Глава 20. Эксперименты

Эвелин Морель Впервые в жизни я себя ощущала настолько смелой и раскрепощённой, но всё же озвучить Филу свои желания для меня было совсем непросто. Зато теперь я смотрела на практически голого и определённо возбуждённого мужчину и размышляла с чего начать? Это было, как получить долгожданный подарок и медлить с развязыванием банта на обёртке. И мой сегодняшний подарок определённо был лучшим, что я когда-либо видела. – Ты собираешься только смотреть? – выгнув бровь, спросил Хартвуд. На его губах играла лукавая полуулыбка, которая делала этого мужчину безумно сексуальным. Впрочем, для меня Фил с самого начала этого странного путешествия превратился в непреодолимый соблазн: сильный, умный, смелый. Именно о таком мужчине рядом с собой я и мечтала. И лишь одна мысль назойливой горчинкой отравляла моё счастье – через двенадцать дней мы с Хартвудом должны будем расстаться. Впрочем, я не теряла надежды, что, когда отец решит свои проблемы, я смогу отыскать Фила и попытаться построить нормальные отношения. Папа наверняка будет против этого, но это тот случай, когда я готова идти против всего мира, а не только против своего отца. И всё же сейчас я не хотела и не стану думать о будущем. Мне предстояло насладиться настоящим, в котором я впервые за долгие годы могу быть просто влюблённой женщиной. – Нет, не только, – сказала я, стягивая через голову футболку, чтобы отбросить её в сторону. Следующими в кучу тряпок отправились мои штаны. С бюстгальтером я немного помедлила, но всё же решилась снять и его. Голубые глаза Фила потемнели, а дыхание стало более глубоким, частым. – Не обещаю, что смогу долго лежать бревном рядом с такой красавицей, – своим бархатным грудным голосом произнёс мой любовник, запуская по телу стаи колких мурашек. – Ты обещал быть послушным, Фил, – напомнила я, опускаясь на широкую, мускулистую грудь мужчины. Прикосновение кожа к коже обожгло яркостью ощущений. Наш слаженный стон прозвучал в тишине каюты. – Тогда не тяни время. Я не настолько терпеливый, как ты думаешь, – прошептал мне в губы Хартвуд, немного поёрзав подо мной, чтобы дать ощутить крупный налитый кровью член, упиравшийся в развилку между моих бёдер. Наш поцелуй с Филом в этот раз был торопливым, жадным, откровенным. С этим мужчиной я уже много раз целовалась, но каждый раз это было как-то по-новому. – Хорошо. Руки, – произнесла я, намекая, что кому-то пора убрать свои расшалившиеся конечности с моей попы. – Ум… мучительница, – шутливо проворчал Фил, но послушался. Читая некоторые довольно откровенные книги, я много раз фантазировала о том, чтобы из этого я хотела повторить, а сейчас передо мной был лучший из мужчин, и я приступила к своим сексуальным экспериментам. Легонько прикусила упрямый подбородок и тут же поцеловала, скользя языком по грубоватой от едва проклюнувшейся щетины коже. Скользнула поцелуями по скуле до нежного местечка на шее, оставляя там жёсткий собственнический поцелуй. Это было сильнее меня на уровне каких-то первобытных инстинктов, мне хотелось оставить на смуглой коже засос – отметину, говорящую всем, что этот мужчина мой. В ответ хриплый стон и моя ягодица легонько сжата большой ладонью. Приятно. По-хорошему, нужно было напомнить Филу, чтобы убрал руки, но я была слишком занята, изучая руками, языком, губами его сильное отзывчивое к ласкам тело. Я опускалась с поцелуями всё ниже: от уязвимой шеи к ключицам, рельефной мужской груди с маленькими бусинами тёмных сосков. Вдоволь наигравшись с этими чувствительными вершинками, я скользнула ещё ниже вдоль узкой полоски тёмных жёстких волос, пересекающих хорошо прокачанный мужской пресс и игриво нырявшую под резинку трусов. Фил уже стонал, не сдерживаясь, выгибаясь под моими губами. Потом нетерпеливо направил мою ладошку вниз, туда, где под мягкой тканью боксёров пульсировал от желания член. Я погладила мужскую плоть через бельё. Если бы мы ещё не были близки, и я не знала, как хорошо чувствовать его в себе, то могла бы даже испугаться того, насколько длинным и толстым был этот ствол. Устав ждать более решительных действий, Фил приподнял бёдра и стянул с себя мешавшую нам обоим ткань. – Хватит. Иди ко мне. Хочу тебя до безумия, – признался мужчина, ныряя своими длинными умелыми пальцами под промокшую насквозь ластовицу моих трусиков. – Нет. Я хочу попробовать кое-что ещё, – сказала я облизнув губы, но мужские пальцы, игравшие с моими набухшими складочками сильно отвлекали от экспериментов. – Хорошо. Сделаем по-другому, – прохрипел Фил, без особых усилий поднимая меня вверх, чтобы опустить меня прямо к себе на лицо тем самым местом, где пару секунд назад были его пальцы. – Что ты делаешь? – поёрзала я, пытаясь отстраниться, но сильные руки не дали мне увернуться. – Делай то, что хотела, а я буду в это время наслаждаться тобой, – ответил Хардвуд, безжалостно разрывая маленькие стринги и отбрасывая клочок испорченного кружева в сторону. – Ну же. Смелее, Эвелин, – сказал Фил и характерно двинул бёдрами, намекая на то, что ждёт моих действий, а сам в этот момент широко лизнул меня там, внизу, заставляя громко застонать. – Можешь повторять за мной и представлять, что я сейчас чувствую, – сводил меня с ума своими словами мужчина. Обхватив дрожащей ладошкой член, я наклонилась и лизнула багровую налитую головку, ощущая на языке солоновато-пряный вкус предсемени. Ничего неприятного в этом не было, а то, как вздрогнул и застонал подо мной Фил сподвигло меня на новые эксперименты. Тугая нежная плоть под моими губами буквально гудела от напряжения. Я лизала, сдавливала её губами, обводила языком узкую расселинку, захватывала ствол всё глубже, насколько хватало моих физических сил и двигалась, двигалась. А в это время губы и пальцы мужчины творили со мной такое, что в глазах темнело от удовольствия. Наши стоны слились в неутихающую мелодию. – Эва… – выдохнул моё имя Фил, обжигая горячим дыханием мокрые складки. – Хватит. Я уже так близко. Чёрт! – прошипел Хартвуд. Его дыхание стало рванным, лихорадочным, пальцы судорожно сжимались и разжимались на моих бёдрах, низ живота мужчины резко вздрогнул, а бёдра приподнялись в инстинктивном желании войти глубже. Это было безумно интимно и возбуждающе – ощущать свою женскую власть над этим сильным мужчиной, заставить его на секунду замереть, а потом провалиться в ослепляющую бездну оргазма. – Эв… ум-м… – простонал Фил, а потом я почувствовала, как в горло ударила тёплая влага его освобождения, но не остановилась, продолжая двигаться и сглатывать пряное семя. – Хватит, – прохрипел Хартвуд, отстраняя меня. – Твоя очередь расплачиваться, птичка Эва, – тяжело дыша сказал мой любовник, ловко переворачивая меня вниз, а потом действительно настала моя очередь кричать от острого наслаждения и рассыпаться искрами под умелыми губами и порочным языком Фила Хартвуда.