6. И снова неожиданности
Ночь в дешёвом хостеле стала для меня демоверсией ночи в аду. Про отдых даже речи не идет. Всю ночь я не сомкнула глаз. Постояльцы вызывали у меня мурашки размером с тарантула, посылая в мой адрес недвусмысленные плотоядные взгляды, сопровождаемые соответствующими жестами. Бесчисленные тараканы представляли меньшую угрозу, но свою власть на территории они доказывали количеством. Вишенкой на торте является непонятный омерзительный запах, которым я моментально пропиталась. Что это я даже думать не хочу. Полфлакона духов несколько спасли ситуацию, но душ мне жизненно необходим. Мои волосы из чистых и относительно здоровых превратились в грязную паклю едва я коснулась местной подушки. В общежитии, конечно, даже не три звезды, но по сравнению с этим там все десять. Имеется также один сомнительный плюс. Я, похоже, начала изучать азербайджанский или таджикский. Уточнять я не стала, но пару фраз из памяти даже амнезия не сотрет. С шести утра я находилась на низком старте, в восемь убежала со скоростью хорошего спринтера.
Хороших друзей в этом городе у меня нет, лишь неплохие знакомые. Олеся из соседней комнаты общежитии как раз одна из них. Пара сообщений в вотс апе, шоколадка- взятка вахтерше и пачка чая в качестве благодарности помогли мне пристроить свои пожитки на день. Еще я узнала, что Даша вчера сразу после моего отъезда переехала в другую комнату, а в соседней живут заочницы. Если Девятов сдержит обещание, то двухместная комната мне вряд ли достанется. К тому же снова предстоит процесс притирки с новыми соседями.
Скрещиваю пальцы, пусть сдержит, а остальное уже мелочи.
Убить время до обеда мне поможет пешая прогулка до университета. Тонкая осенняя куртка и легкие полусапожки не предназначены для длительных прогулок поздней осенью, но слепящее и чуть пригревающее солнце обнадеживает. Добираюсь до учебного заведения немного раньше запланированного. Компенсирует экономию времени оформление разового пропуска.
Чем ближе ректорат, тем ощутимее нервное напряжение. Внутри буквально все защемило. Я предвкушаю возвращение. В голове картинки, как я снова являюсь частью, маленькой песчинкой, ВУЗа, но беспощадные страх и неопределенность сжирают все это. Часть меня не верит Девятову и с каждой секундой эта часть разрастается. В административной части студентов единицы и каждый занят своим, не рассматривает меня, нет перешептывается в отличие от студентов на пути сюда. Да уж, я "знаменитость" — знаменитая груша для битья мажора.
Стою напротив двери в ректорат несколько минут. Безумно хочется оттянуть время. Поправляю свой бирюзовый свитер, сдуваю несуществующие пылинки с темных джинс, потуже завязываю волосы в хвост. Может, пойти в парикмахерскую помыть голову и подстричь волосы под каре.
Голова как будто ватой набита и все таки берусь за ручку влажными руками и открываю дверь.
Медленно обвожу взглядом залитую солнцем приемную. Полки с папками, витрина с наградами, сертификаты, дипломы на стенах. Наконец перевожу взгляд на массивный стол с навороченным компьютером. На рабочем месте та же брюнетка в деловом костюме, рядом, присев на стол, играет с ручкой Роман. Одетый в потертые джинсы и белую футболку в облипку он резко контрастирует с деловой атмосферой помещения.
При виде меня девушка кивает и приветливо улыбается. В ответ выдавливаю лишь кивок.
— Привет, Катарина, — блеснул Девятов.
— Здравствуйте, проходите, присаживайтесь — девушка указывает на стул перед её столом.
— Здравствуйте, спасибо.
Медленно опускаюсь на предложенное место. Стараюсь успокоиться, но тремор рук никуда не уходит.
Девушка протягивает мне файл с моей зачеткой, студенческим и какими-то документами.
— Здесь все, что нужно для восстановления. Оформить исключение так быстро не смогли, поэтому проблем на кафедре возникнуть не должно. Вам необходимо зайти на кафедру, отдать документы и в принципе с завтрашнего дня Вы снова с нами — мягко говорит секретарь.
В этот момент меня отпускает. Я чувствую прилив радости, хочется петь, танцевать, плакать, смеяться, обнять эту безымянную для меня девушку. Я действительно продолжу учебу. Это правда. Мое сознание буквально парит от легкости.
— Спасибо! — скрыть облегчение и радость в голосе даже не пытаюсь.
— Да не за что, — насмешливо говорит мужской голос. Да и пусть смеется, главное, не обманул.
— Рома, — цокает языком работница ректората и кокетливо хлопает ресницами.
— Оленька, ты как всегда потрясающа, — ослепительно улыбается Роман.
Судя по всему, эти двое хорошо знают друг друга. Хотя, какое мне дело, пусть хоть прям сейчас работать над продолжением рода начнут. Я абсолютно счастлива.
— А для общежития документ есть или там как-то по-другому? — немного спускаюсь с небес на землю.
— Вы ведь понимаете, что университет у нас большой и мест в общежитиях всем хватить не может. Обычно место не остается пустым долго, тем более заочники выходят на сессию. В общем, на данный момент места нет — деловым тоном сообщает Ольга.
Сильнее сжимаю сумку в руках и во все глаза таращусь на Ольгу, краем глаза отмечаю, что Девятов переходит на стул напротив меня.
Смысл сказанного дошел до меня быстро. От состояния легкости не осталось и намека. Мне необходимо общежитие. Снимать комнату не говоря уже про квартиру удовольствие очень затратное, особенно в этом городе. Своих денег у меня остался шиш, родителей напрягать такими тратами я просто не посмею. Даже если пойти работать, зарплату мне сразу никто не даст. Да и кем надо работать, чтобы хватило на аренду и залог, еще и на жизнь осталось. Не могу ведь я жить на улице или прямо на местной парковке. Моя голова снова грозится лопнуть, внутренности уже знакомо стянуло чем-то острым и неприятным.
- Водички? — услужливо предлагает Ольга.
— Нет, спасибо, я пойду, — машу файлом и как робот двигаюсь на выход.
Надо позвонить родителям рассказать, что меня восстановили, но я теперь бездомная. Я и так почти сутки отделывалась ерундовыми фразами. Может предложат что-то, что я упускаю. Живот громко урчит, напоминая, что за прошедшие сутки я слопала только шоколадку. Пойду в кафетерий на втором этаже, перекушу, да сдамся родителям.
Едва я достигаю лестничного пролета, на плечо падает тяжелая горячая рука и раздается недовольный, даже злой голос:
— Что за дурацкая манера сразу уходить. Разговаривать не пробовала?! Или тебе по кайфу, что я бегаю за тобой?
Смахиваю с себя конечность Девятова.
— А смысл разговаривать? Мне четко и ясно сказали, что я теперь бездомная!
— Пиздец, драму сделала. Бездомная она. Да сними ты себе квартиру или комнату и не устраивай сцен. Конец света у нее прям, — зло выдает мажор.
— Спасибо за совет, мистер папенькин кошелек, — отвечаю в тон ему. — Вот только не у всех есть возможность по щелчку пальца снять квартиру. Конечно, в твоей розовой реальности такого быть не может. Тебе вообще по барабану все. Ты больше года мне спокойно жить не даешь. Сначала твои детские выходки, глупые подставы, потом под университетскую шлюху меня подписал, но нет же, тебе все мало. Хочется чтоб наверняка? Чтобы прям поржать от души было над чем? Ты вообще представляешь сколько я работала, чтобы попасть сюда?
У меня начинается самая настоящая истерика. Своим криком я привлекла внимание всех присутствующих… Меня трясет, ногти впились в ладонь почти до крови, горло першит, но мне плевать. С меня хватит.
Сын богатого папочки зло сощурился на меня, поджал губы, скрестил руки на груди, его ноздри раздуваются с бешенной скоростью. Его вид, по идее, должен напугать или хоть как-то отрезвить меня, но он скорее ускоряет процесс взрыва.
— Я даже не понимаю, чем заслужила такое твое внимание!? Чем!? Ответишь!? Тебе приснилось, а мне досталось!? Исправляльщик нашелся тут. Не лез бы и исправлять ничего не пришлось бы, — меня просто несет. — Сними квартиру! Совет года! Сейчас десяток членов пойду отсосу и обязательно сниму. У меня ж весь телефон в них благодаря тебе. Низкий поклон. Как знал, рекламу сделал, обеспечил работой. Иди ты к черту, слышишь меня?!?! К черту! — последние слова я буквально кричу. Объект моей ненависти стоит ошарашенный, от чего меня пробирает истеричным смехом.
Несусь вниз по лестницам, расталкивая всех на своем пути. О еде и звонке родителям в таком состоянии даже речи быть не может.