисколько при этом не напрягаясь, остановила и его:

— О, мой мальчик, мне кажется… Нет, я уверена, тебе об этом стоит спросить саму девочку. Почему-то меня терзают смутные сомнения, что она будет немного не согласна с твоим волевым решением, — на последних словах, Тамара Юлиановна выражая сарказм крайней степени, сдвинула брови на переносице.

— Маша, — двоюродный брат серьезно, но уже гораздо более спокойно, обратился ко мне, — я хочу, чтобы ты дала мне возможность доказать тебе, что это не я был в библиотеке. И, даже если тебе понадобится время на то, чтобы спокойно принять наши отношения, привыкнуть ко мне — я готов подождать. Но хочу заботиться о тебе, заняться твоим образованием. Мы можем заключить договор — ты будешь жить в моей квартире, места там достаточно, у тебя будет отдельная комната. Маша. Дай мне шанс. Я обещаю не подходить к тебе, пока не скажешь, что готова к нашим отношениям.

— Тебе я тоже должна буду за комнату платить?

Вырвалось у меня тихое, но тут же под столом, добрая бабушка зачем-то больно наступила мне на ногу и, в данной ситуации, после того, как она только что продемонстрировала свои скрытые до этого дня качества, я предпочла героически заткнуться.

— В смысле, платить? — не понял Ярцев.

— Нет, ничего, я пошутила, — пошла на попятный, опустив глаза в стол.

— Девочка пошутила, — резюмировала бабушка громче, вроде как, если кому-то неслышно было, доношу еще раз.

— Маша, — Юджин явно предпочел заострить внимание на более важных вопросах. — Я жду твой ответ.

На самом деле, я уже знала, что скажу. Наверное, вот именно сейчас во мне проснулась настоящая частичка моей непростой бабушки. А может быть, элементарно все достало и мне захотелось в кои-то веки спихнуть свои проблемы на кого-нибудь. Например, на чьи-то сильные мужские плечи. В конце концов, уйти с опущенной головой с поля боя я всегда успею. И доставить тем самым удовольствие врагу. А вот, попортить ему нервы, будучи у него под самым носом — шанс навряд ли еще раз представится.

— Внук, давай завтракать и вези нас домой. Не к себе, ты же видишь, девочка…

— Я согласна, — произнес мой рот, прежде мозг успел согласиться с этим безумным решением. Собственно, о моей поспешной глупости мне сообщил строгий и очень неодобрительный взгляд бабушки, которым она успела меня тут же одарить.