Глава 1

Блаженство. Когда погружаешься в горячую воду, кладешь руки на бортики большой ванны, откидываешь голову и первые минуты ни о чем не думаешь. А самое главное никто не тревожит этот покой.

Потом конечно начинается… Блин, а я купила салат для салата? А Демид найдет поильник, если Ванечка пить захочет? На когда же секретарь записала нас к детскому стоматологу?..

Но этот процесс головомойки постепенно перетекает в ненавязчивые, приятные воспоминания. Именно в эти моменты свободного времени я уделяю особое внимание мыслям о маме и папе. Брат идет неотъемлемой частью картин из прошлой жизни, но я словно не смотрю на него или вижу лишь тень. Обхожу камень, который до сих пор тяжестью лежал на сердце.

Мы не договорили. Я практически сбежала, не сказав ему ни о чем. Потому что знала он не одобрит и осудит… Осудит, что я выбрала жизнь с бандитом, неизвестно где, еще и с ребенком на руках!

Нет, я бы не изменила решения, но не хотела слышать осуждение из уст Миши. Как трусиха.

Может потому что он прав?..

В какой-то степени я верю этому. Я ведь до сих пор боюсь. Боюсь, что Демид вернется к старому. Это станет для меня настоящим кошмаром наяву! Но я все время одергиваю себя, потому что должна доверять своему мужу. Хотя мы и женаты только формально, потому что живем под чужими именами. Все равно. Мое сердце никогда не отречется от него…

Несколько лет совместной жизни не притупили чувства ничуть. Наоборот мне кажется, я влюбляюсь в него каждый день заново! Демид Арбатов умудрялся будоражить мои мысли и по сей день. И по сей день, он оставался для меня загадкой.

Вдоволь навалявшись, я замотала волосы в полотенце и без стыда и совести принялась обмазываться всякими кремами. Меня по-прежнему никто не тревожил, а значит у мужа все под контролем — уверяла я себя. Хотя, конечно же, дело было не в этом. Просто маленькая хитрость, чтобы папа и сын проводили вместе больше времени.

Нет, Демид никогда не увиливал — это я приучила его, что все могу и все успеваю и постоянно забирала лишнюю работу. Потом в какой-то момент решила не строить из себя супер-маму и пересмотреть свои взгляды. Особенно когда однажды увидела в зеркале девушку с замученным лицом, волосами наспех собранными в хвост и заляпанной бог чем знает майкой.

Причина была не только в домашних делах в два этажа — домработница приходила три-четыре раза в неделю. Но на кухню я никого не подпускала. А еще Ванюша рос гиперактивным мальчиком, и к концу каждого дня я выматывалась так, как не выматывалась, подрабатывая когда-то на двух работах.

Имя сыну, кстати, безапелляционно выбрал глава семьи. Сразу отмелись мои попытки предложить какое-нибудь оригинальное вроде: Платон или Роберт.

Когда я вышла из ванной душистая и довольная, с удивлением отметила, что на этаже царит тишина. Хотя в зале горел свет и от плазмы доносились звуки ведущего мировых новостей.

Прошлепав до лестницы, я осторожно заглянула в проем — Демид сидел на диване, вытянув ноги в дорогих брюках, а Вани нигде не было. Губы невольно растянулись в задорной улыбке. И еще до того, как я вошла в зал, уже знала, что увижу.

— Ого, вы уже спите?.. — негромко произнесла я, приближаясь к мужу, у которого на плече смяв щечку спал сынок.

— Ты бы еще немного повалялась — он бы уже встал и пошел на работу, — спокойно отозвался Демид, не отрывая глаз от плазмы.

— Бу-бу-бу, — передразнила я шепотом и потянулась к малышу, намереваясь отнести его в кроватку.

— Не трожь, — тут же рыкнул муж и, глянув на маленькую макушку, не спеша поднялся с дивана.

С умилением проводив любимых мужчин взглядом, я огляделась в зале и принялась убирать разбросанные игрушки. В какой-то момент вдруг остановилась, а в моих глазах пробежал озорной огонек. Бросив неблагодарное дело, я на цыпочках вышла из зала и так же тихо поднялась на второй этаж.

Стараясь оставаться незамеченной, я добралась до гардероба и закрыла за собой двери. В вытянутой комнате с многочисленными нарядами и обувью находилась только моя одежда. Демиду хватало шкафа в нашей спальне.

Оглянувшись в своей сокровищнице, я двинулась к дальнему комоду. Там, на самой нижней полке находился мой секрет. Я купила его уже давно, когда решила, что стала все чаще походить на домохозяйку из рекламы туалетного утенка. Захотелось хоть раз удивить своего мужчину. И сейчас я набралась достаточно храбрости, чтобы воплотить свое желание в реальность.

Я была готова через десять минут. Волосы подсохли и превратились в волнистые пряди, которые хорошо держал ободок с белыми рюшками. Тесное платье открывало грудь почти до сосков, а с плеч спускались широкие шелковые лямки. Черная юбка с фатином была похожа на укороченную версию наряда принцессы и шуршала при малейшем движении. А еще при малейшем движении светила мои трусик с эротичными завязками на попе. Наряд горничной дополняли чулки сеточкой и туфли на тонкой шпильке. И вот такая красивая я вышла в коридор, слегка постукивая каблучками, чтобы Демид услышал наверняка.

Для большей достоверности я взяла носовой платок вместо тряпки и брызгалку для цветов. А в ожидании мужа, принялась непринужденно натирать перила, потихоньку продвигаясь к спальне.

Я услышала, когда он остановился в проеме, но дело не прекратила. Продолжала натирать лакированную поверхность, только слегка нагнулась, чтобы позволить увидеть себя во всей красе.

В какой-то момент я будто заметила его и спохватилась.

— Добрый вечер, господин Арбатов, — нарочито смущенно поздоровалась, скользнув взглядом по обнаженному торсу мужа, который стоял без рубашки. — Простите, я уже почти закончила. Может, будут какие-нибудь указания?!

Демид изучал меня взглядом достаточно долго, чтобы я начала теряться. Сложно было описать его реакцию. Особенно смущала впадинка между бровей, которая делала удивление каким-то холодным.

Моя улыбка стала действительно растерянной, а потом и вовсе сошла на нет, когда я уловила, как дернулись губы мужа. Он… он смеялся! Просто еле сдерживал себя! Вот и морщинки вокруг холодных глаз появились и явно не от предвкушения, а от желания поржать над дурочкой женой.

Гнев и стыд мгновенно пробрали меня до кончиков волос.

— Да ну тебя! — шикнула я.

Швырнув носовой платок через перила, я круто развернулась, борясь с желанием швырнуть туда же стеклянную бутылку, и, стараясь не стучать каблуками, рьяно почесала в сторону гардероба.

Вот же… Вот же негодяй! А я как идиотка перед ним…

Меня вдруг резко дернуло в сторону, и спина врезалась в стену.

— Разве я разрешил тебе уйти? — строго спросил Демид, придавив меня своим телом и обхватывая ладонью шею сзади.

Быстро опомнившись, я наградила его возмущенным взглядом и попыталась вывернуться из капкана.

— Стоять, — тут же грозно велел муж, рывком вернув меня на место и протолкнув колено между бедер.

— Ай, мне же больно! — зашипела я на то, как его пальцы сжали шею.

Но Демид будто не услышал и безучастным взглядом скользнул от моего лица к груди. Все же он ослабил захват, однако плавно переместил руку на шею спереди. В этот же момент я ощутила, как декольте платья скользнуло вниз, окончательно оголяя грудь. Теплые мужские пальцы ласково провели по вершинам, едва задевая соски и словно завораживая меня, прежде чем сомкнуться на упругой груди.

Внизу живота тут же сладко заныло, и я не смогла сдержать прерывистый вдох от накатившего возбуждения. А муж вдруг наклонился к моей шее и обжег своим низким баритоном мочку уха:

— Для тебя еще есть работа.

С этими словами он сгреб мои волосы на затылке и, неожиданно отстранившись, потянул за собой. Мурашки разбежались по телу. Неуклюже двигаясь по коридору, я в замешательстве пялилась на мужа, который вел меня так до самого кабинета.

Это он подыгрывает мне что ли? Я даже растерялась… Потому что уже не была уверена, кто в действительности вел игру и куда она может привести.

Тем временем, открыв массивную дверь кабинета, Демид толкнул меня внутрь и включил свет. Глядя на него то ли настороженно, то ли с любопытством, я остановилась где-то у стола и просто стала ждать.

— Ну, что смотришь? — спросил он, не спеша закрыв дверь и медленным шагом направившись к креслу. — У тебя мало работы?

Муж вальяжно уселся за стол и принялся испытывать меня взглядом в упор, подталкивая к действиям. Впрочем, я быстро сориентировалась. Поправила декольте и, сдерживая взволнованную улыбку, начала неловко собирать папки на столе в одну стопку.

— Убери это на полку, — велел он, лениво кивнув в сторону стеллажа у стены.

— Да, господин Арбатов, — тихо отозвалась я, чувствуя, как горят щеки от смущения и приятной дозы адреналина.

Так необычно это было и… по-настоящему что ли. Я как будто действительно сейчас говорила не с мужем, а с незнакомцем! Богатым и суровым владельцем дома, к которому нанялась прислугой.

Положив папки, куда было велено, я обернулась и неловко застыла. Несколько мгновений растерянности словно ждала подсказки, потому что никак не могла на что-то решиться. В отличие от меня Демид выглядел уверенным и спокойным, как истинный хозяин положения — ведущая роль, бесспорно, отводилась ему.

— Подойди ко мне, — вдруг снисходительно подозвал он, и я покорно начала приближаться, тихо постукивая каблучками.

Как только оказалась рядом, неожиданно поддалась спонтанному желанию, и сделала самостоятельный шаг — опустилась на колени, как раз между разведенных ног мужа. Внутри уже все дрожало от предвкушения, от необычной прелюдии, от обстановки… сама от себя не ожидала, что меня это так заведет!

Руки робко легли на ремень, но прежде чем его расстегнуть я точно спрашивая, подняла глаза к лицу Демида. Вместо ответа он покровительственно провел ладонью по моим волосам и коснулся лица, а я доверчиво потерлась о нее щекой.

Пальцы подрагивали, когда я расстегивала брюки — все делала аккуратно и чуть неумело, словно это было впервые. Вытащив каменный член из боксеров, я провела кончиком языка по головке и поцеловала уздечку. Затем обхватила его губами и принялась плавно погружать в рот.

— Не стесняйся, — вдруг раздалось замечание. — Ты же хочешь сделать мне приятно?

Мгновенно приняв направление и оставив амплуа скромницы, я начала двигаться быстрее, стараясь угодить своему мужчине. Однако в какой-то момент Демид все равно перенял инициативу в свои руки… в прямом смысле. Собрал мои волосы в кулак и когда я вновь заглатывала его член, не дал мне его вытащить.

Секунда… вторая… третья…

Он просто держал его внутри, диктуя расслабить горло и дышать носом. Становилось тяжело — глотку саднило, на глазах выступили слезы, но я терпела, потому что настроилась исполнить роль, которую выбрала до конца!

Муж, наконец, освободил меня и дал немного передохнуть, но затем снова протолкнул член глубоко в горло и задержался там.

— Да, умница!.. — похвалил он, втянув воздух сквозь зубы, начиная задавать темп и уже двигаться толчками.

Я терпеливо принимала инициативу Демида, хотя порой накатывало колючее ощущение неловкости из-за того, что в игре все комфортные границы стирались. Но я старалась это игнорировать. Потому что сама бросила вызов, который он расценил по-своему и теперь, возможно, намеренно испытывал меня на прочность…

Неожиданно муж отстранился и, встал с кресла, потянув меня за собой. Не выпуская из рук, он поднял мое лицо и сжал пальцами щеки, порочным взглядом впившись в распухшие губы.

— Блядь, затейница моя, я ж тебя сегодня затрахаю, — пообещал он серьезным тоном, и колени подогнулись от будоражащей волны, спустившейся в животе.

Не думала, что слова могут довести до такого возбуждения! Однако именно после этих слов внутри пронеслось неоднозначное чувство: горячее, порочное предвкушение и настороженность от мысли, а не пробудила ли я своей игрой темного Демида? Того, кого он старательно прятал от меня и от кого берег, когда мы оставались наедине.

Муж тем временем резко развернул меня и уложил животом на стол. Сжав ягодицу, он растолкал мои ноги шире и, сдвинув трусики, без предупреждения заполнил мокрое лоно одним толчком. Я выгнулась и ахнула в голос, а он придавил меня сверху, зажал рот рукой и начала вбиваться в жестком ритме. Несколько рваных вдохов и я выкрикнула в его ладонь от стрелы оргазма, что спазмами пронеслась по мышцам.

Ощутив пульсацию моей плоти, Демид не остановился, лишь сбавил темп, чтобы наслаждение продлилось дольше. Но на этом снисхождение закончилось, и он принялся вгонять в меня член в том же нарастающем темпе.

Сердце то бросалось вскачь, то замирало. Лежа на столешнице, я впивалась пальцами в края и надрывала горло, переживая круговорот ощущений, в который меня затащил муж.

В какой-то момент он стянул меня со стола и, перекинув через плечо мое обмякшее после второго оргазма тело, понес из кабинета. На ноги я встала в гостевой комнате, где Демид рывками снял с меня платье и толкнул на постель. Подтащив к себе за бедра, он прижал колени к моей груди и, нависнув сверху, заполнил лоно, не давая передышки.

Резкий дискомфорт от смены позы быстро смешался с накатывающим желанием и скоро я начала метаться от ощущений, которые невозможно было контролировать. Становилось страшно от темпа, который задавал Демид, но отступать я точно не собиралась. Или просто решила, что его уже не остановить….

В какой-то момент он отстранился, перекатился на спину, но тут же утянул меня следом и усадил сверху. Раскрасневшаяся и мокрая от испарины, я начала насаживаться на его член, но без резких движений и постепенно ускоряясь — между ног уже все горело от перенапряжения и спазмов. Хотелось хоть чуть сбавить обороты.

Словно уловив это намерение, муж приподнялся, оказавшись со мной лицом к лицу и хрипло спросил:

— Устала?

В горле так пересохло, что сказать бы точно ничего не вышло. Поэтому глядя на Демида пьяным взглядом, я обняла его шею и упрямо мотнула головой. А он на это обнажил зубы в улыбке, от которой у меня каждый раз теплое облако в груди собиралось.

— Значит, нет, — констатировал муж и неожиданно сделал встречный толчок.

Я беспомощно заскулила… Дыхание перехватило, низ живота стянуло в узелок, и мгновение замерло в паузе, которую выдержал Демид. Снова толчок и я, практически не дыша, поймала его губы, словно желая снова выпросить паузу, дать мне это крышесносное наслаждение. Однако в сочетании с поцелуем ощущения перевоплотились в целый ансамбль и останавливаться я уже не хотела!

В следующий раз поймала момент и сделала движение одновременно с ним. Затем еще и еще и губы начали ловить воздух, пальцы впились в стальные мышцы на плечах Демида, а все мысли сосредоточились на одной цели.

— О, Боже… — выдыхала я в голос. — Да… да… Боже, я люблю тебя!

Я прижалась к нему всем телом и поцеловала мощную шею покрытую испариной, постоянно лепеча одно и то же: Люблю, Дема… Я так люблю тебя!.. А муж вбивался в меня все сильнее, будто это подогревало его, будоражило, пробирало! Не знаю… Но как и всегда он не отвечал, только откликался по-своему, и я как идеально настроенный радар ловила эти ценные отклики.

Кажется, я непроизвольно поцарапала Демида, когда достигла оргазма снова. Очнулась уже на спине, как раз, когда теплые брызги спермы попали на бедро.

В спальню он пошел первым, чтобы проверить Ваню. Когда я вернулась из душа, муж уже лежал на постели с закрытыми глазами. Пристроившись у него подмышкой, я почти мгновенно уснула. Почти, потому что всегда после своих признаний Деме, оставшихся без ответа, в голову начинают лезть неуемные мысли.

Ну почему нам девочка всегда нужно слышать от мужчины ответ?! Неужели это так важно, что беспокоит меня каждый раз?!

Тихо вздохнув, я, как и всегда, прогнала эти наплывы и сосредоточилась на приятной мысли о том, что завтра особенный день и не стоит отвлекаться от него.

Особенный день начался не так, как я ожидала. Когда я проснулась, Демид уже ушел, а вместо него возле меня сопел Ванюша. Опять вылез из кроватки под утро. Нежно погладив сына по макушке, я улыбнулась, стараясь игнорировать назойливый осадок в груди. Все-таки я надеялась, что хотя бы сегодня муж задержится дома, чтобы поздравить меня с днем рождения. Даже просто словами. Но, увы…

Я не стала расстраиваться. В конце концов, он главный добытчик в семье и порой дела не могут подождать. Демид занимался судовладельчеством в этом прибрежном городе — только перекупил компанию и начал вникать в специфику, поэтому рбота требовала очень много внимания. Ну или он мог просто забыть, что сегодня день рождения жены.

Тихо первернувшись, я поднялась с кровати и направилась в ванную, пока сынок не проснулся. Несмотря на короткую ночь, я чувствовала себя полной сил и бодрости! День предстоял суетливый, ведь я распланировала его давно, так что это было очень кстати.

Паола — наша уборщица, согласилась посидеть с Ваней, пока я собиралась управляться на кухне. Я доверяла этой женщине с добрыми карими глазами, к тому же у нее имелся большой опыт благодаря многочисленным внукам. И сначала все шло по плану — пританцовывая под музыку, я вплотную занялась готовкой. Но очень скоро Ваня начала просится ко мне помогать и в итоге мы все обосновались на кухне.

Дело шло медленнее, но благодаря помощи Паолы к заданному часу я все успела. Даже привести себя в порядок. Уложила волосы в высокую прическу и надела элегантное длинное платье синего цвета, которое на свету переливалось благодаря шелку. Ваня тоже претерпел апгрейд и выглядел как маленький джентльмен в белой рубашке с бабочкой и стильных брючках.

Стол в зале был готов к восьми. Обычно к этому времени Демид возвращался, да и к тому же сегодня имелся важный повод, поэтому чтобы сохранить сюрприз я не стала звонить и писать.

В девять моя радость начала таять как снег в воде. Ванюше не сиделось на месте, бабочку он стянул, и полы рубашки уже топорщились в разные стороны. Еще через полчаса я пошла его мыть и укладывать. А когда вернулась к одинокому столу, с помятым платьем — уныла совсем. Налила себе бокал вина и залпом осушила его.

Впервые меня прорвало… Прозрачные капли скатились по щекам и упали на юбку из дорогой ткани.

Обидно. Прямо сердце в тиски зажало. Конечно, я не надеялась, что в нем вдруг проснется романтика, просто такое событие… оно ведь что-то значит для любого человека, которому не плевать! И теперь мои далеко запрятанные мысли с торжественным флагом занимали трон. Наступали и душили…

Я хорошая жена, хорошая мать. Но что творится в его душе рядом со мной? Что он испытывает, что чувствует? Неужели только комфорт, которого ему достаточно?

Сделав глубокий вдох, я сжала кулаки и заставила себя забить. Вытерла слезы и, оглядев стол, взялась за остывшее блюдо с горячим, чтобы отнести его на кухню. Когда вернулась, находилась так глубоко в себе, что вздрогнула застав чье-то присутствие.

Он стоял напротив стола и не спеша перевел взгляд с него на меня. Всего мгновение в прямом контакте, но я успела принять для себя решение.

— Привет, — выдавила, слегка улыбнувшись, и двинувшись к столу. — Я тут решила устроить ужин, но… не думала, что ты так поздно вернешься. Сейчас я все разогрею.

Руки подрагивали, когда я взялась за первую попавшуюся тарелку — тяжело врать перед ним. И уже развернулась чтобы уйти, когда Демид вдруг поймал меня за талию. Он отобрал тарелку и, вернув ее на стол, притянул меня к себе.

— Ну че, ты щеки надула? — спросил он, подняв мое лицо, потому что я упорно опускала взгляд. — Думаешь, я не знаю, когда ты родилась?

Внутри пронеслось замешательство и растерянность. Но затем, пристально глядя на мужа, я больше не смогла удержаться.

— Скажи мне честно… ты любишь меня? — я сказала это серьезным уверенным тоном, без жалобных или взволнованных нот.

А лицо мужа на глазах превратилось в камень.

— Это еще че за поворот, — спросил он, испытывая меня суровым взглядом.

В накалившейся обстановке я почти не услышала шаги, прежде чем за спиной неожиданно раздалось:

— Привет.

Машинально обернувшись, я резко застыла, а мое сердце начало качать кровь с удвоенной силой. Я бросила растерянный взгляд на мужа, потому что глаза не верили в то, что видели. Глаза, которые вмиг наполнились слезами.

С губ сорвался всхлип, а мои опустившиеся плечи начали трястись от плача. Я даже сдвинуться с места не могла. Миша сам подошел, удерживая в руке огромным букет сиреневых роз и сгреб меня в охапку.

— Ну тих-тих, малая, чего раскисла? — попытался остепенить он меня, а сам душит в объятиях как удав.

— Ты здесь?.. Но как? Когда ты вышел? — спросила, я взволнованно отстранившись и спешно вытирая слезы.

Всего несколько лет, а как брат изменился. Возмужал, глаза стали совсем взрослыми, да и тело окрепло. Видимо времени даром не терял.

— В начале недели, — сообщил он, вручив мне цветы. — Мужу твоему спасибо за оперативную доставку. Я думал меня валить поехали.

Он зыркнул в сторону Демида и я сразу поняла, что они успели пообщаться. И судя по всему, каждый остался при своем мнении насчет… всего.

— Прости, что поздно приехал, — поспешил перевести он тему. — С днем рождения, родная.

— Не верится, что ты здесь, — снова прослезилась я. — Как там родители?! Они знают, что ты здесь? Ой… Ты наверное голодный! Садись за стол, я сейчас…

Пока я заваливала брата вопросами, не заметила, что Демид вышел из зала и совсем скоро вернулся. Не один.

— Здравствуйте, — мы с братом умолкли и одновременно посмотрели в сторону дверей.

Из коридора в сопровождении Демида зашел неожиданный гость. Какой-то высокий, молодой парень с корзиной желтых тюльпанов.

— Здрасти, — растерянно отозвалась я, вопросительно взглянув на мужа.

— С днем рождения, — поздравил незнакомец и, приблизившись, со смущенной улыбкой протянул мне корзину.

— Спасибо, — отозвалась я с вежливой улыбкой, и вдруг задержала внимание на его лице.

Что-то прямо бросилось в глаза — явные черты, от которых екнуло в груди. Но прежде, чем я предположила, что это какой-нибудь родственник Демида, он опередил меня:

— Знакомься, — покровительственно обратился муж к парню. — Моя жена — Катерина.

— Очень приятно, — отозвался он, и только сейчас я различила немецкий акцент в словах.

— Катя — это Вадим. Мой сын.

К стольким сюрпризам в один вечер я конечно же не была готова. Для меня стало бы неожиданностью, даже познакомь меня Демид с кем-нибудь из своих дальних родственников. Но сын?!

Кажется, я глазела на него весь ужин. Мурашки по коже бежали от невероятного сходства. Он вел себя тихо и явно чувствовал себя так же неловко как я. В общем-то нам всем понадобилось время, чтобы завести разговор и немного узнать друг о друге.

Вадима на самом деле звали Герберт, так же как и у нас у него имелось второе имя, о котором он знал с детства. Парню было восемнадцать и он учился в престижном колледже Регенсбурга на программиста. А сюда приехал погостить к отцу.

Брат быстро нашел с ним общий язык, тогда как Демид был более сдержан. А еще он кажется проговорился насчет того, что под новый год будет новая встреча. С моими родителями.

Блин… что тут вообще происходит?!

В какой-то момент пошли мужские разговоры, а я все больше путалась в своих мыслях, задумчиво наблюдая за мужем. Как ему это удавалось? Снова и снова превосходить мои ожидания! Невероятный мужчина… Как же я люблю его. День выдался тяжелым. Уже и глаза начали слипаться.

Неожиданно Демид поднялся с дивана напротив и направился ко мне.

— Пойдем спать, — протянул он руку.

Растерянно оглянувшись на гостей, я кивнула и спешно попрощалась со всеми.

— Надо же приготовить комнаты? — напомнила я мужу, когда мы уже поднимались по лестнице.

— Разберемся. Не маленькие.

Я остановила его уже на пути к спальне.

— Почему ты не рассказывал мне о сыне? — спросила я участливо.

— Потому что не знал, буду ли вообще с ним общаться, — признался он неохотно. — Не хотелось лишний раз морочить душу. Не переживай, я все тебе расскажу. Это долгая история.

Я кивнула и тут же поспешила сказать самое главное:

— Спасибо тебе за брата. Ты не представляешь, как я тебе благодарна за этот подарок!

— Это еще не все подарки, — неожиданно сообщил он. — Где пакет, который сегодня принес курьер?

Я задумчиво нахмурилась, вспомнив, что сегодня действительно принесли посылку.

— Я сразу отнесла ее к тебе в кабинет.

— Тогда пошли в кабинет.

Вообще мне не приходят посылки, поэтому я не задумываясь отнесла большой желтый конверт в рабочую обитель Демида.

— Открывай, — велел он стянув конверт со стола. — Это посылка для тебя.

Неуверенно уставившись на мужа, я аккуратно разорвала бумагу и вытащила скрепленный файл.

— Что это?

— Перечень для поступления и договор.

Моя челюсть отвисла, а пальцы принялись лихорадочно листать брошуру из университета, что лежала среди бумаг.

— Подтянешь язык и поступишь в начале учебного года.

— Господи… я буду учиться? — спросила я впившись в Демида обескураженным взглядом. — Правда?

— Будешь. Тебе нужно получить образование.

— Почему? — тут же с подозрением уточнила я. — У тебя есть какие-то планы?..

— Да, мне понадобиться твоя помощь в делах.

— Ты ведь не шутишь сейчас? То есть, я буду работать с тобой?

Он сделал шаг ко мне.

— Катя, ты не сможешь вечно сидеть дома. А я только на таких условиях смогу отпустить тебя на работу.

— Спасибо, спасибо! — я кинулась к мужу, но он непреклонно остановил меня.

— И еще. Я знаю, что со мной нелегко, но давай опустим все разговоры о признаниях. Просто принимай меня таким и тебе сразу станет проще.

— Хорошо, — отозвалась я смутившись. — Ты прав.

Я все же обняла его и ласково прикоснулась губами к шее.

— Я и так все знаю, — важным тоном сообщила я, а следом шепотом добавила. — И я больше не буду раздражать тебя Своими признаниями.

Моя задница тут же претерпела шлепок, а над ухом раздался предупредительный рык:

— А вот об этом я тебя не просил.

Конец