Глава 8

— Ваше Величество, вашей аудиенции просит Её Величество. — тихо, словно боясь вызвать мою вспышку гнева, доложил Кутайсов.

— Пусть войдёт. — вздохнул я, отлаживая бумаги в сторону и посмотрев на склонившегося графа, что вчера успел меня сильно выбесить, а всё последствия заговора… Всё же было арестовано очень много персон занимавших важные должности, а это в свою очередь означает, что освободилось множество важных должностей… В общем, некоторые почему-то решили, что сейчас идеальное время чтобы поговорить со мной и пропихнуть своих друзей на эти самые должности… В том числе и Кутайсов, что к своему невезению во время моего утреннего бритья, решил «вскользь» упомянуть о некоторых своих друзьях, чем и навлёк на себя вспышку моего гнева. Правда основной причиной этой вспышки был мой недосып и общее раздражение происходящим, а он просто попал под горячую руку, наверное, обманулся моим внешним спокойствием и тем, что я терпеливо выслушивал остальных просителей. Вот он и тоже поспешил попытать удачу, но увы… момент был совсем не подходящий. Благо я достаточно быстро отошёл и уже не злюсь, но он правда об этом не знает, так что теперь он старается вести себя настолько незаметно, насколько это возможно. Ну и дополнительным бонусом стало то, что теперь никто не подходит ко мне с этими предложениями… Впрочем, я как и не знал кого возвысить, так и не знаю… Для меня они все пока одинаковые, так что и выбирать не так уж и просто, кто из них одновременно и преданный и компетентный? Я пока даже не знаю кого поставить генерал-губернатором Петербурга… Не говоря уже о других постах. Я уже даже думаю о том, чтобы поставить кого-нибудь из тех, за кого просили… В этом даже есть свои положительные моменты, впрочем как и отрицательные… А может даже стоит поставить людей, что не любят друг друга, пусть конфликтуют, лишь бы не объединились против меня, да и искали моей поддержки друг против друга. А возможно вообще стоит возвысить малоизвестные рода, за которыми никого нет и которые будут полностью преданны и зависимы от меня? Ммм… Сложно.

— Ваше Величество. — тихо вошла ко мне в кабинет моя жена. — Позвольте мне…

— Просить за Александра… — продолжил я за неё. — Одно и то же…

— Прошу, я…

— Ладно. — в очередной раз прервал я её. — Хорошо, я буду милостен. Он не будет серьёзно наказан. Ты довольна?

— Да, спасибо… — с видимым облегчением ответила она. — Я и не смею просить о большем.

— Вот и хорошо. — улыбнулся я ей. — А теперь если позволишь, я продолжу заниматься государственными делами.

— Да, прошу меня простить. — немного грустно посмотрела она на меня, прежде чем выйти из кабинета.

— Тцц… — цикнул я, проводив её взглядом. Если честно, то меня это немного утомило… Я понимаю, что это наш сын, но она так просит, словно думает, что я его казнить хочу… Такая настойчивость, что даже слов нет. Ещё и Елизавета — жена Александра, приходила просить за него, вернее она практически умоляла, словно думала, что я какой-то тиран жестокий, что казнит своего сына… Даже как-то обидно немного было. В общем, я решил пойти им на встречу, да и к тому же я и так не собирался публично объявлять, что цецаревич участвовал в заговоре против меня, обычным людям совсем не обязательно об этом знать. Так что по итогу окажется, что он совсем здесь не причём, а подлые лидеры заговорщиков просто использовали его имя чтобы завербовать себе людей. Да и к тому же, насколько я знаю, он совсем не встречался с этими предателями, об его непосредственном участии знают только Пален и Панен, ну а остальные только со слов этих двоих. Так что по итогу, эти два негодяя обманули всех используя доброе имя Александра! И они за это ответят, как собственно и за сам заговор ответят показательной казнью. По крайней мере, это то, что я планирую совершить, хоть и не до конца уверен, как оказалось смертная казнь не особо практикуется в Российской империи, например, при Павле ни одного человека не приговорили к смертной казни. Так что это решение в какой-то степени будет знаковым и резонансным. Но я просто не хочу оставлять их в живых. И я не хочу убивать их по тихому, словно это я преступник. Не хочу. Так что, будет публичное наказание. Да, так будет лучше, публичная казнь лидеров заговора в качестве показательного примера для остальных. Ну а что делать с остальными участниками заговора я пока не решил, в основном выбор пока между тем чтобы послать их куда-нибудь далеко искуплять свою ошибку кровью и тем, чтобы отнять всё и выслать в Сибирь. Не уверен, какой вариант следует принять, может вообще стоит посоветоваться с некоторыми из моего окружения? Всё же я ещё не до конца пока разобрался с моим «императорством», да и не факт, что я приму правильное решение, всё же не надо считать себя умнее их, как-никак местные живут и вертятся тут всю свою жизнь, может какую идею мне подадут? Может этих «полезных» заговорщиков вообще стоит разделить, а не грести всех под одну гребёнку, например, часть отправить в Сибирь, а особо полезная часть пусть пользу приносит? Возможно. М-да, сколько же мне надо решать… У меня от этого уже голова снова начинает болеть…

— Эхх… — протянул я, отодвинув доклады в сторону. Да уж, никогда раньше не представлял, что быть императором так утомительно… Даже немного смешно, я вроде как император в абсолютной монархии, но при этом настоящей свободы у меня нет… Что уж говорить, если я более девяносто процентов своего свободного времени (когда не сплю), провожу в своём кабинете читая документы… Я не то, что не провожу своего время в балах, охоте или классических приключениях «попаданца», я даже просто на свежем воздухе практически не бываю… Просто тупо весь день перебираю бумажки… Бумажки о людях, о законах, о политике, о жизни, о стране, да даже о религии вынужден читать… Всё же этот аспект очень важен в этом обществе, я не могу его игнорировать. И на самом деле это очень утомительно. Но что особенно меня «душит» это возможные последствия моих действий. Ответственность. И не только перед собой и моими новыми современниками, но и перед будущими… Всё же кто знает, как изменится жизнь в будущем от моих нынешних действий? Не сделаю ли я хуже? Да уж, как было бы проще быть человеком, которому просто всё равно, кто мог бы жить на полную, не задумываясь о последствиях своих действий. Но увы, я не такой, я так не могу. Но с другой стороны, я не могу основывать свои действия думая только о далёком будущем, надо решать нынешние проблемы. Хмм, даже интересно, а что будет с будущим мной, если я сильно изменю прошлое, которое в данный момент моё настоящее? Ну то есть, если я изменю историю, то тогда будет логично, что будущий я будет знать другую историю этих времён, что в свою очередь означает, что если я, то есть я будущего, попаду в прошлое, то есть в нынешнего я, то мои действия и поступки будут основаны на новой версии истории, например на той, в которой покушение на Павла не удалось. Что скорее всего привело бы к тому, что я, то есть другой я, не боялся этого заговора и он логично произошёл, что означало бы возвращение к оригинальной версии истории, где Павла бы убивали. Что означало бы новый круг… — М-да, наверное, мне действительно стоит отвлечься… — помотал я головой, прогоняя странные мысли.

Да и вообще, пора уже мне переключаться на более важные вопросы. Во-первых — международные дела, а во-вторых — прогрессорство! Всё же я «попаданец», а значит должен нести прогресс и развитие! Только бы понять, что и как именно… Над этим можно и подумать, хотя бы просто для того, чтобы отвлечься от бумаг…

Хмм… Сейчас тысяча восемьсот первый год, а это значит… значит… значит, что мне надо снова «зарыться» в бумаги, чтобы лучше вспомнить технический прогресс этого времени… Всё же глупо предполагать, что только изобретя паровой двигатель, можно сразу скакнуть на ядерную энергетику. Да и не скажу, что я такой уж и хороший инженер, моё преимущество скорее в том, что я знаю, что именно «выстрелит», а что так и останется в анналах истории. А это значит, мне не обязательно самому досконально знать, как сделать тот или иной прибор, мне достаточно дать направление в которое стоит вложить деньги и силы. Так же я примерно помню в какие года, что и кем было изобретено, по крайней мере из серьёзных достижений. А так же многих выдающихся учёных этой эпохи, а это значит, что надо будет их переманить к нам. Всё же не стоит забывать, что в эти года Российская империя была на высоте и сюда стремились многие из выдающихся людей, ну или по крайней мере не считали зазорным сюда перебраться, так что если предложить им деньги и лаборатории, то многие с радостью согласятся переехать к нам. Может даже стоит учредить награды какие? Вроде Нобель только лет через сто организует свою премию? Да, это должно стать одним из моих главных направлений — переманивание умов. А примерно зная, кто «выстрелит», то это может стать очень результативно и полезно. Особенно, если я дам им правильное направление, в котором стоит развиваться… Неплохо. Может быть очень не плохо, но для этого нужно время, годы… Хмм, может есть то, что я смогу сделать здесь и сейчас? А так же то, что нужно как можно скорее.

Ну первым делом, на фоне постоянных войн, на ум приходит оружие. И тут-то не всё так просто, автомат калашников я точно не сделаю, хоть мне и приходилось стрелять из него по срочке, но в данный временной промежуток это невозможно, как и всё подобное оружие. А что возможно?

— Хмм… — протянул я, достав из стола пистолет, который я по причине заговора старался держать рядом с собой. — Ну и как тебя модифицировать можно? — задумчиво покрутил я разряженное оружие в руках. Сложно. Было бы неплохо «изобрести» револьвер, а не этот однозарядник у которого переодические осечки это норма… Но до револьвера ещё далеко, его вроде только во второй половине девятнадцатого века стали использовать, но не уверен. Да и не знаю я, как именно его сделать, зато знаю, что в нём использовалась капсульная система, что пришла на смену крёмнивым оружиям. И то же самое с винтовками. Жаль только, что подробно об этом я не помню, да и не было у меня раньше такой особой причиной интересоваться модификацией оружия, впрочем основное отличие я знаю. Возможно, если постараться объяснить это опытным оружейникам, то они смогут понять, что именно я имею в виду, всё же капсульный механизм это вроде первая половина девятнадцатого века, значит возможно какие-то наработки уже ведутся или скоро начнутся, что в свою очередь означает, что технический прогресс практически до этого уже дошёл. Так же как почти дошёл и до изменения патрона, вроде он называется унитарный? И это тоже первая половина девятнадцатого века, а значит можно попробовать начать разработку в этом направлении, почему бы и нет? Хорошие оружейники у нас должны быть, деньги и ресурсы я выделю, возможно даже те, что конфискую у заговорщиков, ну и главное, я примерно знаю в каком направлении двигаться. Может и сработать. Особенно если я начну внедрять это в армию, всё же обычно проходит значительное время, прежде чем это произойдёт, пока соберут данные, пока протестируют, пока пройдёт куча бюрократической возни, пока военные согласятся, что старое надо заменить на новое, пройдёт очень много времени. Ну а я, зная что это «выстрелит», вполне могу ускорить процесс. Да над этим надо хорошенько подумать, но так или иначе, это дело не быстрое. Что ещё я могу изменить прямо сейчас?

— Ммм… М-да… — а изобретать оказывается не так уж и просто… Даже не уверен с чего начать, если отринуть все долгоиграющие проекты и различные «заимствования» в мире литературы. Хотя император-писатель звучит немного забавно… Но, пожалуй, нет. Что тогда ещё? Хмм, если подумать, то я за всё время моего «попадания» не видел тут ни зубных щёток, ни туалетной бумаги, их ещё не изобрели? Раз уж их нет даже у императора. Может «придумать»? Хотя император — изобретатель туалетной бумаги звучит ещё более… забавно. — Тцц… — хотя, если уж вспомнил о туалетных принадлежнастях, а как тут сейчас обстоят дела с общей гигиеной? Например, я не помню чтобы врач, который меня осматривал, как-то обрабатывал руки, а я как-никак целый император. Да и вообще, вроде раньше врачи даже не мыли руки перед операциями, если я правильно помню, они начали это делать только в конце этого века, вроде акушеры при рождении ребёнка? Не уверен. Но если это так, может стоит заставить их мыть и чем-то обрабатывать руки хотя бы перед хирургической операцией и при рождении ребёнка. Вроде можно дезенфинцировать руки хлорной водой? И она вроде уже открыта. Надо будет узнать. Но так или иначе, если это ещё не используется, надо будет протолкнуть идею о мытье рук и инструментов перед операциями. Хмм, а интересно возможно ли в это время сделать антибиотики? Например хотя бы в теории, можно сделать пенициллин? Он вроде будет изобретён через сто с лишним лет, так что маловероятно, да и не знаю я о нём много, только то, что он выделяется из плесниевых грибов, а этого явно мало для этого времени. Ладно, без консультации с биологами я всё равно ничего с этим не сделаю. Как и с большей частью местной медицины, но на всякий случай надо будет потом пройтись с инспекцией по какой-нибудь больнице, посмотрю как тут лечат обычных людей.

Наверное, мне сейчас из «простых» решений лучше сосредоточиться на переманивании умов. Может даже список составить. Хотя первым на ум из иностранных учёных этого времени, конечно, приходит: Александро Вольт, я его ещё из школьного курса помню, так же и как помню, что живёт он в это время. Проблема только в том, что он вроде уже известный учёный, может и не согласиться переехать в Петербург, впрочем попробовать стоит, если дать много-много денег и пообещать всяческие содействие в его делах, то может и согласиться. Возможно даже стоит заставить заниматься этим Александра, он вроде как достаточно образован, харизматичен и умён, к тому же когда их будет просить о переезде в Петербург сам наследник Российского престола, это должно сильно увеличить шансы на положительный ответ. Хмм, действительно, а почему бы не предложить ему условие прощение: он привозит мне сто голов учёных, а я прощаю его участие в заговоре. Возможно так и стоит поступить, хотя есть ещё вариант отправить его куда-нибудь постигать военное дело под крылом какого-нибудь опытного генерала. Почему бы и нет? Рано или поздно случится большая европейская война, так что опыт ему точно не помешает, а за учёных пусть Константин отвечает? Тоже возможно…

— Ладно. — вздохнул я, возвращаясь к скучным бумагам, немного отвлёкся, дал глазам отдохнуть, но пора возвращаться к религии. Вернее, выяснением того, как так оказалась, что Павел Первый — православный, оказался великим магистром Мальтийского ордена. И как к этому отнёсся Папа Римский, да и вообще о нынешних отношениях этих двух религий. Скучно, утомительно, но надо…

* * *

— Ваше Величество. — спустя какое-то время позвал меня Михаил.

— Ммм? — отвлёкся я от чтения про скопцов. Немного даже мерзко…

— Вы просили сообщить, если граф Пален пожелает видеть вас.

— Да? Точно. Ну пойдём. — вздохнул я, убрав бумаги в сторону, если честно, я даже рад, что меня сейчас отвлекли, вообще не понравилось читать про этих… — Он сказал, что хочет?

— Нет, Ваше Величество.

— Ясно. — вышел я из кабинета вслед за офицером. Даже интересно, что граф от меня хочет? За последние два раза, что я к нему наведывался ничего не менялось, он упорно отказывался признавать, что хотел меня убить, да всё твердил, что участвовал в заговоре только с целью помочь стране и Англия тут вообще не причём. И забавно, но когда мы с ним разговоривали, он выглядел таким убедительным, что даже хотелось ему поверить… И это даже не смотря на его состояние. А ведь пытки были очень жестокими, я бы скорее всего не выдержал и сознался бы в чём угодно, но он… В общем, мужик — кремень. Я его даже зауважал, в его возрасте так стойко переносить такие тяготы, это достойно похвалы, он действительно очень… храбрый? Стойкий? Наверное. Но особенно меня поражает его взгляд в те моменты, когда он мог сфокусироваться на мне, в них не было ни капли отчаяния или сомнения. Словно он действительно верил в то, что говорил, в то, что замена меня на Александра, это благо для страны. Словно они не хотели меня убивать, а хотели просто убедить меня подписать отречение в пользу сына. Словно он действительно действовал в интересах страны. Словно он всем сердцем в это верит. Словно он прав, а я ошибаюсь. В общем, даже у меня начинают закрадываться сомнения, а ведь я точно помню, что Павла Первого именно убили. Да, он может быть очень убедительным…

* * *

— Ваше Величество. — с поклоном встретили меня дознаватели, стоило мне войти в камеру.

— Он что-нибудь новое сказал?

— Нет. Всё одно и тоже. Только попросил возможность увидеть вас.

— Ладно. Оставьте нас. — бросил я на них взгляд, прежде чем сесть на стул, что стоял напротив графа. Очень плохо выглядевшего графа. Ну да, ему досталось намного хуже чем подавляющему большинству заговорщиков, а всё по одной причине, в отличии от них, он списанный материал… Если остальных я уже точно не буду казнить, то значит и нет большого прока заставлять их ненавидеть меня сверх меры, надо думать и о последствиях, а вот сказать тоже самое про Палена и Панина я не могу. И тот и другой уже приговорены, пусть и пока только у меня в голове, но так или иначе, они оба расходный материал, так что и сдерживаться с ними нет смысла. Ну и к тому же, они лидеры заговора, так что и знают они больше остальных участников. — Ну снова здравствуй. — поприветствовал я его, что после нашего первого разговора больше не хотел меня видеть, так что в следующие разы я навещал его по собственной инициативе. — Граф Пален. — позвал я его ещё раз.

— Ваше Величество… — с трудом открыл он глаза, попытавшись поднять голову. Но увы.

— Да. Это я. — кивнул я, смотря на мужчину, что за последние два дня с нашей прошлой встречи, стал гораздо хуже выглядеть. — Ты желал меня видеть?

— Да… — слабо кивнул он, снова сделав безуспешную попытку поднять голову.

— Ладно… Стража. — позвал я дознавателей, что практически сразу ворвались внутрь. — Развяжите и умойте его.

— Да, Ваше Величество. — не стали они задавать вопросы, сделав требуемое.

— Теперь оставьте нас.

— Да, Ваше Величество.

— Лучше? — снова обратился я к графу, что тяжело дыша, пытался собраться с силами.

— Не особо… — с трудом усмехнулся он, восстанавливая дыхание.

— Ну таковы последствия попытки убийства своего императора.

— Я не хотел вас убивать… — с упорством повторил он. — Просто отречение.

— Ммм… Если ты позвал меня сюда ради повторения одного и того же, то я пойду. — покачал я головой, вставая со стула.

— Подождите. — дёрнулся он, прежде чем скривившись вернуться в исходное положение. — Прошу меня простить, Ваше Величество.

— Удивительно… Даже в такой ситуации остаёшься вежливым, я бы на твоём месте так не смог. — вздохнул я, возвращаясь на своё место. — Так о чём ты хотел со мной поговорить?

— Прежде можно один вопрос? — поднял он голову.

— Да.

— Сколько из заговорщиков было уже казнено?

— Ни одного.

— А выслано в ссылку?

— Это уже второй вопрос. Но отвечу и на него. Ни одного.

— Почему?

— Третий вопрос. — улыбнулся я. — Но отвечу и на него, я пока не уверен. Да, они предатели и заговорщики, но многие из них вполне себе полезные люди, мне просто жаль выкидывать столь полезный ресурс. Они ещё могут принести пользу и мне и стране. Вот собственно и всё.

— Ясно… — прошептал он и почему-то улыбнулся одними уголками губ. — А что будет с Александром?

— Ещё один вопрос? — усмехнулся я.

— Простите, Ваше Величество…

— Прощаю. Но отвечая на этот вопрос — с Александром ничего не будет. Даже больше, общественности будет доложено, что вы просто подло использовали его доброе имя, а сам он даже и не знал об этом заговоре.

— А не для общественности? Неужели вы даже не смените своего наследника? — удивлённо посмотрел он на меня.

— Нет. Не сменю. Я считаю, что из Александра получится хороший император. — пожал я плечами. Хотя, если честно, мне и не на кого его особо менять… Михаил и Николай ещё дети, а Константин… А про Константина я помню ещё из истории, пусть он и ненадолго стал тогда формально императором, но практически сразу отказался, так что я не думаю, что это его. Остаётся один Александр. — А насчёт не для общественности, я пока думаю или отправить его под крыло одного из генералов, чтобы он набрался опыта в преддверии большой войны…

— Большой войны? — приподнял разбитую бровь граф. — Вы думаете будет большая война? Как семилетняя?

— Да. Практически уверен. — кивнул я, проигнорировав, что он меня прервал на середине фразы. — У Наполеона явно большие планы, он просто не сможет усидеть во Франции. Уверен, рано или поздно он пойдёт завоёвывать всю Европу. А не только Англию. Так что, в стороне остаться не получится. Хотя хочется.

— Хочется?

— Да. Идеальным вариантом, по мне, было бы, чтобы Англия и Франция схлестнулись друг против друга не на жизнь, а на смерть. Параллельно, как следует, пройдясь по всей остальной Европе. Ну а мы бы в это время наращивали мощь и по возможности торговали бы со всеми ними. Возможно вступив в войну только под самый конец.

— Это…

— Подло? — с любопытством наклонил я голову. — Возможно. Но, по моему мнению, для России так будет лучше. По крайней мере, это даст мне время провести некоторые реформы.

— Нет… — покачал он головой. — А какой другой вариант?

— Ммм?

— Вы сказали, что или отправите Александра под крыло одного из генералов набираться опыта, или…

— А… Ну у меня была идея начать заманивать в страну выдающихся мировых учёных, вот я и подумал, что Александр может быть хорошим кандидатом для выполнения этой задачи. Он достаточно образован, умён и харизматичен, ну и к тому же он наследник престола, что может сыграть свою роль в убеждении людей. Кстати, как ты на это смотришь?

— Я? Ну если вас ещё волнует моё мнение, то положительно. — просто ответил он. — Я уверен, он справится. Но просто не будет, не думаю, что многие английские и французские учёные так легко согласятся переехать в Россию.

— Есть идеи как их убедить?

— Деньги. Много денег на их исследования. — пожал он плечами. — Наверное, перед тем, как начать звать массово, надо убедить одного или двух самых авторитетных, чтобы остальные последовали за ними. А для этого, кроме денег, нужно будет особое к ним отношение. Люди любят, когда их выделяют, когда их обхаживают, когда им демонстрируют, что они особенные. И достойны особого отношения. Да, думаю наследник российского престола для этого подойдёт. Но желательно чтобы вы сами написали им письмо, по крайней мере, основным учёным. Тем самым показав, как вы их цените.

— Ясно. — кивнул я.

— Можно ещё один вопрос? — спросил он, внимательно посмотрев на меня.

— Да, конечно.

— У меня есть шанс, что вы меня пощадите? Что мне сохранят жизнь.

— Неожиданный вопрос… — вздохнул я, опустив голову. И что мне ответить, соврать? Я не хочу, да могу, но… Просто не хочу, не знаю почему, но просто не хочу. Может потому, что он начал вызывать у меня какое-то уважение, а может просто не хочу врать человеку, приговорённому к казни, не знаю…

— Ваше Величество?

— Нет. Нету. — ответил я, подняв голову. Я просто не могу оставить его живым, просто не могу. Особенно после стольких дней пыток. Не знаю как он, но я бы себя не простил. Возможно я действительно поспешил, но что сделано, то сделано.

— Ясно. — с тихим вздохом опустил он голову. — Значит, по этому вы так со мной разоткровенничались?

— Да… — даже и сказать нечего… Наверное, мне лучше сейчас уйти.

— А вы изменились. — неожиданно донеслось мне в спину от графа.

— Правда? — обернулся я уже около двери.

— Да. Я заметил это ещё при прошлых ваших визитах, но сейчас могу сказать точно, вы изменились. — не поднимая головы, ответил он. — Возможно, будь вы таким с самого начала, заговора бы и не было…

— Спасибо.

— Одно условие.

— Ммм?

— Одно условие и я расскажу всё что знаю. И не только о заговоре, но и о многом другом. — спокойно ответил он, подняв голову.

— Какое?

— Я не хочу чтобы меня казнили прилюдно, чтобы толпа смотрела и улюкала. Словно я ничтожество какое, словно я…

— Я согласен. — просто сказал я.

— Хорошо. Тогда зови своих… дознавателей. Я всё им скажу. Расскажу.

— Спасибо. — кивнул я, отворачиваясь от графа.

— И ещё, не меняйтесь обратно, Ваше Величество. Пожалуйста.

— Да.