Глава 24. Фантазии и реальность

Фил Хартвуд Почти тридцать часов у штурвала давали о себе знать: спина немного затекла от практически неподвижной позы, в глазах рябило от проплывающего за смотровым окном мусора, медленно, но уверенно меня одолевала сонливость. Радовало то, что через какие-то полчаса можно будет зависнуть на орбите одной из безымянных планет этого сектора и наконец-то отдохнуть. С тех пор, как купил новый катер я практически не пользовался этим маршрутом, но раньше много раз летал данным путём, стремясь обезопасить себя и груз от встреч с пиратами. В принципе, если бы на борту «Кометы» не было Эвелин, то я бы не стал задерживаться, а просто включил автопилот и проспал те шесть часов пути, что оставались до станции Нова, но теперь мне не хотелось спешить. Да и чего греха таить, на предстоящей остановке большую часть времени я собирался потратить не на сон. При мысли о том, что именно я намеревался сделать со своей восхитительной пассажиркой, в паху приятно потяжелело и усталость отошла на второй план. Фактически, настоящая близость у нас с Эвой пока была только одна, и я планировал исправить это упущение. Думаю, универсальная мазь давно заживила небольшую травму Эвы от разрыва девственной плевы, но всё равно нужно было быть внимательным и осторожным. Вообще, в наше время представительницы прекрасного пола редко сохраняли этот рудимент. Чаще всего, достигнув определённого возраста, они шли в медицинские центры, где легко и безболезненно убирали то, что мешало им познавать свою сексуальность. И это было правильно: зачем терпеть боль и неудобства, если можно этого избежать? Думаю, Эве было просто стыдно обратиться с этим вопросом к отцу, а тот даже не задумывался о том, что его дочь уже вполне взрослая женщина. Как будто прочитав мои мысли, в рубку бесшумной тенью скользнула Эвелин и присела на место второго пилота. Когда я сказал, что скоро планирую остановку, малышка предложила приготовить ужин. Её забота обо мне была очень приятной, но я не хотел тратить отпущенное нам время на бытовую возню, поэтому стал открыто флиртовать с девушкой, припомнив её случайную оговорку о пошлых снах. Моя соблазнительная пассажирка тоже много раз заставляла меня просыпаться от сильнейшего возбуждения, поэтому мне было интересно, какие именно образы обо мне Эве нарисовало её подсознание. – Не вставай. Просто отодвинься от своей драгоценной аппаратуры. Я тебе покажу, – кусая покрасневшие губки, сказала Эвелин. – Надеюсь, в твоём сне я не изображал неподвижное бревно, девочка? – осипшим от возбуждения голосом, уточнил я, запустив автопилот и отъехав как можно дальше от приборов. – Ты не представляешь, насколько меня возбуждает то, как ты произносишь это своё «девочка». Мне вообще до мурашек нравится твой голос. Наверное, я не должна такое говорить, но это правда. Помнишь, когда ты пугал меня тем, что хм… грубо трахнешь меня? Я после этого не могла спокойно спать, представляя, как это могло ощущаться, – тихо сказала соблазнительная мисс Морель, опускаясь на колени перед моим креслом. – Эва… – выдохнул я. Сказать хотелось так много, но я вряд ли нашёл бы подходящие слова, чтобы выразить всю бурю чувств, которые эта девушка рождала во мне своими наивными признаниями. – Нет, во сне ты приказал мне поработать ртом с твоим, ну… – произнеся это моя сладкая, но совершенно невинная соблазнительница покраснела, как маков цвет и опустила глаза. – В бездну сны. Расскажешь и покажешь потом. Нужно сначала принять душ, пойдём в спальню, – прохрипел я, поднимая Эвелин на ноги. – Ладно, – не стала спорить моя пассажирка, следуя за мной в каюту. – Раздевайся, девочка, – приказал я тем же тоном, которым когда-то пытался запугать свою пассажирку. Естественно, я не собирался быть с ней грубым, но хотел посмотреть, как Эва отреагирует на эту мою игру. Тёмные зрачки в чистых серых глазах быстро расширились, а между влажными створками губ мелькнул юркий язычок, выдавая возбуждение девушки. Эвелин задышала глубже, а потом послушно стянула с себя яркую футболку, штаны, оставаясь в одном кружевном белье. – Снимай всё, – в этот раз я не стал щадить её стеснительность. Эве нечего стыдиться. Пусть привыкает показывать себя мне. Мысль о том, что когда-нибудь на моём месте окажется другой мужчина, отозвалась болезненным уколом, но я быстро прогнал лишние фантазии. Эвелин завела руки за спину, расстёгивая лифчик. Она отбросила его в сторону, а потом спустила вниз по стройным ножкам трусики из светлой кружевной ткани. Вроде бы ничего особенного девушка не делала, а у меня кровь кипела в жилах от этого зрелища. С себя одежду я снимал быстро, рывками, спеша освободиться от плена мешавшей мне ткани. – Пойдём со мной, девочка, – очередной приказ я сопроводил тем словом, которое по признанию Эвы её так цепляло. Малышка послушно зашла со мной в очиститель. Вдвоём в кабинке было тесновато, но мы вполне помещались и даже осталось немного пространства для манёвра. Включив тёплую воду, я с наслаждением смотрел за тем, как намокают и темнеют светлые пряди волос, как тяжёлые капли скользят по девичьему телу. Налив на губку жидкого мыла, я взбил пену и стал осторожно скользить мочалкой по телу девушки, чутко подмечая каждую её реакцию. Положив на полку губку, я продолжил её гладить ладонями. Стал мять совершенную женскую грудь, играть сосками, слушая тихие стоны Эвелин, погладил кончиками пальцев дрогнувший животик, нырнул между половыми губами, находя упругую горошину клитора. – Фил! – вскрикнула Эва, держась дрожащими руками за мои плечи. Тонкие пальчики ритмично сдавливали мою кожу в такт тем движениям, которыми я скользил по крошечному пучку нервов. Какая она всё-таки чувствительная. – Что, моя сладкая? О чём ты просишь? Скажи вслух. Я хочу слышать твои желания, – потребовал я, сходя с ума от ощущения скользкой влаги на своих пальцах. – Я хочу тебя в себе, – всхлипнула Эва, глядя мне прямо в душу своими серыми глазами с крупным зерном зрачка. – Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, девочка? – продолжал я нашу маленькую, но очень возбуждающую игру. – Да! Пожалуйста, – попросила моя страстная малышка, нетерпеливо ёрзая тазом, пока я растягивал пальцами узенькое лоно. Я и сам был возбуждён до предела. Член ныл от того, как мне хотелось погрузиться в эту жаркую влажную глубину. – Держись, – предупредил я, подхватывая девушку под коленями. Эва весила так мало, что держать её навесу не составляло почти никакого труда. Прислонив спину Эвелин к гладкой переборке, я медленно погрузился в тугие ножны и стал медленно двигаться, наслаждаясь ощущением жаркой тесноты, дарившей запредельное наслаждение. Скользящие по нам тёплые струи воды только добавляли остроты ощущениям. – Фил! Я хочу быстрее, глубже. Пожалуйста, – горячечно шептала девушка, сводя меня с ума. Первый мой резкий толчок и Эва вскрикнула, неосознанно вдавливая мне в плечи острые ноготки. Я даже успел испугаться, что причинил девушке боль. – Ещё! Сильнее, – тут же развеяла мои сомнения страстная малышка. А дальше началось форменное безумие. Я никогда раньше не отпускал свой контроль настолько, но сейчас практически сошёл с ума от удовольствия раз за разом резко вонзаясь в жаркую глубину. Тихий шелест воды, пошлые шлепки влажных тел, громкие стоны – всё это слилось в своеобразную мелодию нашей страсти, а когда Эва громко всхлипнула и забилась в моих руках от оргазма, я кончил так сильно, что едва устоял на ногах.