Глава 18 Дина

Когда официантка снова появилась возле нашего столика, я почти расслабилась. Все это время мы молчали, лишь переглядывались. И наши взгляды были то насмешливыми, то изучающими, то задумчивыми.

Боже мой, Ратомский, как бы я хотела знать, что творится у тебя в голове!

Только в лоб не спросишь.

Девушка поставила перед нами несколько больших тарелок, которые весьма грациозно донесла, не уронив, и с улыбкой снова удалилась. Да этого ужина на небольшую свадьбу бы хватило. Ну ладно, у богатых свои привычки.

После последнего глотка белого бренди, отставила стакан. Раз у него не спросишь, пусть спросит сам.

- Ну и?.. – наклонилась я, сложив руки на столе и почти положив на них грудь. – Неужели просто на ужин позвал?

- Все-таки даже твоя компания лучше, чем ужин в одиночестве, - быстро парировал он в ответ, как будто и ждал вопроса.

Все-таки в выдержке ему не откажешь. Надо поддаться.

- Тебе нравится меня оскорблять? – как будто с обидой спросила я.

- Дина, тебе это не идет, - рассмеялся Ратомский. – Больше мне нравится тебя трахать. Видишь, быть откровенным не так сложно.

Сволочь. Ладно, один-ноль… Открываем счет следующего раунда. Продолжаем.

- Согласна, - кивнула я, но так и не пояснила, с чем именно согласилась.

Он хотел спросить, но передумал.

Я придвинула к себе блюдо, на котором лежало что-то, похожее на маленького запеченного поросенка. Отрезав кусок, отправила его в рот и заметила:

- Похоже на кролика, только мясо не такое постное.

- Это морская свинка, - просветил меня Ратомский, придвинув к себе шашлык, по крайней мере, по виду был похож, да и шампуры имелись.

- Что?

- Морская свинка, - следил он за моей реакцией, - очень популярное здесь блюдо.

- Очень вкусно, - улыбнулась я, демонстративно отправив в рот второй кусок, хоть пушистиков и было жалко. – Попробовать хочешь?

Мой вопрос заставил его замереть с вилкой в руке. Он не понимал, как именно я предлагаю ему предлагаю ему попробовать это несчастное животное. Я отрезала еще кусочек и вертикально поставила вилку, вопросительно подняв брови.

Он опустил свои приборы на стол и поднялся.

Один-один!

Да, он пересел ко мне. Теперь был рядом, а не напротив. Одной рукой обнял меня за спину, а вторую – положил на мою, державшую вилку. Мы просто гениальные аферисты – так играть. Оскара, Грэмми и Пальмовую Ветвь нам!

Он подцепил губами мясо на моей вилке и, глядя в глаза, начал кивать.

- Ты была права, это вкусно.

Уходить он явно не собирался. Его рука все еще была на моей спине, хотя нет, уже ниже. Наши бедра соприкасались под столом. И еще этот неотрывный зрительный контакт…

Черт возьми! Я схожу с ума.

- Ты знаешь, - сказала я и тут же чуть прокашлялась, поняв, что голос немного охрип, - один известный психолог утверждал, что акт совместного поглощения пищи между мужчиной и женщиной гораздо интимнее секса.

Я вспомнила все известные матерные слова. Что за чушь я несу? И Ратомский это понял, поэтому спросил:

- У этого ненормального человека фамилия не Фрейд? А то, что ты сейчас делаешь, называется, кажется защитным механизмом психики.

Больше не могу смотреть в эти глаза. Они мешают думать. Я чуть отодвинулась, дав понять, что пора убрать руку. Не помогло. Он двигался миллиметр за миллиметром, сантиметр за сантиметром за мной по деревянной скамейке, пока я не коснулась плечом стены.

- Ярослав, пересесть не хочешь?

- Ни капельки.

Он перегнулся через стол, взяв свои приборы, и остался сидеть рядом. Через две минуты я смогла немного расслабиться. Теперь он просто сидел рядом, как будто мы были незнакомыми людьми на соседних креслах в самолете.

Я не приму это поражение. Счет еще не в его пользу.

- У тебя что? – кивнула я на шашлык.

- Антикучо. По сути, обычный… Нет, не совсем обычный, судя по вкусу. Приправлен отлично. И это говяжье сердце.

Я руками сняла с шампура один кусок и, опустив в соус, откусила, наблюдая, как искоса бросает на меня взгляды Ратомский.

Нет, милый, все по Фрейду. И твое сердце я сожру с не меньшим удовольствием. Или просто пережую и выплюну.

- И что теперь? – спросила я, попробовав еще курицу и свиные ребра. По виду и по вкусу точно. Надеюсь, так и есть. – Стандартно будешь меня соблазнять?

Ответом мне была лишь очередная ухмылка. Он бросил деньги на стол и поднялся, подав мне руку.

Я не готова была уходить. Мне нужен был разговор. Но разговора не получилось. Вроде и было, но ни о чем. Как секс без оргазма.

Но все же подала ему руку. С моментом не угадала. Он, кажется, узнал обо мне больше, чем я о нем. Он потянул меня на себя, из-за чего я сильно ударилась бедром о подлокотник, и прижал к себе, шепнув на ухо:

- Не играй со мной.

Я и не играла. Это уже было далеко за пределами игры. И вот он этот самый момент, которого я ждала. Проведя двумя пальцами по его щеке, где чувствовалась колкость щетины, я попросила:

- Ярослав, давай договоримся…

- О, это уже интересно.

- Больше никакой мести, пожалуйста. Я устала. Ты можешь меня ненавидеть, но…

Тут я специально запнулась, ожидая, что он меня сейчас переубедит, начнет говорить, что никакой мести и ненависти не было. А он молчал. Смотрел куда-то мне за спину, но все же спросил:

- Но?..

- Просто остановимся, - попросила я. – Я тебе обещаю.

- Я тебе тоже, - эхом отозвался он и посмотрел на меня так, как будто даже не осознал, что сказал.

Я выдохнула и сделала шаг назад, но при этом вложив свою руку в его. Ратомский довольно улыбнулся и потянул меня к выходу. Кажется, ему не терпелось оказаться в гостинице.

Но он продолжать думать. Я видела это, всю дорогу глядя на его сосредоточенный профиль. Он красив, но в то же время холоден.

Как же растопить твой лед? Как это удалось Алисе? Только их отношения и наши были совсем разными.

Возле входа в отель я остановилась, преградив ему путь и положив свободную руку на грудь, пока пальцы второй все еще были в мужской ладони.

- Ярослав, что у тебя здесь? – и для достоверности вывела от ключицы до пупка и обратно форму в виде сердца.

Получилось так себе, но он следил за каждым движением.

- Боль, - коротко ответил Ратомский.

И он не врал. Но прозвучало это так искренне и так… Как будто меня саму ударили в грудь. Я не чертов эмпат, но ощутила, как ему больно. Слишком сложная жизнь, слишком мало любви, слишком большие потери.

Он был прав. Я сука! Но и сам не лучше…

Но эта мимолетная слабость быстро прошла, когда его взгляд снова стал таким же, как и был прежде.

- Дина, не надо ко мне применять свои психологические штучки.

Он шел рядом. К моему номеру. Причем так уверенно…

- Спасибо, что проводил, - повернулась я к нему с самой искренней улыбкой, так и не достав карточку.

Минута… Нет, секунда замешательства.

А потом он просто пригвоздил меня к стенке и поцеловал. До боли. И я ответила. Наши языки просто кружились вокруг друг друга с неистовой скоростью, руки скользили по одежде, но не переходили границы, тела разделяла только одежда…

Я не хотела отрываться даже тогда, когда его руки начали задирать подол платья. Но нет…

На сегодня – стоп!

- Ярослав, у нас же только первое свидание, - уперла я руки в его плечи.

- Дина, ты меня с ума сводишь.

- Ты меня тоже.

Он не уйдет… Не сможет. И я просто захлопала глазами, когда он сказал:

- Спокойной ночи.

А потом… Просто пошел дальше по коридору, даже не обернувшись. В его движениях не было сомнения.

Я открыла дверь и засомневалась. Прислонившись спиной к двери, досчитала до десяти. Не вернулся. Еще раз до десяти. Нет.

Быстро приняв душ, нашла в чемодане чулки и, надевая их, подумала, что я идиотка. Но у меня осталось только семь дней. И все будет по-моему.

Черное кружевное белье, чулки без пояса, чтобы не было слишком пошло, наверх – халат отеля, достававший мне до пят.

Каждый шаг до его номера был болью и возбуждением. Я не знала, как он поступит. И это пугало. Нет, я его знала, но он мог поступать неожиданно.

Сама же все затеяла. Значит – иду до конца. Вот это мой адреналин, самый сильный. И Ратомский был прав – неизвестность и есть подпитка.