Глава 20
Голоса становились все громче. Тина открыла глаза и повернула голову, чтобы увидеть говорящих.
– Очнулась! – воскликнула Дайра и оказалась рядом.
Тина же смотрела на своего мужчину, желая улыбнуться, но это было сложно. Она не чувствовала своего тела.
Что-то случилось? Она пострадала? Ведь был взрыв.
Она пострадала? Конечно, как иначе? Удивительно, что она еще жива…
Ее страх почувствовал Магоров. Мужчина приблизился и перехватил за руку.
– Как ты?
– Все живы? – этот вопрос больше всего волновал черную триаду.
– Ну, тех, кого хотела защитить – живы.
– Отлично. А других?
– Не все так благополучно…
– Ты хотел сказать… совсем печально? Мы ведь их погнали к волне. Тех, кого Магоров и охотники не успели… – начала Дайра, тут же замолкая. Внезапно. Девушка тут же посмотрела на стену и с особым энтузиазмом воскликнула: – Тут телевизор есть! Это радует. Наслаждайся, Тин, пока есть возможность. С нашей работой только в редкие выходные такое счастье случается.
– Но почему я… – черная триада не могла понять своего состояния. Вроде целая, но в то же время не чувствовала своего тела. Как так? Странно. А еще… она не слышала триад. Спаслась черная триада или нет?
Но задать этот вопрос Тина не осмелилась. Если спросит, Артур поймет, что она знала, на что шла. Глупо провоцировать его.
– Жива? – весело поинтересовалась Дайра. – Эдана помогла. Черный купол закрыл дом и всех охотников, а белый тебя и Артура. Романтично, да? Нужно было заснять. Жаль, что мне было не до этого.
Отмечая кислое выражение Магорова, Тина все же не удержалась от вопроса:
– Будешь ругаться?
– Позже…
– Не стоит…
– Позже решим, как полностью поправишься, – ушел от ответа Магоров и провел пальцами по щеке своей пары. – Ты не представляешь, что я испытал, когда увидел тебя за куполом…
– Выхода не было…
– И об этом мы тоже поговорим…
– Но позже, да? – Тина не верила, что Артур забудет, но все же успокоится.
– Конечно, – прошептал мужчина и обернулся, реагируя на голос мужчины. В палату вошел доктор. От него несло лекарствами и уверенностью.
– Добрый день.
– Как она? – перешел к делу Магоров.
– Я как раз хотел с вами поговорить, а вы… – он обратился к Дайре, тут же отступившей от больной, – можете отдохнуть. Медсестра поставит систему. Пациентка не чувствует…
Красивое лицо женщины нависло над головой Тины. Девушка смотрела несколько секунд на медсестру и понимала, что уже где-то видела ее. И этот странный блеск в глазах…
Сознание отключалось. Боли и прикосновения к коже девушка даже не почувствовала, но внезапно захотелось спать. Очень сильно. А ведь столько вопросов и дел у нее. Нужно все успеть.
Но это потом… чуть позже…
* * *
Во сне она дрожала от холода. Коридоры, машина, невыносимая тряска в душном мешке. Она задыхалась. И этот жуткий запах… не давал дышать.
Тина открыла глаза и облизнула сухие губы. Все тело болело, что радовало. Она чувствовала свои конечности. Это лучше, чем совсем ничего не чувствовать. Кое-как поднявшись, девушка осмотрелась и с ужасом поняла, что находится в своем доме на ферме. Коттедж, оставшийся по завещанию от матери, как, впрочем, и этот жуткий запах, вызывающий тошноту.
Встать с первого раза не получилось. Пришлось идти по стеночке. Оказавшись у двери, Тина осторожно открыла ее и застыла с каменным лицом, уставившись в мерцающий силуэт матери. Губ и глаз не было, черная дыра. Женщина крутила головой и гнала ее.
Защищает?
Но ей нужно знать…
Пора узнать правду, какой бы ужасной она ни была.
– Пусти меня! – попросила Тина, впервые страстно желая услышать голос призрака. Но почему нет? Это ведь ее мама…
Женщина-призрак замотала головой и открыла рот, дергая руками вверх. Пугала дочь, загоняя внутрь.
– Мама, покажи мне… – попросила девушка, приложив руку к груди. – Пожалуйста. Я хочу освободить тебя.
Внезапно черная маска ушла, и девушка увидела лицо невероятно красивой женщины. Эвелин улыбнулась и подняла руку, желая дотронуться до своей взрослой дочери. Тина подалась в ответ, но ничего не почувствовала.
Ничего…
Совсем.
Ведь это призрак. Уставший с больной душой.
– Ты… красивая… – прошептала Тина, ощущая слезы, текущие по щекам. Она так жалела, что ее мать не была с ней. Тина не знала ее, не могла любить. А ведь всегда задавалась вопросом, кто ее родители, почему бросили, столь безжалостно избавились. Как с ненужной вещью.
Но все оказалось очень печально.
Слова всполошили мертвое тело женщины. Она медленно стала отходить, а затем обхватила себя за плечи и обреченно направилась по коридору к узкой лестнице. Тине оставалось лишь следовать за ней.
Половицы скрипели, ступени ходили ходуном – как ни пыталась Тина, но все равно неумышленно создавала шум. Надеяться, что ее не услышат, не пыталась. Но ведь ее привезли сюда, а значит, нужна.
Хотя бы для того, чтобы вырвать сердце и испить досуха. Печально, но Тина всегда была реалисткой.
Мерцающий силуэт двигался к дальней комнате на первом этаже, минуя кухню. Тина помнила эту маленькую подсобку, хоть никогда не сидела за общим столом со всеми. Отдельно, если заслужит что-то за день. Печально, но так.
С каждым шагом черная триада все больше и больше вспоминала. Отрывки из прошлого волной рвались в сознания, будто кто-то вскрыл сокровенное в памяти.
Остановившись у двери, через которую так просто прошла мать, девушка вздрогнула. Она знала что там – кладовая. Место, где ее закрывали Виктор и Линда. Они ненавидели двоюродную сестру, считали выродком зверя.
И эти люди лгали ей о доброте отца в тяжелый период? Какая ложь! Выходит, их заставили сюда вернуться и обмануть ее. Только зачем?
Толкнув дверь, Тина наблюдала, как она медленно отходит, чуть задевая стену. Вышло довольно тихо, но девушке не верилось, что прошла незамеченной. Нет, ей позволяют это делать. Глянув по сторонам, девушка прошла внутрь и с ужасом остановилась.
Жуткий запах шел отсюда. В кладовой было нечто вроде грязной лаборатории. Точнее склада с сердцами в банках. Патологоанатомический музей высшего триада. Как-то так.
Заметив, что мать стоит рядом с плоской банкой на отдельном столе, Тина прошла вперед и заставила себя дотронуться до нее. В ней находилось сердце.
Сердце Эвелин, ее бедной матери.
Тина опустила голову и покачала головой. Ей хотелось выть, кричать от отчаяния.
Какая жестокая смерть… за то, что посмела сбежать от мужа.
– Мама… – прохрипела черная триада, ужасаясь тому, что с ней сотворили.
– Как ты узнала? – грубый голос мужчины застал врасплох. От неожиданности Тина вздрогнула и медленно обернулась.
В темном углу стоял мужчина. Во всем черном. На смуглом лице виднелась небольшая бородка с бакенбардами. Пронзительный взгляд черных глаз, прямой нос, сжатые губы – мужчина не отличался красотой, как и не располагал к себе. Наоборот, отпугивал. Тина искренне сочувствовала матери – ей досталась ужасная пара. А ведь у нее был выбор, как и у нее.
– Ты ведь знаешь… – выдохнула Тина и вдруг почувствовала знакомый запах. Ее пары. Гарда Дорана. Но его сердце… не билось. Она обернулась и стала смотреть, не понимая, что произошло.
– Он предал меня, – презрительно выдал мужчина и показал рукой позади девушки. У дальней стены было отделено место, представляющее собой небольшую комнату, закрытую плотной пленкой со всех сторон. Такие применяют в медицине, отделяя пациентов друг от друга. Даже отсюда девушка видела, что на внутренней стороне кровь. Везде. – Доран пожелал уничтожить то, что принадлежит мне. Мою триаду. Я убедил его в том, что простил и попросил привезти тебя сюда. Его дар манипулировать женщинами и здесь пригодился. Но Доран и здесь решил обставить меня, думал сбежать. Что же…
– Ты… убил его? – перебила девушка, ужасаясь тому, что ее отец – такой монстр.
– Твоя пара навсегда останется здесь… Я долго сдерживал себя, ведь благодаря ему у меня были триады.
– Триады… Такие же, как мама, да? – с обидой выкрикнула Тина, ощущая злость. Ее триады проснулись, чувствуя грозящую опасность.
– Не говори мне про нее! Я ничего не хочу слышать про Эвелин! Тварь! Сука! Она посмела предать меня. Сбежала вместе с тобой и со своим любовником, наивно считая, что спаслась. Мерзавка.
– Но ведь она твоя пара. Как ты мог?
– Нет ничего изысканнее, чем вкус своей пары. Это как деликатес. Но тебе не понять, Тина.
– Не сомневаюсь, что ты провоцировал ее и дал возможность сбежать, а затем безжалостно убил… там… в лесу. Верно?
– Какая у меня дочь… – мужчина оскалился, демонстрируя черные зубы. – Знаешь, я ведь могу оставить тебе жизнь, если ты останешься со мной, будешь заботиться и искать…
– Триад? Ты хочешь, чтобы я приводила триад, а ты их безжалостно убивал?
– Почему нет? Я стар…
– У тебя есть сын. Он тебе приводит…
– Сын? У меня нет сына! Артэр предал меня! – с яростью произнес мужчина и медленно начал наступать. – Ты можешь заменить его, Тина. Я позволю тебе.
Девушка отступала, понимая, что высший триад забалтывает ее, желая напасть. Не верила в его отцовские чувства. Смотрел на нее как голодный кот на мышь.
– Не подходи… – хрипло выдала девушка, с паникой рассматривая возможные пути побега.
– Не признаешь во мне отца?
– Разве я должна? Никогда бы не подумала, что мой отец – настоящее чудовище.
– Чудовище?! – внезапно мужчина громко засмеялся, а когда закончил, выдал: – Что же… ты сделала свой выбор. А я… так долго этого ждал. Ты не представляешь, как я обрадовался, когда учуял твой запах здесь… на своей территории, ведь раньше ты скрывала его. Сколько ни искал, не мог найти. И теперь…
Не успел сказать, как на Тину обрушилась внезапная обжигающая боль. Будто ее бросили в полыхающий огонь. Черная триада стала задыхаться, руками хватаясь за горло, пытаясь уйти.
– Бесполезно, моя сладкая девочка. Ты в моей власти… – голос мужчины рвал сознание. Резко. Жгуче. На части.
Тина двигалась, но непонятно, в какую сторону. Внезапно на пути вырос стол, на который налетала девушка, руками и телом сбивая банки с тканями и органами. Они с грохотом падали на пол, разбиваясь на осколки.
Не мешкая, Тина бросилась вперед, но споткнулась о топор и упала, коленями и ладонями налетая на осколки. Девушка подняла руки, всматриваясь в алую кровь.
Над лицом черной триады навис мужчина. Он мерзко улыбнулся и открыл рот. Как не пыталась Тина призвать черную триаду, не могла. Давление высшего не позволяло услышать ее.
– Не смей! – голос брата остановил мужчину.
Абрафо выпрямился и презрительно бросил:
– Убирайся или будешь следующим!
– Не трогай сестру!
– Сестру? С какой стати? Она такая же, как ее мать! Предательница и лгунья! Ты забыл?!
– Я все слышал! Это ты довел мать и позволил сбежать от тебя. Не от меня! Ты все это придумал, желая оправдаться передо мной.
– Убирайся, Артэр! Я позволил тебе уйти, так не совершай ошибки.
Мужчина лениво усмехнулся, а потом выдал рык и пошел на высшего триада, крепко сжимая в руке кинжал.
Тина с ужасом смотрела на борьбу отца и брата. Они рвали друг друга как звери. Но вдруг Абрафо выбил кинжал из рук Артэра и отбросил его на пол, рухнув на него. Прозвучал леденящий рык и отец начал высушивать сына.
Происходящая картина ужасала. Глянув на кинжал, Тина кое-как поднялась и схватила оружие. Она помнила, что высшего можно убить в момент кормления. Черная триада ползком добралась до отца и ударила в спину в область сердца, вскрикивая, когда ее откинуло в сторону.
Высший триад с бешенством в глазах смотрел на девушку, при этом пытаясь вырвать оружие из своей спины. Но когда не получилось, выдал возмущенный рык и пошел на нее.
Тина закричала и схватилась за ножку стола, пытаясь встать, когда вдруг услышала рык Магорова. Артур перекинулся в зверя и напал на высшего триада, безжалостно разрывая его грудь и горло. Схватка длилась всего несколько минут.
На секунду закрыв глаза, Тина истерично засмеялась и выдохнула:
– Прощай, отец. Тебя заждались… в аду.
* * *
Охватывая глазами небольшой участок земли, Тина уверенно кивнула. Именно здесь могила матери. Как только отправили высшего триада в морг, девушка поспешила в лес. Ей хотелось как можно быстрее освободить ее.
Следары, прибывшие на ферму, до сих пор проводили обыск в доме. И вероятно, будут до утра.
– Она стояла здесь… – проговорила Тина, осматриваясь по сторонам. Эвелин нигде не было.
Без разговоров Магоров принялся копать, не ожидая помощи, но следом к нему присоединился Артэр. Брат черной триады вытащил складную лопату и быстро начал откидывать землю.
Вглядываясь в лицо брата, Тина удивлялась ситуации. Она верила, что с ним не все потеряно. Он спас ее от убийцы, а она его. Возможно, они будут общаться.
Только все же переживала, что ярость и ненависть, которые привил отец сыну, так просто не искоренить. Он находил ему триад и отдавал на ужасную погибель. Разве можно доверять и любить такого?
Вероятно, она бы смогла, если бы появился хоть крошечный шанс того, что Артэр пожелает быть достойным оборотнем. Темная сторона сделала его убийцей, беспощадным хищником, пусть она помнила его спасителем.
Какое наказание ему грозит?
Девер была удивлена тому, что он не сбежал, да и когда предложила освободить мать, он молча кивнул и последовал за ними. В чудо Тина не верила, а вот в раскаяние и осознание – да.
– Что-то есть… – произнес Магоров и глянул на свою пару. Тина искала глазами мать, но ее все не было.
Почему? Неужели ушла? Девушка не могла поверить.
Банка в руках колыхнулась, привлекая внимание. Тина прикрыла ее шарфом, найденным в подсобке, и покачала головой. Неужели есть еще что-то, что не дает ей покоя?
Отчаянно желая увидеть, Тина прошептала:
– Мама, прошу… не прячься. Если останешься, то твоя душа станет черной. Ты будешь творить зло, как и отец.
В ответ ничего.
Заметив, как спина брата напряженно застыла, Тина поняла, что он что-то нашел. Приблизившись, девушка опустилась на колени, поставив банку на землю, и опустила руку вниз, накрывая ладонь брата. Он сжимал что-то.
– Что это? – спросила черная триада, отводя руку в сторону.
Пальцы разжались, показывая нечто, похожее на украшение. Тина боялась прикасаться к нему, отмечая, с каким диким взглядом смотрел на него брат. Он будто видел призрака.
– Он принадлежал тебе?
– Браслет, который я сделал для нее из серебра. Она всегда обещала ходить с ним.
– Ты думал, она бросила тебя?
Мужчина кивнул и вновь сжал браслет.
– Если бы я знал…
Ледяной ветер ударил по лицу. Тина подняла глаза и увидела мать, сжимающую пальцами правой руки браслет своего сына, находящийся на левой. В ее глазах стояли слезы. Она протянула его и повела головой.
Девушка накрыла ладонь брата своей рукой и прошептала:
– Она стоит позади тебя. На ее руке твой браслет.
Артэр обернулся и через долгую минуту хрипло произнес:
– Эвелин, прости за то, что не помог, не защитил и стал на сторону отца. Я поверил, что ты могла меня бросить и ожесточился. Я плохой сын, но… я постараюсь быть достойным… для себя, своей сестры и для тебя. Я буду защищать ее, чтобы твое сердце сжималось от счастья за нас двоих… там, где ты будешь, где есть свет. Прости меня, мама…
Секунда… и женщина оказалась рядом, опаляя ледяным ветром. Она смотрела на своих детей, а потом протянула руку и положила ее поверх двух ладоней.
Эвелин улыбалась, как и Тина, ощущая горячие слезы на своей щеке. Брат кивнул и вытер их, с волнением спрашивая:
– Она ведь рядом, да?
Вдруг женщина-призрак обернулась. Долго всматривалась, не веря в увиденное, а затем опустила голову, будто сожалела, что должна уходить. Выдавив улыбку, она последний раз взглянула на свою дочь и благодарно кивнула, делая шаг в сторону, исчезая в тумане.
– Теперь ушла… – призналась Тина и добавила: – Ее душа успокоилась.