-21-

Лекса

Лекса плыла по волнам боли, изредка захлебываясь ею до невозможности дышать. Несколько раз ее веки конвульсивно приоткрывались сами собой, и в редких видениях к ней приходила ее студентка, Веста, и Дан. Жаль, не удалось их спасти, раз они здесь, со мной, в посмертном безвременьи, мелькала мысль и уходила, смытая потоком спазмов.

Лицо жгло. Лекса поморщилась, отворачивая лицо от наглого солнечного луча, неизвестно как пробравшегося в ее спальню, и только потом осознала, что сделала.

Получается, она не умерла?

Открыв глаза, магичка уставилась на белоснежную лепнину, украшавшую ее спальню во дворце.

- Я жива? - неверяще прошептала Лекса, глядя в потолок. Потом перевела взгляд на порядком осунувшегося, посеревшего Данатриэля. Эльф сидел рядом с кроватью и держал девушку за руку, бережно и нежно, но костяшки его пальцев побелели от усилия не стиснуть ее изо всех сил.

Он легко коснулся губами ее потрескавшегося рта, вливая еще немного живительной энергии.

- Веста буквально вытащила тебя с того света. Потом, правда, пришлось пару раз тебя трахнуть, пока ты была без сознания. Для пополнения жизненных сил. С полутрупом, скажу я тебе, то еще удовольствие, но что не сделаешь ради спасения мира...

Лекса подскочила, и с ужасом воззрилась на Дана, только чтобы разглядеть смешинки в зелёных глазах.

Она с выдохом облегчения откинулась обратно на подушки.

- Ну у тебя и шуточки, а еще высокородный.

- С кем поведешься, знаешь ли. - он помолчал. - Но девчонка действительно талантлива. В одиночку, без советчиков и образования, перетянула тебе каналы. Практически собрала заново. Ты себя порядком надорвала, вытаскивая всех нас. Ненормальная, ты вообще в курсе, что маг не может телепортировать кого-либо еще? Только себя и неодушевленные предметы.

- Угу. - Лекса поерзала, устраиваясь на подушках поудобнее, и изобразила жуткую сонливость.

- Не увиливай, я твой целитель, и прекрасно знаю, что ты выспалась на сутки вперёд.

- Мой целитель? Хорошо звучит, мне нравится. - промурлыкала Лекса, решив сменить тактику. Почти сработало.

Дан увернулся от ее ищущих рук и выпрямился на неудобном стуле. Откуда он притащил сей раритет, оставалось только гадать - в ее спальне такого точно раньше не водилось.

- Зачем было так рисковать? Позволять надевать на себя амулет, обращаться к этому существу как к учителю. Я-то думал, ты разнесешь там все вдребезги сразу.

- Ты правда думал, что после стольких лет я этому пню замшелому поклоняться буду? - изумилась Лекса. - Плохо ты меня, оказывается, знаешь. Если бы я пошла все крушить, не поздоровилось бы в первую очередь целительницам на алтарях. Он бы их всех выпил одним махом, а я потом мучайся совестью и перед их родственниками оправдывайся.

Дан смутился.

- Ты была очень убедительна. Я уж думал, пора прощаться с жизнью, принесёшь и меня в жертву. Мне как-то не пришло в голову, что ты заботишься о девочках. Не в твоём это стиле.

Лекса показательно надулась, приняв вид избалованной трехлетки.

В душе у нее бушевала настоящая буря. Признаться кому-то, что она не черствый сухарь, оказалось на удивление легко. Странным оказалось, насколько больно слышать от человека, которому доверяешь не только тело, но и душу, что он и в самом деле считал тебя до сих пор черствым сухарем и очень удивлён, обнаружив обратное.

По крайней мере, сейчас он с ней, днюет и ночует около больной, выхаживает, и бросать вроде бы не собирается.

Чёрствая там Лекса или мягкая.

А прятаться от людей в защитной скорлупе она больше не будет.

Истощенная до такой степени, что даже глаза открытыми уже не могла удержать, Лекса провалилась обратно в целительный сон. И уже не чувствовала заботливый, невесомый поцелуй в нос - с долей подпитывающей магии - и не слышала, как Дан тихо вышел из спальни.

Несмотря на значительные энергетические вливания, поправлялась Лекса тяжело и долго. Из покоев в королевском дворце ее не выпускали, ссылаясь на распоряжение целителя, а на телепорт сил не было. Приходилось, стиснув зубы, послушно лежать и восстанавливаться.

Дан больше не появлялся. Сначала Лекса искала ему оправдания - занят, на лекциях, совещается с королем, лечит кого-то - но на третий день безделья и неведения доводы закончились. Вместе с терпением.

Поездка в Академию оказалась совершенно новым опытом для Лексы. Раньше она, не задумываясь, телепортировалась прямо в аудиторию или к себе в квартиру. Сейчас, подъезжая к величественному каменному ограждению с растительными барельефами на поросших мхом и плющом серых гранитных глыбах, она впервые пожалела, что пропускала всю эту красоту.

Она пропускала многое, отгородившись от мира скорлупой. Пора было меняться.

Охранник на входе ее не узнал. Пришлось доставать жетон преподавателя, но даже с ним плечистый пятикурсник с жиденькой бородкой, призванной придавать ему солидности, отказался впускать ее без разрешения ректора.

Как оказалось, Академия была закрыта для посетителей, и наружу никого из студентов тоже не выпускали. Полная изоляция.

Очевидно, не хотели поднимать панику среди населения города, поняла Лекса. Слухи ходили один ужаснее другого, пять эльфят-первокурсников оказались опытной боевой звездой, под горой залёг некромант-маньяк, не говоря уже о недавних смертях.

Половины списка хватит, чтобы бежать из Альмира куда подальше. И подогревать напряжение, выпуская к встревоженным родственникам переполошенных малолеток, никому не хотелось.

Естественно, держать Академию на замке долго не смогут. Но страсти улягутся, студенты успокоятся, тем более маги-наставники незаметно, но надежно вливали в них плетения забвения и спокойствия.

Через неделю они и не вспомнят, почему так переполошились.

Смерти пяти девочек, конечно, замять не получится. Но маньяка, сделавшего это, поймали, она понесёт справедливое наказание, и родителям несчастных будет в кого плюнуть на суде.

Призрак прошлого Лексы для всех не участвовавших лично в последних событиях останется просто плодом воображения спятившей первокурсницы. Ее еще и пожалеют, если пресса правильно подаст тему - беженка, сирота, жертва обстоятельств.

Руперт спустился к проходной медленно и с неохотой, с содроганием представляя очередного горожанина, требующего свидания с кровиночкой.

Вместо этого его ждала злющая от долгого ожидания Лекса. Магичка раздраженно притаптывала ногой, сидя на скамеечке около привратницкой. Она бы с радостью выхаживала вдоль ограды, но ноги пока что не были способны на такие подвиги.

Завидев Маркоса, она вскочила.

Пошатнувшись.

- Где Данатриэль? - без лишних прелюдий поинтересовалась Лекса, увлекая ректора под локоток за ворота. Привратник только моргнуть успел. Но раз ректор не против, значит, так и надо.

- Понятия не имею. - честно ответил Руперт. Данатриэль исчез два дня назад, промямлив что-то невнятное про бессрочный отпуск. Как ректор, Маркос мысленно рвал и метал, представляя, сколько сил у него уйдёт на поиск нового преподавателя посреди учебного года, да еще на такой специфический предмет. Как друг, он был обеспокоен. Не в характере Дана вот так срываться без уважительной причины.

А достаточно уважительная причина для того, чтобы эльф нарушил договорённости и исчез - явно повод для беспокойства.

Данатриэль всегда держал данное слово.

Лекса помрачнела. Она была готова проводить воспитательную работу с наглым остроухим, забывшим за преподавательской деятельностью несчастную больную, нуждающуюся в длительном лечении и постельном режиме - последнего побольше, и поактивнее, да. Но к тому, что он просто слинял, оставив ее... то есть студентов на произвол судьбы, она готова не была.

От слова совсем.

Руперт покосился на судорожно впившиеся в его рукав пальцы. По хорошему, магичке лежать бы и восстанавливаться еще пару недель. Он видел, в каком состоянии ее вынесли из телепорта. С таким истощением удивительно, как она вообще дышит.

С каждым шагом магичка ступала все увереннее. Маркос почувствовал запоздалый укол совести. Надо было оставить ее приходить в себя здесь, но король слишком уж настаивал на том, что во дворце лучшие целители. За каким они сдались, если вокруг Лексы скакали по очереди Дан и Веста, ректор не особо понимал, но с его величеством не спорят, тем более не отказывают.

На территории Академии остаточные эманации огромного количества плетений висели в воздухе, и Лекса сейчас, сама того не замечая, инстинктивно подпитывалась ими. Ректор не так давно узнал особенности ее магии, и еще не привык к тому, что некромантка способна на многое, недоступное обычным магам. Например, питаться чужой энергией.

Лекса притормозила, обводя прояснившимся взглядом территорию Академии. Ей явно становилось все лучше, туманившая мысли пелена слабости рассеивалась на глазах.

- А пятерка где? Тоже пропала?

- Нет, почему. Отсыпается по комнатам. - пожал плечами ректор.

То, что эльфы не исчезли по-тихому после всего, а сделали вид, что они обычные студенты, и расползлись по общежитию отдыхать, удивляло его больше всего. Но король, которого по идее должны касаться все эти дипломатические межрасовые отношения, молчал, а официально звезда все еще числилась в Академии, так что поднимать шум Руперт смысла не видел.

Лекса отцепилась от ректора, покрутила головой, хрустнув шеей. Потянулась.

- Спасибо, что проводил, дальше я сама. - и повела рукой, рисуя плетение телепорта. Руперт только хмыкнул. Только что еле на ногах держалась, а уже магичит.

Некромант, одно слово.

Иннэлла приходила в себя в комнате в общежитии. После ритуала магия возвращалась медленно, как-то недоверчиво. Будто собака, которую побили и теперь она подкрадывается, острожно поглядывая на хозяина и проверяя - не замахнулся ли снова. Как объяснила Веста, с которой они успели сдружиться за прошедшие дни, каналы эльфов тоньше и чувствительнее к перепадам магии. Так что до баланса внутренней энергии и полного восстановления сил еще очень далеко.

Оставалось лежать и отдыхать. И думать о приятном.

Получалось не очень.

Лекса ворвалась, по обыкновению, без стука.

Иннэлла поняла, что магичка в курсе исчезновения Данатриэля, и внутренне подобралась, готовясь к признанию. Она даже не дала Лекса рта открыть, сразу выпалила:

- Прости. Мы не могли признаться, от нас потребовали полной конфиденциальности. Совет повелителей хотел, чтобы мы справились тихо и незаметно.

Лекса притормозила, даже подзабыв о цели визита.

- С чем справились? - осторожно уточнила она.

- С твоим бывшим учителем. - Инна вздохнула. - Они знали, что на Вестании что-то нечисто. Эльфы куда чувствительнее к магическому фону, и то, что над континентом он тоньше, чем ему положено быть, заметили уже давно. И когда патология переехала в Альмире, они заволновались. Отсюда к нам гораздо ближе, чем от Вестании, повелители почувствовали уже личную угрозу.

- Что ж тянули двадцать лет? - фыркнула Лекса. Себялюбие и скрытность остроухих не были для нее секретом, но что они способны утаить настолько важную информацию, пожертвовав сотнями жизней, неприятно скребло душу. Она и сама не отличается альтруизмом, но когда вставал вопрос - промолчать и отойти в сторону, или помочь, Лекса всегда не раздумывая помогала.

- Колебания фона были слабыми. Они не были уверены. Отправлять кого-то проводить тайное расследование проблематично, учитывая наши натянутые отношения с человечеством - любой эльф на людских землях привлечёт слишком много внимания. Не до разведки. А последний год аномалия становилась все сильнее, и повелители не выдержали. Притворились, что налаживают связи, прислали вот студентов по обмену... - Иннэлла красноречиво развела руками, обозначая упомянутых студентов.

Лекса выдохнула сквозь стиснутые зубы, стараясь держать себя в руках. Эльфийка не виновата в эгоизме начальства, и даже извинилась. Не будем ее убивать.

Вот насчёт старейшин она не была так уж уверена.

- Дан знал? - процедила Лекса. Если остроухий был в курсе и молчал...

Инна покачала головой.

- Полная конфиденциальность, помнишь? Никто не знал, тем более опальный...целитель.

Заминку перед должностью Дана Лекса предпочла не заметить. Она догадывалась, что эльф не так прост - не поедет простой целитель в такую даль, просто преподавать. Тем более враждебной, практически, расе.

Лучше будет, если он сам расскажет.

Только вот сначала его надо найти.

- И где...

- Он уехал домой.

- Что значит уехал? Когда?

- Два дня назад. Кораблем до эльфийских границ, а потом телепортом, наверное. Должен быть уже в столице. Ты не знала? Я думала, он тебе сказал. - Инна расстроенно пожала плечами. - Через меня правитель дома передал требование явиться незамедлительно, ну ты же понимаешь, с ним не спорят.

- Знаю. Правители всегда еще те напыщенные снобы. Будто других на трон не пускают. - Лекса раздраженно побарабанила пальцами по подоконнику. - Спасибо, что сказала.

- Да не за что. - пробормотала Инна, и отправила заряд силы в спину стремительно удаляющейся магички. Ей пригодится, телепорт до эльфийских земель неблизкий.

За Лексой хлопнула дверь.

Эльфийка тихо и жизнерадостно хихикнула.

Похоже, она только что подложила правителю прежирную свинью!

Лекса и сама не знала, зачем отправилась собирать вещи во дворцовые покои. По привычке, не иначе - как-то сроднилась с ними за неделю.

Телепорта, доставившего ее туда, она даже не заметила. Силы восстановились полностью. Сама дура, надо было раньше в Академию наведаться, только вот мозг был в отключке вместе с телом, а просыпался гораздо дольше.

Там отродясь кроме бально-выходных платьев ничего не водилось. И зачем вообще что-то собирать, если ты можешь телепортироваться, ориентируясь на ауру? То есть даже если там будет многослойная защита, как на Академии, ее выкинет с разницей в пару километров. Ради этого даже флягу с водой брать необязательно.

Собираясь уже закрыть шкаф, она наткнулась взглядом на свежую, будто только что тщательно отглаженную рубаху с традиционной тонкой вышивкой.

На всякий случай, переоделась в нее. Пригодится.

Перед тем, как отправиться на поиски ветреного лопоухого, Лексе предстояло еще одно, неприятное, но неизбежное дело.