Глава 31

Как обычно проснулась еще до рассвета. Мне нужно было все успеть до отъезда в город, зная Митро и его ко мне отношение, уверена, он не будет меня ждать ни одной минутки. Подоила нашу Буренку, с перепелками разберутся малыши, накормить птицу смогут и без меня.

Перелила молоко в две кринки и поставила в холодильник. Оставшееся молоко оставила на печи. Достав форму с мылом из подпола, без труда вытряхнула ароматные куски. Один кусок, оставила на деревянной дощечке, которую мы использовали вместо мыльницы под мыльный корень, а остальные завернула в чистую тряпицу и уложила на дно небольшого лукошка.

В корзину уложила четыре круглых хлеба, которые стояли под полотенцем всю ночь, тоже укутав их тряпицей, чтобы не засохли.

— Ну, давай тебя проверим, — подойдя к холодильнику, произнесла я, потянув за одну дверцу.

Как я и предполагала, кристаллы прекрасно сохраняли нужную температуру внутри ящика. И открыв дверцу, я ощутила прохладный воздух, который не проникал наружу, а был лишь внутри. К тому же, сливочное масло, которое я положила в него с вечера, в отличие от погреба, было более твердым, как и в обычном холодильнике. Да и пирожки были холодными, ну ничего, до города согреются. Вытащив головку порезанного на треугольники сыра, тоже сунула в корзину.

Рыбу везти я передумала, слишком много с ней заморочек. Вот была бы у меня коптильня… Когда Талан сделает ее для меня, вот тогда будет возможность продавать копченую рыбку.

Выскочила из дома, когда телега Митро уже подъезжала. Вовремя я успела. Митро управлял лошадью, а в телеге помимо корзин, сидел его младший брат. Быстро загрузившись, заметила настороженный взгляд старшего.

— Чаво, — кивнул на корзину Митро, — тапереча дружок твой новый табе кристаллы тащит?

— Какой дружок? — не успела устроится в телеге, как она тронулась, — Бодран?

— А кто жеж. А я думаю, чаво энто он с нами в пещеру намылился…

Я не собиралась оправдываться за несправедливые обвинения. Много чести. Пусть думает, что хочет. Теперь я была более, чем уверена, что его предвзятое отношение ко мне, появилось «благодаря» старосте. Слишком уж часто его отец расхваливал меня перед своим отпрыском, в надежде свести нас. Однако, результат вышел совсем другим.

И если я права, гордость парня была задета тем, что в глазах отца, какая-то девчонка, приехавшая в деревню без году неделя, сумела завоевать уважение старосты.

— А почему вы вдвоем? — спросила у притихшего мальчишки.

— Дык, батя отпустил, — пожал плечами Рико.

— Много уже до вас в город отправилось? — возможно, суетясь по хозяйству я не слышала проезжающих телег.

— Та, не-е-е. Не було никого, — отмахнулся пацан.

— Чаво, решила сменить попутчиков? — повернулся к нам Митро.

Если они действительно прибудут в город первыми, возможно у них получится сторговаться с золотарем и выручить приличные деньги. Хотя, золотой за кристалл им точно никто не даст, слишком уж их много, целая корзина. А там не меньше сотни кристаллов.

А вот другим повезет меньше, но и им кое-что перепадет. Не всем, разумеется. Первые две-три семьи сильно «обрушат» рынок и кристаллы не будут стоить и серебрушки. Впрочем, как я и предполагала.

В город мы действительно, приехали первыми. Митро «припарковал» телегу на рынке, и они с братом прихватив корзины уже намылились к золотарю, в последний момент вспомнив про меня.

— Ты чаво, не с нами? — кивнув на мою корзину, спросил Митро.

— Нет. Если вы не против, я тут останусь, — достала из лукошка мыло и разложила на тряпице. От него сразу разлетелся медовый аромат.

— А энто чаво такое у табе? — принюхавшись, Рико подошел ближе.

— Это мыло, — открыв корзинку, достала хлебные караваи и пирожки.

— Мыло? Его едят? — Рико осторожно взял в руку ароматный брусок.

— Нет, им моются.

Митро не сразу заметил отсутствие брата, обернувшись, позвал Рико и тот, положив кусок обратно, опрометью бросился догонять старшего, смешно таща за собой тяжелую корзину.

Пока я раскладывала на телеге товар, на рынок потянулись покупатели. Хлеб и пироги у меня раскупили быстро, при чем покупателями в основном были такие же, как я приехавшие в город продавцы. Но и местные тоже отметились. На счет начинки вопросов было много, как и про само тесто. Хотя, пшеничная мука и была в продаже, но ни дрожжевого, ни теста на закваске, судя по всему, здесь пока не было.

А вот с мылом все было не так просто. Я планировала продать каждый кусок за серебрушку, но с учетом того, что товар необычный и еще не проверенный покупателем, брать его не очень хотели. А сбрасывать цену я не планировала.

Однако, любопытствующих было много, всех привлекал не только разносящийся аромат, но и необычная, овальная форма, гладкого куска с вкраплениями цветочных лепестков.

Все интересовались, что это и с чем его едят. Мне приходилось отвечать каждому, описывая преимущества мыла перед мыльным корнем. Никогда прежде мне не приходилось торговать, и я даже не представляла, как это сложно. После очередного вопроса: «А что это?», мне захотелось спрятать мыло и плюнуть на эту затею. От болтовни уже болел язык и пухла голова.

— Красиво поешь, а если я куплю, а оно не того… И не мыло вовсе, — подозрительно спросила рядом стоящая женщина, когда у моей телеги, вернее у телеги Митро, собралось больше десятка человек.

— Вода есть у кого? — так и быть, решила пожертвовать одним куском мыла для демонстрации.

Один из мужчин где-то отыскал ведро с водой, и вся толпа принялась намывать руки. Вся эта суета привлекла еще больше народа.

— Оно так пахнет…

— А руки… руки, понюхай. Они тоже пахнут…

— А если волосы им помыть…

— А на сколько его хватит…

Пока люди переговаривались, нюхали мыло, передавая кусочек из рук в руки, я не сразу заметила потенциальную покупательницу.

— Сколько есть? — она кивнула на мыло, лежащее на тряпице.

— Восемь, — указала рукой на оставшиеся куски. Из десяти, один остался дома, а один пошел «по рукам».

— Беру все, — женщина, судя по ее одежде, горделивой осанке и присутствию рядом с ней молоденькой девушки, которая несла за ней корзину с покупками, была не простой горожанкой.

Рассчитавшись за мыло, даже не попробовав его в деле, пошла дальше, не обращая внимания на бросаемые в ее сторону заинтересованные взгляды.

— А что больше нет? — удивленно спросила та, что хотела демонстрации.

— Нет, — развела руками, заметив у нее тестовый образец, — этот последний.

— Так им уже пользовались, — она разочаровано смотрела на кусочек начатого мыла.

— И то верно, — произнесла я, забирая его из рук женщины.

Он мне пригодится в следующий раз, когда приеду сюда с новой партией.

— А почему так мало?

— А когда еще будет?

Вопросы сыпались на меня, я только успевала отвечать, даже не заметив, что рядом уже стоят братья, недоумевающе осматривая галдящую толпу.

— Табя одну оставлять-то нельзя. Чаво тут за балаган устроила? — как обычно недовольно произнес Митро, сгружая пустые корзины в телегу.

— Мыло продавала, — спрятав деньги в кошель, завернула кусочек мыла в тряпицу, — мне нужно еще кое куда сбегать, подождете? Я не на долго.

— Долго ждать не стану. Не поспешишь, домой пешком побежишь, — произнес Митро.

В общем, по рядам я носилась, как савраска без узды. Пешком идти до деревни мне совсем не хотелось. Хотя, на рынке я видела несколько телег с нашими, деревенскими. Если что, могу и с ними вернуться, вот только хотелось бы быстрее, а они неизвестно сколько пробудут в городе.