Глава 14

Все самые важные в жизни решения, как показывает практика, принимаются ночью и на кухне. Там происходят разговоры по душам, с чашкой горячего чая в руках и зажженной сигаретой в пепельнице. Вообще, ночь – это время суток, когда наш организм пребывает в расслабленном состоянии. Моральная выдержка сводится к нулю, а границы и рамки снимаются сами собой. Особенно тяжела ночь для тех, кого что-то тревожит.

Я проснулась посреди ночи от неуютного чувства пустоты. По спине бегал легкий холодок, от которого хотелось еще больше спрятаться под одеялом. Завернувшись, я покрутилась на кровати, не понимая, что меня смущает. Наверное, отсутствие любимой пижамы. Странно, что я решила так вот вздремнуть.

События прошедшего вечера настигали меня постепенно. Словно мозг, просыпаясь, посылал мне воспоминания, приоткрывая завесу легкой дремы.

Черт! Неужели я и правда переспала с Вадимом?

Ночные видения как ни кстати проплыли перед глазами. Прикоснулась пальцами к губам, которые немного покалывали. Все же, целовались мы долго и много. Еще раз приподняла одеяло и заглянула внутрь. Даже для верности провела ладонью по телу – ничего. Никакой одежды. Значит да, это не воспаленное воображение, не больная фантазия девочки с оче-е-е-ень длительным периодом воздержания.

И теперь поняла, что меня смутило. Постель, исключая меня, была пуста. Отсюда и холодок, который пробежал по коже. Видимо, Вадиму потребовалось встать.

Паника накатывала волнами. Нет, я понимала, что рано или поздно мы дойдем до этой стадии отношений, когда одежда полетит на пол, потому что слишком сильно накрутили друг друга. Но я абсолютно не знала, о чем с ним теперь говорить.

«Привет! Ну как спалось?» – банально, глупо и нелепо. Очевидно же, что не очень, раз смотался куда-то посреди ночи.

«Доброе утро, милый! Вот твой завтрак!» – еще глупее. Вадим не милый, как ты не крути. Да и вообще, если вспомнить все, то он еще то хамло редкостное.

«Ну как, я вернула себе потерянный балл на том взаимном собеседовании?» – бррр! Звучит так, словно я прям только и мечтаю заработать плюсики в его глазах.

«Здарова, хрен! Отлично провели время! У тебя такой большо-о-о-ой!» – я прыснула, представив себе его лицо, если бы он услышал такое из уст девушки, с которой провел ночь.

Так что ему сказать?

Прислушалась к шорохам в квартире. Вроде тихо, если не считать бубнежа, доносящегося в едва приоткрытую дверь. Значит, Вадим на кухне. И, судя по тому, что мой слух улавливает два голоса – с Ликой.

Гениальная идея осенила меня мгновенно. Если я сейчас оденусь и свалю на работу, то смогу оттянуть момент до того самого времени, когда придется говорить с тем, с кем переспала. Ну вот же оно, решение!

Разыскала в полутьме свои вещички и быстро, стараясь производить как можно меньше шума, напялила их. В шкаф лезть опасно, дверца может скрипнуть и тогда мне не удастся остаться незамеченной. Хотя, когда за мной захлопнется входная дверь, ребята все равно поймут, что я сбежала.

Молясь, чтобы везение было на моей стороне, я выудила телефон и через приложение заказала себе такси. На экране отобразилось время ожидания – три минуты. Отлично! Значит, если сейчас все пройдет гладко, я сумею покинуть этих двоих. А там, пока машинка будет катить меня по ночным улицам Москвы, успею придумать свою стратегию дальнейшего поведения.

Проскользнула в прихожую практически бесшумно, если не считать угла шкафа для обуви, об который больно ударилась мизинцем. Как же хорошо, что вовремя прикусила губу, чтобы не вскрикнуть.

Голоса теперь слышались четче, можно было разобрать, о чем Лика с Вадимом разговаривают. Невольно прислушалась и замерла, совершенно забыв о том, что внизу ожидает машина.

– Вторая осечка, Вадим, – с нажимом говорила Лика. – Тебе не кажется, что нужно закрывать этот тотализатор, иначе всем нам не сносить головы?

– Ставки сделаны, Лик. И они обязаны сыграть. А вообще, ты умница, что вовремя оказалась в нужное время, в нужном месте. Если бы не ты, мои люди не смогли бы перехватить беглянку. Как ей удалось ускользнуть от ребят, я до сих пор не понимаю.

– Ну, твоя Лена всегда отличалась умом и сообразительностью. Жаль, что не использовала эти данные, направляя в выгодное нам русло, – как-то горько усмехнулась подруга. – С документами оплошность вышла. Ее нашли раньше, чем мы предполагали. Так бы сработали по старой схеме, а свои прикрыли бы дело. А теперь начнут копать. Надо избавляться от свидетелей, Вадим. В первую очередь от Инги. Если она раскроет свою пасть, рухнет все. И тогда вся эта игра не имела смысла.

– Это не так просто, как тебе кажется, – отмахнулся мужчина. – Я сейчас под колпаком. Рядом топтуны пасутся. Уверен, что и техника на прослушке вся. Все же, в прошлый раз, именно я был главным подозреваемым.

– Может, дернем Глеба?

– Не вариант. Он мутит свою игру, суть которой я пока не понял, – покачал головой Вадим. – Не просто так же он опять крутится вокруг Таньки. Думаю, он решил перебить ставки.

– Мне кажется, что ничего не выйдет. Ты уже сорвал куш. Она влюблена в тебя, и сделает все, что захочешь, – не согласилась подруга. – И ты не тормози. Понимаю, девочка хороша, но так ведь дальше не может продолжаться.

– Почему? – спросил Вадим. – Почему бы и нет?

– Только не говори, что и сам влюбился. Монстрам вроде тебя неподвластно это чувство, – ехидно отбрила Лика. – Помни про уговор: что бы ни случилось, она не должна физически пострадать. Ставок на ее смерть не было. А если и будет, то я любую перебью.

Что ответил Вадим, я так и не услышала. В руках завибрировал телефон. Водитель, который ждал под подъездом звонил осведомиться о заказе: едем, не едем. Сердце быстро-быстро забилось в предчувствии неизбежного. Я раскрыта. Слышала ведь звук резко отодвинутых стульев и шаги.

Не теряя времени, выскочила наружу и от души хлопнула дверью. В тапочках бежать по лестнице было неудобно, а переобуться я, увлеченная подслушиванием, не успела.

Еще никогда в жизни я не неслась с такой скоростью. Мне казалось, что за мной гонятся, причем не Вадим или Лика, а стая озлобленных голодных оборотней. Прям затылком чувствовала, как их когтистые недолапы-переруки тянутся ко мне и цепляют растрепанные волосы, в надежде задержать меня. Слышала их дыхание в спину, которое подгоняло не хуже адреналина.

Что, черт возьми, происходит?

В такси я залетела пулей и, захлопнув дверцу, заорала медлительному водителю.

– Гони! Гони! Гони!!! – похлопала по плечу и назвала вдрес.

Он почесал макушку, окинул взглядом меня, раскрасневшуюся от быстрого бега, с растрепанными волосами и в одном тапке – второй потеряла где-то на лестнице – и резко выжал педаль газа. Последнее, что увидела я, когда выезжала со двора – растерянного Вадима, который босиком выскочил из подъезда и замер, глядя вслед отъезжающей машине.

Глядя на фонари, тускло освещающие мкад, я думала о том, что услышала. Расставаться с иллюзиями ой как не хотелось. Также не хотелось сейчас позволять слезам оставлять мокрые дорожки на щеках, и срываться вниз, с подбородка, в пропасть.

«Мам, почему я такая невезучая?» – подумала я, украдкой вытирая щеку.

А ведь действительно – почему? Почему я второй раз в своей жизни начала испытывать к человеку светлые чувства, прониклась доверием, открыла ему свою душу… И осталась среди пустоты. Строила яркий и красочный мир, а теперь вынуждена смотреть на его падение и разорение. На крах всего живого, что еще было во мне.

Из разговора Вадима и Лики я не поняла толком ничего. Кроме одного: меня очень старательно укутали в одеяло из лжи, заботливо накормили из ложечки враньем и уложили спать на простыни, сотканные из лицемерия. И я даже не знала, на кого я злюсь сейчас больше всего. На Лику, которая все это время скрывала истинное лицо под маской. Или на Вадима, который притворялся ужом, проник в мое сердце и голову, и сбросил костюм, обнажив ядовитые клыки кобры.

Кого я из них ненавидела больше?

Никого.

Как ни странно, я настолько была поражена происходящим, что не испытывала никаких эмоций. Ни жалости к себе. Ни злости на этих двоих. Ни обиды на весь мир.

Никаких эмоций. Одна пустота.

Я раз за разом прокручивала их разговор в голове, пытаясь нащупать хоть какую-то ниточку, которая прольет мне свет на эту тайну. И ниточек не было никаких.

– Притормози, – холодно приказала я водителю, который уже перестраивался в правый ряд для съезда с мкада.

– Но тут нельзя… – начал было он, но осекся, поймав мой взгляд в зеркале заднего вида.

– Сейчас мы добираемся до места назначения, и ты меня ждешь. Недолго, пару минут, – спокойно говорила я. – Заказ завершаешь, оценку я тебе поставлю высокую. Но новый не берешь. Мы поедем по другому адресу.

– Оплата? – согласно кивнул водитель. Надо же, даже уговаривать не пришлось!

– Плачу по двойному тарифу. Устраивает? – спросила я. – Но катаемся мы до упора.

– Хорошо, я снимусь с линии, – улыбнулся он, и принялся насвистывать мотив популярной песни.

– Тогда поехали, – откинулась я на спинку сидения и вновь стала размышлять.

Значит, если я правильно расслышала, Глеб тоже замешан в этом. И из этого следует, что к нему мне дергаться нельзя. Осталась Инга.

В памяти всплывает еще один разговор – наш с Вадимом.

«…Только вот былого доверия между нами не было. Теперь каждый был занят своей работой. Задушевные разговоры по вечерам сошли на нет, и спать мы стали в разных комнатах, изредка пересекаясь, так сказать, для здоровья. Да, я был глуп и слеп, когда каждому шагу на пути к краху нашей семьи, находил оправдание. Мы перестали общаться? Устаем, много работы. Спим в разных комнатах? Ну так у каждого должно быть личное пространство, свой собственный уголок, в котором можно почувствовать себя расслабленным и умиротворенным. Все чаще слышу разговоры по ночам? Наверное, это ее подружка звонит, у нее снова какие-то неприятности. И каждое оправдание, которое придумывал я сам, все больше приближало нас к пропасти. А потом она пропала. Просто села ночью в машину и поехала к своей Инге, у которой ничерта не ладилось с ее возлюбленным…»

И тут меня осенило. А не моя ли подружка Инга, у которой в тот момент как раз ничего не ладилось с возлюбленным, и есть та самая подружка Лены, к которой та моталась по ночам?

Если это она, то есть возможность вытрясти из нее душу и узнать, какого черта творится вокруг меня. Я даже подкупить ее могу. Она ведь грезит своим Глебом. Чем не плата? За ее предельно честный ответ, я раз и навсегда уйду с дороги. И даже не буду мстить. Забуду, вычеркну из памяти и исчезну.

А если не она, я все равно уйду с дороги. Хотя бы потому, что Глеб со своим предательством отошел на второй план. Мне нанесли раны посвежее, и так просто они не затянутся. И ни один хирург не сошьет пострадавшую душу.

Такси плавно припарковалось у дверей кафе, и я пулей выскочила наружу. Трясущимися руками вставляла ключ в замочную скважину, долго дергала его, пытаясь провернуть, что сейчас почему-то казалось нереальным, и наконец влетела в темное помещение.

По пути в сторону барной стойки я пересчитала своими бедрами все столы. Точнее их углы. Меня шатало, словно я пила всю ночь до состояния веселой хрюшки, и теперь едва стояла на ногах.

Наличка лежала в кассе. Аккуратно пересчитанная и перетянутая тоненькой резиночкой. Тут же лежала карта от корпоративного счета, на котором хранилась приличная сумма денег на расходы и уставной капитал предприятия.

– Ох, сколько же проблем будет с налоговой… – протянула я и решительно засунула наличку вместе с картой в сумку.

Деньги с карты я сняла в ближайшем банкомате. Также, для верности, обнулила и свою карту, на которой остались кое-какие сбережения. После такого вот наглого грабежа, меня точно станут искать. И первым делом заблокируют счет и поставят его на отслеживание. Так светиться будет глупо.

Сломав два кусочка, ставших ненужными, пластика, я бросила их в урну, прыгнула на заднее сидение такси и скороговоркой выпалила адрес Инги. Хоть бы эта дура была дома, а не бухала в очередном клубе.

Глядя в окно, я вновь вернулась в свои мысли.

А что, если мне это все привиделось? Что, если мне показалось, и они разговаривали совсем не обо мне? Лика ведь работала в фирме Вадима, и их беседа могла касаться именно работы.

– Ставки сделаны, Лик. И они обязаны сыграть. А вообще, ты умница, что вовремя оказалась в нужное время, в нужном месте. Если бы не ты, мои люди не смогли бы перехватить беглянку. Как ей удалось ускользнуть от ребят, я до сих пор не понимаю.

– Ну, твоя Лена всегда отличалась умом и сообразительностью. Жаль, что не использовала эти данные, направляя в выгодное нам русло, – как-то горько усмехнулась подруга. – С документами оплошность вышла. Ее нашли раньше, чем мы предполагали. Так бы сработали по старой схеме, а свои прикрыли бы дело. А теперь начнут копать. Надо избавляться от свидетелей, Вадим. В первую очередь от Инги. Если она раскроет свою пасть, рухнет все. И тогда вся эта игра не имела смысла.

– Это не так просто, как тебе кажется, – отмахнулся мужчина. – Я сейчас под колпаком. Рядом топтуны пасутся. Уверен, что и техника на прослушке вся. Все же, в прошлый раз, именно я был главным подозреваемым.

Я помотала головой, словно желала избавиться от всех мыслей разом. Нет, их разговор точно не касался работы. Их разговор касался меня.

– Может, дернем Глеба?

– Не вариант. Он мутит свою игру, суть которой я пока не понял, – покачал головой Вадим. – Не просто так же он опять крутится вокруг Таньки. Думаю, он решил перебить ставки.

– Мне кажется, что ничего не выйдет. Ты уже сорвал куш. Она влюблена в тебя, и сделает все, что захочешь, – не согласилась подруга. – И ты не тормози. Понимаю, девочка хороша, но так ведь дальше не может продолжаться.

– Почему? – спросил Вадим. – Почему бы и нет?

– Только не говори, что и сам влюбился. Монстрам вроде тебя неподвластно это чувство, – ехидно отбрила Лика. – Помни про уговор: что бы ни случилось, она не должна физически пострадать. Ставок на ее смерть не было. А если и будет, то я любую перебью.

– Монстрам вроде тебя неподвластно это чувство, – эхом повторила я слова подруги.

– Я не монстр, – обиделся водитель. – И любить умею горячо!

– Я не тебе, – отмахнулась я. – Следи лучше за дорогой, а не уши тут развешивай. Наберут всяких, а потом только и слышно о ДТП с такси в сводках новостей.

– Сейчас пешком пойдешь, – пригрозил он.

– Что, и двойной тариф тебе уже маленьким показался? – едко спросила я, желая на ком-то выместить злобу.

– Я себя не на помойке нашел, чтобы выслушивать гадости, – огрызнулся он и включил радио.

– Выключи, будь другом, – попросила я уже более вежливо. А ведь действительно, при чем тут он, несчастный водитель? – Башка трещит дико.

– Перепила? – как-то с издевкой улыбнулся он.

– Тебя это не касается. Повторяю, следи за дорогой.

Он выключил радио и расслабленно продолжил вести автомобиль. Настроение при этом у него значительно улучшилось. Теперь я то и дело ловила взгляды серых глаз, задумчиво изучающих меня. Поддавшись какому-то глупому порыву, я дождалась, когда он в очередной раз посмотрит на меня и высунула язык, скорчив при этом забавную рожицу.

Водитель поперхнулся, резко дернул руль, и немного сбросил скорость.

Теперь и у меня заметно поднималось настроение. Отлично, дорогие мои. Если играть, то моим правилам! Если жечь, то до победного конца. Если мстить, то с душой и полной самоотдачей!

Пристегните ремни, дамы и господа! Впереди вас ждет самый безбашенный, самый незабываемый аттракцион в вашей жизни.

Аттракцион с названием «Что такое глобальный кабздец и как с этим бороться».