Глава 29

Лука

Подсаживаю крикливого мужика в машину, а он упирается, гаденыш. Решаю, что надо помочь человеку… Четким ударов проверяю, на месте ли его печень.

-Ох! – только успел охнуть мой пассажир.

-Прошу, я вижу, что вам плохо! Отдышка? – заталкиваю его в авто и сажусь следом.

На улице остается охранник. У него четкая задача - не дать Лилии влезть в разборки, усадить ее в машину и ждать, пока дверь не откроется и клиент не скроется из поля зрения. За рулем водитель. Он выходит, как только мы вваливаемся в машину.

-Да я тебя в асфальт закатаю! – начинает сыпать угрозами мужик, приходя в себя. – Ты знаешь на кого рыпаешься? Знаешь на кого я работаю?

Сажусь полубоком, чтобы было удобнее рассматривать этого утырка. Одет в брендовые вещи, дорогие часы, на мизинце печатка… Она ни о чем не говорит. Это в Италии печатка – принадлежность к клану. Скорее всего он из тех, для которых понты, дороже денег. И рожа бандитская, такие «носили» в 90-е. Не перевелись ещё молодцы… Видно, откуда-то с периферии подтянулся, ещё не знает, что в большом городе быковать надо аккуратно, можно нарваться.

На его фразу лишь приподнимаю бровь. И на кого это мы, интересно, работаем?

-Да тебя Серега Северяк уроет за меня… Слыхал о таком?! Я его правая рука, - качнув головой, даю понять, что понял и принял информацию.

Достаю телефон. И набираю номер. Сразу ставлю на громкую связь.

-Да! – от одного этого да, у пассажира вытягивается лицо.

-Доброе утро, Сергей Леонидович, вас беспокоит Лука Федерино…

-Очень рад вас слышать, Лука. Сколько лет прошло, а я до сих пор вспоминаю вас добрым словом. Если бы не вы… сидел бы я сейчас в местах очень даже отдаленных, любовался северным сиянием…

-Это моя работа, помогать честным людям, - на мою реплику он лишь хохотнул. Зная, какую дичь он творил, я тоже сильно удивился, когда получилось разрулить все с минимальными затратами. - У меня к вам есть небольшое дело, личного характера…

-Конечно-конечно, хороший адвокат должен быть близким другом… Все решим, какие проблемы?

Хочется сказать, что лично у меня проблем нет, а вот работники его – долбоёбы. Но прямым текстом не скажу, культура общения, мать её… Каждому чмошнику надо все разжевать и объяснить.

-Тут у меня вышло недоразумение с вашим… сотрудником. Таковым он по крайней мере представляется.

-Кто? – рявкает грозно.

-А вот он тут, рядом со мной в машине. Сейчас сам и представится.

-Здрасьте, Сергей Леонидович, - заблеял моральный уродец, - это я… Витек… Витя Сотник.

-Витя? Ты только переехал в город, а уже нашел приключения на жопу!

-Да это все из-за бабы, - выдает Витек сгоряча. И тут же косится на меня. Боится получить ещё раз по печени? Правильно делает. На прощание отвешу ему пару пиздюлин, займусь его воспитанием, раз мамка под кустом высрала и бросила, забыв рассказать о правилах поведения в обществе.

-Сергей Леонидович, суть недоразумения сходится к главному, он обидел Лилию Александровну Михайловскую, близкую подругу Байронова и бывшую жену Владислава Михайловского. Вам ли не знать, Владислава… В свое время он успешно руководил… - чуть не ляпнул бандой. Хотя, как не обзови, криминал останется криминалом. Но я не успеваю договорить, Северов перебивает.

-Лука, я приношу свои искренние извинения, любая сумма… подарок для Лилия Александровны…

-Я думаю, что это лишнее. Как адвокат Михайловской считаю, что будет достаточно извинения, и чтобы никаких контактов, не говоря уже о мести.

-Даю слово, - клятвенно обещает.

-Понял. Вам… верю. Ну, тогда спасибо за понимание, - хочу сбросить вызов.

-Минутку. Витя, как только господин адвокат тебя отпустит, дуй сразу в офис, понял?

-Да-да… - гудки. Северов не стал дожидаться ответа Витька. А этот уёбыш, который ещё пять минут назад петушился, сидит, общипанным петухом. – Я ж не знал, что это Михайловская. Думал, что из обслуги…

-А что, обслуга не люди? – смотрю на него исподлобья. Надеюсь, мой взгляд передает полное пренебрежение этим типом.

-Люди, конечно…

-Выключай быдло… Хочешь, могу помочь? Экстрим тур по лесам нашего края… организую.

-Не-не, я все понял…

-Ну, раз понял… Выходишь из машины, идешь к Михайловской и искренне, повторяю… искренне извиняешься. Если она не поверит в твою искренность, тур тебе гарантирован. Понял?

-Понял, - нехотя открывает дверь и выползает из авто. Следую за ним.

Лиля сидит в своей машине. Окно открыто, и она… курит. Ненавижу, когда баба тянет в рот все что не попадя. Член – ладно, а вот сигареты… Она смотрит прямо, не обращая внимание на движение вокруг. Гордый профиль… прямо египетская царица.

-Простите, я… - без особого энтузиазма начинает толкать речь Витек.

-Стоп. Так не пойдет, останавливаю его. Давай сначала. Громко, с чувством, с расстановкой. Чтобы Станиславский встал с могилы и сказал: «Верю! Браво, Витек!».

Наконец-то Лиля поворачивает голову в нашу сторону. Взгляд – лед, режет на куски, расщепляет на молекулы. Теперь я понимаю, как ей удавалось вертеть вокруг пальца мужиков. И это точно не авторитет умершего супруга. Это что-то большее, внутренний стержень, сила и мощь в одном лишь взгляде, а с виду хрупкая женщина. На меня она всегда смотрела ровно, поначалу с недовольством, но вот так… никогда.

Лиля открывает дверь авто, охранник подает ей руку, и она выходит. Становится напротив провинившегося и ждёт его дальнейших действий.

-Эмм… Лилия Александровна… Нет, не так, - мужик на нервах, аж вспотел. А на улице минус три, вот это он перебздел… Вытирает трясущейся рукой капельки пота со лба и продолжает, - уважаемая, Лилия Александровна, я сожалею о случившемся, обещаю, что никогда подобное не повторится. Клянусь, - выдает с придыханием.

-Клянешься? – удивленно приподнимает бровь.

-Да-да, клянусь! – кивает головой, как болванчик.

-Если с головы моего ребёнка упадет хоть одна волосинка…

-Нет-нет, что вы…

-Я не закончила, - рыкнув, осаждает его. Затыкается, сдвигает брови, сосредоточился, будто собирается внимать каждому ее слову. Если б ещё и блокнот вытащил для записи, вообще б прикол был. – Послушай сюда, тебе повезло, что адвокат перехватил инициативу в этом деле. У меня были куда более кардинальные методы для разрешения вопроса, - Лилия подходит максимально близко к нему, наклоняется и что-то шепчет ему на ухо. При этом на лице у него маска боли: глаза вот-вот вывалятся, а рот, как у Призрачного лица из «Крика», и снова капельки пота выступают на лбу. Что она ему какое говорит? – Свободен.

Лиля делает шаг назад, моментально теряя интерес к персонажу. А тот пятится к своей машине. Чуть не падает с бордюра на капот своего же авто. Быстро оббегает его, прыгает за руль и по газам… миг, его и след простыл.

-Спасибо, парни, - обращаюсь к охранникам. Они уже фактически не подчиняются Лиле, но я обратился, а они не отказали, хоть и были сегодня не на смене.

Байронов забрал всех Лилиных охранников в свое ведомство. Клуб так и стоит закрытым. Лиля пока не знает… что здание скоро выставят на торги. На него уже есть заинтересованное лицо, и ему не откажут, так как он из властной структуры. Лиля же останется ни с чем. Здание было сдано ей в аренду на двадцать пять лет. Хоть срок и не вышел, но форс-мажорные обстоятельства, прописанные в договоре, четко дают понять, что правда на стороне госоргана. Спорить с государством смысла нет. Я об этом ей не говорил… скажу позже.

Лиля достает из дверного кармана влажные салфетки и тщательно вытирает руку.

-Что ты делаешь? – наблюдаю за этим процессом.

-Дезинфицирую руку. Мало ли, может у него лобковые вши.

-Чего? – и только сейчас до меня доходит, почему беднягу так перекосило. Она тупо схватила его за яйца. Смех раздирает. – Ты… ты потомок ирокезов? У тех скальпы были развешаны, а у тебя оторванные яйца?

-Ага, коллекционирую. А особо примечательные, зажариваю и ем.

-Насмешила… - отсмеявшись, вытираю слёзы из уголков глаз. - Отвезешь меня домой? – интересуюсь у египетской царицы.

-Отвезу, - а вот теперь взгляд у нееёсовершенно другой, лукавый. И в этом лукавстве – надежда, что не отпущу ее, приглашу в «гости».

-Я так понимаю, что ты должна вернуться сюда к трём… - скрываю усмешку, мазнув по лицу рукой. Такое продолжение «доброго» утра меня абсолютно устраивает. Я сильно и не стрессовал, но нервы мне этот тип попортил. Куда-то же надо выплеснуть скопившуюся энергию. А раз Лилия частично виновата, то пусть получает свою порцию моей энергии.

-Точно, - улыбается в ответ.

-Может тогда я сяду за руль?

-Боишься? Не переживай, я хорошо вожу, муж учил, - почему-то упоминание бывшего мужа неприятно задевает. Конечно, Лиля девочка взрослая, разное с ней случалось… но только к Владу я реально ее ревную. Глупо, особенно учитывая тот факт, что его уже больше двадцати лет как нет… Но, когда она говорит он нем, чувствую себя третьим лишним, заменой, бездушным фаллоимитатором, которым пользуются для здоровья.

-Нет не боюсь… - от чувства второсортности, боевой настрой угасает.

-У тебя на лице написано недовольство. Где я уже успела накосячить? – так, надо заканчивать себя накручивать, а то, как дойдет дело до постели, не встанет. А Луку Федерино этот орган никогда не подводил.

-Сейчас приедем, я тебе расскажу, - сажусь за руль её авто, на что она вскидывает брови, но решает прогнуться, обходит машину и послушно садится рядом. Я прекрасно понимаю, что любого другого она бы вытащила за шкирку, а мне уступила. Цепляет. Заставляет больше думать о ней, о ситуации, о чувствах… Хотя я прекрасно понимаю, что чувства – это что-то призрачное, эфемерное.

Целоваться начинаем снова в лифте, прямо ритуал… И стоило переступить через порог, остатки здравого смысла улетучиваются, остается только страсть, похоть, бешеное желание.

Отдышавшись, лежим молча, каждый думает о своём. Лилина голова покоится у меня на груди. Лениво веду пальцами по ее голому плечу, по волосам… а она выводит узоры у меня на животе, щекоча волосинки.

-Я скоро уеду, - разрываю тишину.

-Когда?

-Думаю, что к концу недели.

-Ты завершил все дела?

-Дела никогда не заканчиваются. Все, что было в моих силах, я сделал. По крайней мере, я этим себя успокаиваю.

Лиля отстраняется. Садится, облокачиваясь на спинку кровати, подтянув ноги к груди.

-Что ты хочешь от меня услышать? Счастливого пути? Удачи?

-Да нет… просто говорю.

-А что с клубом?

-Его больше нет.

-Хм… Кто урвал здание: Платонов или Хромов?

-Платонов…

-Он давно положил на здание глаз, но Байронов отмазывал. Стало быть… теперь не отмазал. Без надобности.

-Ты расстроилась? – пытаюсь уловить её эмоцию. Выглядит она отрешенной.

-Нет. Наверное, даже рада. Больше двадцати лет играть непонятную роль, лавировать между непростыми людьми, интересоваться чужими проблемами… надоело. Теперь есть Роза.

-И тебе этого достаточно? - Замирает, обдумывая.

А мне хочется услышать, что её жизнь не будет полной без меня… хочется хоть каплю значимости в её жизни, быть нужным и важным… но слышу в ответ пустое и безэмоциональное:

-Да.