Глава 38

Когда-то Дерл занимался единоборствами, а аптечка профессионального спортсмена кое в чем схожа с военной, потому он знал, что стащить из аптечки крейсера, и взял это с собой. Шипя от раны, он отполз в сторону, заранее зная, что Волки, если сочтут слабым, не способным дойти самому, могут и пристрелить. Ему надо было хоть немного привести себя в порядок, вот он и занялся этим на месте, засыпал в рану медицинский порошок из пакета и заклеил ее куском специальной пленки. Под ней порошок вместе с кровью вспенился, выталкивая весь песок, и застыл коркой, останавливающей кровь. Пуля застряла где-то в плече, но Дерл знал, что у Волков никто ему доставать ее не станет, а если станет, то выдерет с частью мышц, разворотив полруки. Видел он, как лечили других, и себе такого счастья не желал, не хватало еще руки лишиться.

Уползая подальше от стрельбы, он боялся уйти в пустыню и потому свернул к вулкану, поднялся на ноги и спрятался среди камней, а когда полыхнул взрыв, заметил совсем небольшой разлом, только не сразу над землей, а чуть выше. Он смог забраться наверх и укрыться там. Места как раз хватало, чтобы улечься на каменной породе. Откуда-то здесь буквально дышало жаром, но выбора у Дерла не было.

Он проклинал Ирона, Пекло и слушал разговоры в лагере Демонов. Мало что мог разобрать, но убеждался, что Ирон и Виту предатели, а баба действительно существует.

− Вот же суки, − протяжно ругался он, понимая, что Демоны не только перебили его товарищей, но и сами не пострадали. Ему такое везение казалось не человеческим.

Когда-то он считал себя порядочным человеком, правильным, даже благородным. Спортивная карьера не заладилась, и он ушел в охрану. Многие банки предпочитали живых людей роботам. Мужчины в костюмах, по мнению экспертов маркетинга, должны были быть внешне привлекательным символом защиты. Такую работу правильней было бы назвать ролью. Туда просто отбирали молодых крепких мужчин, которые должны были за деньги с грозным видом стоять в нужном месте, не двигаясь, и только улыбаться, встречаясь взглядом с женщинами-посетительницами. Это, по словам все тех же маркетологов, поднимало престиж банка, а Дерл чувствовал себя проституткой с хорошим окладом, с той лишь разницей, что раздевали его только глазами, и лишь избранные персоны могли ткнуть пальцем в грудь, живот или плечо, чтобы ощутить силу мышц и довольно промычать что-то невнятное.

Если бы не деньги, которые платили за такую тупую, в сущности, работу, на хую бы он вертел этот банк, по крайней мере, так говорил сам Дерл в Пекле. Когда на этот самый банк напали грабители, он напал на них сам, посчитал своим долгом защитить людей. Вырвал у одного пистолет, всадил пулю в другого, а потом получил обвинение. Он не жалел, что убил человека. Он был даже счастлив, что сделал это, и плевать на инструкции. Только потом в Пекле он понял, как ему нравится ужас в глазах людей перед самой смертью, нравится кровь на губах, нравится быть самцом, хозяином жизни и ситуации. Быть единственным выжившим ему тоже нравилось, потому он и не спешил выбираться, помня, что Демоны что-то говорили о смене места.

Они собирались двинуться к старой базе, он это слышал и потому даже позволил себе поспать. Проснулся, только когда лагерь совсем ожил.

− Блять! Вот что? Что, блять, надо было делать?! — орал Берг на всю округу.

Он, проснувшись, как человек, впервые попробовавший себя в роли врача и добившийся неплохого, на его взгляд, результата, хотел посмотреть на свои труды, а, поймав Виту, пришел в бешенство. Шов перекосило. В двух местах леска просто порвала кожу. Края раны разъехались в самом верху, а под военным защитным гелем, заменяющим повязку, запеклась кровь. От злости Бергу так и хотелось сорвать застывший гель вместе со швами и плюнуть на все.

− Как?! — спрашивал он, рыча.

− Целовался, − ответил Виту, косясь в сторону.

− Да ты…

− Ну, все! Он больше не будет, − вмешался Кастер. — Я проконтролирую.

Кирк просто заржал. Ему даже дополнительные жопошные шутки были не нужны, чтобы сложиться пополам и едва не захрюкать от смеха. Вильхар сдержанно хохотнул в кулак, и только Берг стоял и долго осознавал, чего все ржут, а потом понял.

− Фу, блять, − выдал он в итоге, махнул на все рукой и пошел искать себе работу.

− Нам надо разделиться, − сказал Шеф, подзывая к себе всех. — Для начала, Ярван, ты не хочешь проверить своих? — спросил он. — Я помню, что ты говорил, но быть может…

− Один не поеду, − сразу ответил Ярван. — У нас если сутки лидера нет — все, его место точно кем-то занято.

− Ясно, − сказал Шеф, кривясь, и обратился к остальным. — Короче, подумайте, может, кто согласится с ним съездить, нет — тогда я сам завтра.

− Давайте завтра большой группой, − тут же предложил Берг. — Спланируем все, продумаем возможный бой и съездим, а пока с новой базой разберемся.

− Поддерживаю, − сказал Кастер. Ему Берг все еще не нравился, но откидывать здравую мысль было, как минимум, глупо.

− Хорошо, тогда я, Карин и Кирк отправимся на танкобуре восстанавливать маршрут. А Мартин нам нужен? — тут же спросил Шеф.

− Нет, − ответила Карин. — Он вскрыл карту. Я в ней разберусь, да и нам втроем воздуха будет не хватать…

− Ты нужна для карты, Кирк — чтобы его вести, потому что я не умею, − пояснил Шеф, пожимая плечами. — Так что — втроем, остальные едут в сторону старого лагеря, ждите нас в районе плющевой стены. Кастер, остаешься за главного, сам тут распредели кто и где, только Берга мне в пару с Ярваном поставь.

Кастер кивнул, даже не спрашивая зачем это надо, а сам Шеф отвел обоих в сторону.

− Переговорите о базе Ястребов, − попросил он. — Ярван, думаю, тебе самому выгодно туда пробраться.

− А тебе-то как выгодно, − протянул Ярван.

− В смысле?

− Ты знаешь, что там твой Тибальд? Он разобрался в записях Докера и грозится тебя трахнуть, — пояснил Ярван.

Он сам только сейчас вспомнил про этого психа, а главное его слова про бабу, которым просто не поверил, а теперь почему-то злился, но, дергая плечом, говорил о другом:

− А еще у меня там снайперская винтовка есть. Хочешь?

Шеф только рот открыл, закрыл и ничего не стал отвечать. Как подобное можно не хотеть?

− Короче, подумайте, как к базе можно подобраться, а мы поехали.

− Тронешь Карин — я тебя урою, − прошептал Берг Шефу вслед, даже не заботясь всерьез, чтобы тот слышал. Сейчас он знал одно: нельзя терять доверие Карин, нельзя делать глупости, потом, только в самом конце можно будет пристрелить Финрера, запихнуть ее на корабль и отправить отсюда куда-нибудь подальше. Все остальное уже не столь важно.

А вот Дерл жалел, что переговоров не слышал и не мог понять, как Кастер делит людей и зачем, а уж откуда у них огромная махина с буром и подавно. Из той набрали воды, наполнили целую бочку в черве из подобия душа. Это счастье где-то в корпусе нашел Виту и теперь все ему были за это благодарны, а вот за вымытый внутри танкобур никак не могли понять: благодарить или ржать еще громче.

− Вы с Кастером так трахались, что все пришлось отмывать? — спрашивал Кирк.

− Мы с Кастером просто не свиньи, в отличие от некоторых, − гордо отвечал Виту, набирая ту самую бочку.

Он в паре с Кастером уезжал на черве. Кастер ночью как-то приловчился его вести, а Виту должен был проследить за Ироном, который все еще едва держался на ногах.

Танкобур скрылся из виду первым.

− Все, отваливаем, − скомандовал Кастер. — Ярван, если ты пристрелишь нам чего-нибудь пожрать, это будет идеально, − добавил он, ныряя в червя.

− Попробуем, − ответил Ярван.

За рулем машины Ястребов сидел Берг, а Ярван — рядом с ним с родным пистолетом, и ему было даже странно, что ему правда дали оружие. Он мог бы поржать, сказать, что они все идиоты, всадить Бергу пулю в бок, угнать машину, но по всему выходило, что машину ему и так бы дали, если бы он хотел, если бы ему было, куда на ней уехать.

Червь, вильнув хвостом, укатился по песку первым. За ней — массивная машина Демонов, за рулем которой устроился Вильхар, а за ним тихо сидел Мартин и просто помалкивал. Последними ехали Берг и Ярван, как бы охраняя всю колону, оставляя за собой туман поднявшегося в воздух песка.

Зена еще не села, но ее лучи стали приглушенными, не такими палящими, и даже Дерл решился выбраться из своего укрытия. Огромное пятно мокрого песка там, где совсем недавно стоял танкобур, больно било его в самое сердце. Он делал два коротких глотка из полупустой фляги, наматывал на голову майку и направился в сторону логова.

Он еще не знал, что ему навстречу уже ехали Волки — те, что отправились на поиски пропавшей группы, а Тибальд решил ждать новостей в своем лагере. Те, кто ездили с ним, были невыносимо пьяны. Они мешали алкоголь и кактусовый сок, дурели еще больше, но Тибадьбу было плевать. Он даже не понимал, что его водитель чуть не раздолбал машину о скалы, а когда вернулся и осмотрел спящих Ястребов, даже не возмутился полному отсутствию дежурных, а вот не спящему Олли обрадовался.

− Ты меня ждал, малыш?

− Они же очнутся и передумают, решат, что ты не так крут, − пролепетал парень. — Сделай с этим что-нибудь.

Тибальд только рассмеялся на это. Ответ у него уже был. Он пришел ему в голову, как только парень заговорил о столь важных вещах.

− Все будет, − сказал Тибальд, спустился вниз в лабораторию, притащил еще готового голубого дурмана и добавил его во все бочки с питьевой водой, а потом, смеясь, единственной способной на движение рукой хватал паренька за волосы и тянул его на лежак, который раньше принадлежал Ярвану.

Он искренне верил, что стал новым Богом этого мира, и другие верили. Проснулись, усомнились на миг, хлебнули водички и сомнения их развеялись. Осталось только радоваться истинной силе, дарованной богом.